Две судьбы (Шпажинский) — ДО

ДВѢ СУДЬБЫ.

Пьеса въ 5 дѣйствіяхъ и 6 картинахъ (въ 4 дѣйствіи 2 картины).

Дѣйствіе первое.

Дѣйствуютъ:

Князь Николай Дмитріевичъ Баскаковъ, молодой человѣкъ.

Ошуркова, дѣловая особа среднихъ лѣтъ.

Миронъ Прокофьевичъ Кифарскій, старикъ, домохозяинъ.

Лукичъ, нищій старикъ, изъ угловъ.

Низенькая, сырая комната, съ нищенской обстановкой. Двѣ двери: въ задней стѣнѣ и налѣво, въ углы. Направо окно, подъ потолкомъ, промерзшее насквозь. Налѣво печь съ заслонкой.

ЯВЛЕНІЕ 1-е.

Ошуркова и Кифарскій.

Ошуркова. Такъ вотъ гдѣ князь у тебя проживаетъ!

Кифарскій. Здѣсь.

Ошуркова. Погребъ какъ есть! Иль не топите?

Кифарскій. А на какія деньги топить? Другой мѣсяцѣ не платитъ.

Ошуркова. Жалость надо имѣть. Человѣкъ мерзнетъ, не собака.

Кифарскій (сердито передернулъ плечами и отвернулся). Прогоню я его и весь сказъ.

Ошуркова (осматриваясь). Сырость, грязь! И какъ это начальство дозволяетъ такія квартиры сдавать!

Кифарскій. По жильцу и квартира. И за такую налогъ заплати. Да вамъ что надо-то?

Ошуркова. Какое дѣло къ твоему жильцу — я ему сама объясню. А ты хотѣлъ гнать его — и гони. Сейчасъ хе гони какъ придетъ.

Кифарскій (ехидно). Значитъ, нуженъ онъ вамъ? Понимаю, хе-хе! Вы даромъ справляться не станете.

Ошуркова. Ты-то что сдѣлаешь даромъ? Молчалъ бы! А я и тебѣ пригожусь. Было разъ, попользовался по моей милости. Помнишь? (Подмигнула). Стѣны грибами поросли, а ему дровецъ жалко! Жильца, какъ клоповъ, вымораживаетъ!

Кифарскій. Отогрѣете, хе-хе!

Ошуркова (дѣловымъ тономъ). И такъ, значитъ, нѣтъ ему помощи ни откуда?

Кифарскій. Никакой! Заѣхалъ, съ дуру, въ чужой городъ мѣста искать. Ни родныхъ, ни знакомыхъ. Набалованъ къ тому же, навыка къ житейскому никакого. Вишь, родители содержали. Ужъ онъ студентомъ кончалъ, какъ они померли одинъ за другимъ. Тутъ онъ и сѣлъ, какъ ракъ на мели, безъ копѣйки. Что съ собой привезъ — спустилъ. Одно: воровать остается.

Ошуркова. Воровать не пойдетъ.

Кифарскій. А откуда у васъ эти свѣдѣнія?

Ошуркова. У меня на все развѣдчики есть, по всякому дѣлу.

Кифарскій. А его гдѣ-жъ видали, князя-то?

Ошуркова. Вещи закладывалъ. Я тутъ случилась. Ну запримѣтила.

Кифарскій. Такъ-съ! А теперь зачѣмъ требуется?

Ошуркова. Еще умнымъ человѣкомъ считаешь себя! Сперва подумай, а тамъ ужъ спроси. Однако озябла я тутъ. Пойдемъ къ тебѣ. Значитъ, только князь на порогъ, гони, чтобъ сейчасъ убирался.

Кифарскій. А долгъ его съ васъ получить, за два мѣсяца-то?

Ошуркова. Да ты и такъ хотѣлъ гнать его. За что-не съ меня?

Кифарскій. Можно не выгонять и истопить можно.

Ошуркова. Ахъ, старая крыса! Ну, пойдемъ, потолкуемъ. (Уходятъ).

ЯВЛЕНІЕ 2-е.

Кн. Баскаковъ (входитъ спустя нѣсколько секундъ. Онъ очень продрогъ и угрюмъ). Хотѣлъ милостыню просить — не смогъ… Ждалъ, что замѣтятъ… хоть кто нибудь замѣтитъ, зачѣмъ я стою трясусь, какъ собака!.. Шли мимо, не обратилъ вниманія никто… (опустился на стулъ и вздохнулъ. Пауза). Что же теперь?.. Съ голоду умереть?.. Кончить съ собой?.. Одно остается: кончить… Это одно въ моей власти…

ЯВЛЕНІЕ 3-е.

Кн. Баскаковъ и Кифарскій.

Кифарскій. Ну, сударь мой — деньги.

Баскаковъ. Нѣту, Миронъ Прокофьевичъ. Ничего не досталъ, ни-че-го! Потерпите пожалуйста!

Кифарскій. Всякому терпѣнію бываетъ конецъ. Не могу-съ.

Баскаковъ. Что же мнѣ дѣлать?! Поймите! Видите до чего я дошелъ! Съ такимъ видомъ, въ этихъ отрепьяхъ, меня за пропойцу принимаютъ, гонятъ вездѣ! Какое тутъ мѣсто, или работу найдешь?!

Кифарскій. Это меня не касается. А даромъ васъ держать не могу-съ. Извольте сегодня же освободить квартиру.

Баскаковъ. Освободить?! Куда же мнѣ?! на улицу?

Кифарскій. Куда угодно-съ.

Баскаковъ. Есть же у васъ хоть капля жалости! Войдите въ мое положеніе!

Кифарскій. Извольте освободить квартиру.

Баскаковъ. Наконецъ не все же такъ будетъ! Не возможно! Добьюсь же я хоть на кусокъ хлѣба! Не убивайте во мнѣ послѣднюю надежду, Миронъ Прокофьевичъ! Богомъ прошу; а вы человѣкъ богомольный. Поймите, что значить убить всякую надежду въ человѣкѣ, доведенномъ до крайности! Что же ему остается? Поймите!

Кифарскій. Тѣмъ хуже для васъ, молодой человѣкъ; а квартиру извольте освободить.

Баскаковъ (сѣлъ къ столу и опустилъ голову на руку. Измѣнившимся голосомъ). Хорошо.

Нифарскій. Сегодня же непремѣнно-съ. (Уходитъ). Баскаковъ. Освобожу и квартиру… и свое мѣсто въ жизни… (Сгорбился, засунулъ руки въ узкіе рукава пальто и тупо глядитъ въ одну точку. Пауза).

ЯВЛЕНІЕ 4-е.

Кн. Баскаковъ и Лукичъ (изъ боковой двери, съ дырявымъ мѣшечкомъ со щепой за плечами).

Лукичъ. А я вамъ щепы добылъ истопить. Настройкѣ выпросилъ. Дали. Истопить, молъ, надо у васъ. (Сложилъ щепу у печки и открываетъ заслонку).

Баскаковъ. Брось. Мнѣ тутъ не жить.

Лукичъ (съ испугомъ). Какъ? (Просіялъ). Да, да! Мѣсто! Значитъ, мѣсто вамъ вышло.

Баскаковъ. Вышло. На улицу.

Лукичъ (растерялся). Какъ же это?.. Въ толкъ не возьму…

Баскаковъ. Попробовалъ я улицы-то! Постоялъ!.. Слово сказать — не могу, горло сцѣпило; руку протянуть — не могу, точно мертвая… Слезы душатъ, въ глазахъ рябитъ, ноги не держатъ… Попробовалъ!.. А теперь и совсѣмъ туда выдворенъ… жить!

Лукичъ (раздумывая). Такъ нельзя, не приходится, нѣтъ!.. (Повеселѣлъ). Пускай гонитъ, а вы не слушайте.

Баскаковъ (махнувъ рукой). Полно!

Лукичъ. Нѣтъ, не «полно!» Не слушайте и конецъ. У меня тутъ уголъ, койка. (Указалъ на боковую дверь). Съ моего мѣста не тронетъ! Не смѣетъ!

Баскаковъ. А ты вмѣсто меня — на улицу?

Лукичъ. Зачѣмъ? Нѣ-ѣтъ! Я пойду… Я знаю куда пойду.

Баскаковъ. Куда тебѣ идти!

Лукичъ. Анъ знаю куда. И пріютятъ, да!

Баскаковъ. Тебя?!

Лукичъ. Да, вотъ меня. Пріютятъ, значитъ.

Баскаковъ. Кто?

Лукичъ. Извѣстно кто: люди. Стало-быть есть у меня…

Баскаковъ. Гдѣ эти люди, которые пріютили бы насъ? Тебя вотъ дѣти бросили умирать съ голоду! Пріютятъ!

Лукичъ. Дѣти… (Провелъ по лицу рукой и тяжело вздохнулъ). Тутъ, значитъ, того… мой характеръ…

Баскаковъ. Не отдавалъ бы всего, что имѣлъ, не то бы и было! А твой «характеръ» я знаю. Самъ голодный, а мнѣ послѣднюю корку несешь. Эхъ, Лукичъ! горька наша жизнь! (Задумался и не слушаетъ).

Лукичъ. Я самъ ушелъ… крадучись, ночью ушелъ; а куда — неизвѣстно. Они и теперь не знаютъ гдѣ я, дѣти-то… Обижали. Вишь помѣхой имъ сталъ. Ни угла, ни куска, безъ попрековъ! А добро-то мое, мною нажито. Ну обидно. Кабы чужіе, а то вѣдь дѣти! Обидно!.. Другой бы смирился, стерпѣлъ, а у меня характеръ… Богъ съ ними! А теперь я сыщусь. Слышите?

Баскаковъ (выходя изъ задумчивости). Что ты?

Лукичъ. Объявлюсь, молъ, дѣтямъ-то, гдѣ то-есть жительствую. Вотъ и деньги! Мы и того… поправимся съ вами.

Баскаковъ. Спасибо! Хлопочи о себѣ. Мнѣ не надо. (Стукъ въ дверь).

Лукичъ. Къ вамъ кто-то! (уходитъ въ боковую дверь).

ЯВЛЕНІЕ 5-е.

Кн. Баскаковъ и Ошуркова.

Ошуркова. Здравствуйте, батюшка! Князь Баскаковъ изволите быть?

Баскаковъ. Да.

Ошуркова. Извините, я ужъ въ ротондѣ останусь. Холодно у васъ. Иль не топите?

Баскаковъ. Холодно.

Ошуркова (участливо).Въ бѣдственномъ положеніи вы, батюшка мой!

Баскаковъ. Да… Ничего не нашелъ, ни уроковъ, ни работы… Сколько времени — ничего!

Ошуркова. Трудно это, трудно! Мало ли народу работы ищетъ! На одинъ кусокъ десять ртовъ. Будь у васъ знакомство, протекція, все-бъ таки помогли…

Баскаковъ. Никого нѣтъ. (Уныло). Понадѣялся, что пристроюсь. Не захолустье, думалъ, столица… Теперь самъ вижу, какъ я былъ наивенъ и глупъ…

Ошуркова. Оттого, что прежде вы нужды не видали, при родителяхъ-то. А человѣку въ достаткѣ все легко кажется. Онъ и о себѣ такое имѣетъ понятіе, что стоитъ, молъ, захотѣть, все и будетъ.

Баскаковъ. Да, конечно… Не такъ смотришь на все и на себя тоже… Теперь вижу, какую я глупость сдѣлалъ, что уѣхалъ изъ своихъ мѣстъ. Тамъ все-таки нашелъ бы что-нибудь.

Ошуркова. Ошибку вы сдѣлали, правда. А теперь вамъ къ себѣ, чай, и уѣхать не на что?

Баскаковъ. Конечно…

Ошурнова. Да, здѣсь безъ работы долго ли прожиться! Особливо тому, кто деньги придержать не умѣлъ. Разсчитывать, выгадывать — эта наука тоже нуждой дается. А на васъ нужда-то разомъ свалилась, въ расплохъ васъ застала…

Баскаковъ. Да. И горе и нужда — сразу. А вы все это знаете?!

Ошуркова. Сказывали. Квартирный хозяинъ вашъ и такъ кое-кто. Я, признаться, и узнавала, потому жалко васъ очень.

Баскаковъ. Очень вамъ благодаренъ, очень! Если-бъ вы могли достать мнѣ какое-нибудь занятіе, работу!..

Ошуркова. Я-бы съ радостью, батюшка, да нѣтъ ничего подходящаго. Ну и одѣты вы такъ, что никуда показаться нельзя. Все, чай, заложено?

Баскаковъ. Да. Думалъ — выкуплю, такъ и пропало. (Вздохнулъ и уныло повѣсилъ голову).

Ошуркооа. А вы не унывайте, батюшка мой. Я не попусту сказала, что жалко мнѣ васъ. Чѣмъ могу по; мочь — помогу. Для того и пришла. Мнѣ вотъ какъ разъ требуется такой человѣкъ, какъ вы, вѣрный, хорошій…

Баскаковъ (съ оживленіемъ). Для чего же? На какое дѣло? Я съ удовольствіемъ, что хотите, за всякую работу возьмусь. Я въ такомъ ужасномъ, въ такомъ безвыходномъ положеніи! Тяжело сказать, но… я сутки не ѣлъ… Сейчасъ съ квартиры гонятъ… Куда же мнѣ? Вѣдь это ужасно!

Ошуркова. Дѣло такое, что вы сразу не только изъ крайности выбьетесь, но и на ноги станете.

Баскаковъ. Это ужъ такъ хорошо, что повѣрить боюсь!

Ошуркова. Мнѣ, батюшка, всѣ вѣрятъ. Я людей въ такихъ бѣдахъ выручала, что ахнете! Петля — а я выручу. Да-съ! И слезы благодарности я видала и есть такіе, что за меня Богу молятся.

Баскаковъ. Какъ не благодарить! какъ не молиться!

Ошуркова. Вотъ теперь у меня забота одна. Не выручи я — человѣкъ, пожалуй, на себя руки наложитъ. Барышня одна… богатая, красавица, знатная… Вышелъ грѣхъ. А покрыть-то нельзя, потому любезный женатъ; а жена развода ему не даетъ. Что тутъ дѣлать? Плачетъ, убивается, ну просто душу изъ меня вынула, такъ жалко барышню! Помилуй Богъ, хватитъ какой-нибудь дряни, стрихнину тамъ, либо еще чего-нибудь; а то пристрѣлитъ себя. Развѣ не случалось? Вотъ и въ вашемъ положеніи тоже бываетъ. Можетъ и васъ мысли эти смущаютъ?

Баскаковъ (смутился). Ну что про это!..

Ошурнова. Похоже. Ну-съ, такъ барышня… Что мнѣ съ нею дѣлать?.. Я и придумала: выдамъ-ка я ее замужъ. А сдѣлать это надо тонко, потому жить она съ мужемъ не станетъ. Любезный ужъ милъ очень. Прямо изъ-подъ вѣнца мужъ въ одну сторону, а она фьить заграницу. А такого мужа, для одного документа, развѣ легко сыскать? И чтобъ приличенъ онъ былъ, чтобъ не стыдно съ нимъ подъ вѣнецъ стать — первое; и чтобъ слово сдержалъ: получивъ деньги, чтобъ никогда и ничѣмъ не обезпокоилъ потомъ. Вотъ-съ! Я взялась и не рада. Дѣла я дѣлаю чисто. Комаръ носа не подточитъ — вотъ какъ дѣла дѣлаю. Поэтому и довѣріе ко мнѣ полное. А тутъ какъ разъ бѣду наживешь, ежели человѣкъ ненадежный. Вотъ-съ! А деньги хорошія. На голодные зубы такой кусъ, что — люли! Подумайте-ка, батюшка мой, подумайте!

Баскаковъ (въ недоумѣніи). О чемъ?

Ошуркова. Да объ этомъ дѣлѣ-съ.

Баскаковъ. Да я-то что-же? Это меня не касается.

Ошуркова. Ха ха! Младенецъ вы, я вижу, младенецъ! Другой давно-бъ ужъ смекнулъ. Вотъ это и дорого въ васъ. Потому къ вамъ и довѣріе такое имѣю.

Баскаковъ (встаетъ пораженный). Позвольте, позвольте! Неужели вы… вы съ цѣлью мнѣ это разсказывали? про барышню, про этотъ бракъ?!

Ошуркова. Вотъ когда догадался!

Баскаковъ (съ негодованіемъ). А-а, вотъ что! Такъ вы меня… меня прочите въ мужья этой дѣвицѣ, съ «любезнымъ?»

Ошуркова. Не горячитесь, батюшка! Въ дѣлахъ это совсѣмъ не годится.

Баскаковъ (всплеснулъ руками). Боже мой! И у васъ духу хватило предложить мнѣ такую подлость?! Оскорбить такую нищету, какъ моя?! Я замерзаю, я съ голода умираю, а вы пользуетесь этимъ, чтобъ убить во мнѣ совѣсть, купить меня на гнусное дѣло и сорвать на на немъ кушъ за коммиссію?.. Подите вонъ!

Ошурнова (значительно). Одумайтесь, ваше сіятельство!

Баскаковъ (гнѣвно). Вонъ!! (Указалъ на дверь).

Ошуркова. Пожалѣете-съ! (Уходитъ).

ЯВЛЕНІЕ 6-е.

Кн. Баскаковъ (секунду остается закрывъ лицо руками).

Нѣтъ, это свыше силъ!.. (Быстро ходитъ въ Значитъ, одно остается… стать негодяемъ, мерзавцемъ!.. Чтобъ подлыя бабы покупали тебя, какъ товаръ!.. О нѣтъ, нѣтъ! (Подошелъ къ столу, выдернулъ ящикъ и схватилъ изъ него револьверъ). Вотъ спасенье! Одно спасенье!.. Моментъ и кончено все!! (Рука съ револьверомъ сильно дрожитъ. Медленно поднимаетъ револьверъ къ головѣ и роняетъ руку. На лицѣ его ужасъ). Вѣдь только моментъ!.. (Опять поднимаетъ и снова опускаетъ ее). Что же я — трусъ?!. Вѣдь только одинъ моментъ!.. (Еще усиліе поднять руку, но совсѣмъ неудачное. Швыряетъ револьверъ на полъ). Не могу! Трусъ, тряпка!! Ну, мучайся! Издыхай, какъ собака!! Трусъ!! (Сѣлъ къ столу и уронилъ голову на руки).

ЯВЛЕНІЕ 7-е.

Кн. Баскаковъ и Ошуркова.

Ошуркова (сначала выглянула въ дверь, потомъ входитъ). Никакъ я платокъ тутъ забыла! (Ищетъ его, наблюдая князя, который, не взглянувъ на нее, сидитъ въ прежней позѣ). Нѣту. На лѣстницѣ обронила что-ли? Ужъ и лѣстница! Понесла-жъ меня нелегкая сюда, прости Господи! (Пауза. Князь не оборачивается). Ну прощайте, ваше сіятельство! Спасибо на ласковомъ словѣ! Можетъ пожалѣете, да ужъ поздно будетъ!

Баскаковъ. Да вы что предлагаете-то?! Стать подлецомъ! Опозорить себя на всю жизнь! Развѣ можно жить, когда самъ презираешь себя и отъ другихъ видишь презрѣніе?! На меня станутъ пальцемъ указывать: "вотъ негодяй, который продалъ свое имя! мужъ «на прокатъі» Вѣдь это ужасно!

Ошуркова. А кто-же узнаетъ? Дѣло тайное. Женились и разошлись. Это, батюшка, не рѣдко случается. Другіе не одно имя, а и совсѣмъ себя продаютъ. Мало-ли вашего брата на деньгахъ женится? Жена и кормитъ и одѣваетъ. На женины денежки и кутежи заводите и любовницъ. Хорошо-съ? Нѣтъ, извините, кое дѣло чище, безъ притворства и обмана. Вотъ что-съ! Вы не разобравши сути, вспылили, обидѣлись А развѣ я васъ на зло подбиваю? Разсудите-ка внимательно! Вы не зло, вы добро дѣлаете; вы человѣка изъ петли вынимаете. Увидали-бъ мою барышню, сами сжалились-бы!

Баскаковъ. А себя загубить!

Ошуркова. Богъ съ вами! Чѣмъ-съ?

Баскаковъ. Да хоть тѣмъ, что я свяжу себя, лишаюсь свободы…

Ошуркова. На время. А потомъ развестись можно. Очень просто. Словомъ сказать, съ какой стороны ни возьми — все ваша выгода.

Баскаковъ. Да развѣ объ одной выгодѣ толкъ!

Ошуркова. Вы все насчетъ «подлости»! (Усмѣхнулась). Эхъ, батюшка мой! У другихъ все на лжи, да обманѣ; а живутъ и за честныхъ слывутъ. А въ нашемъ дѣлѣ всякому свое по согласію. Въ чемъ-же подлость? Ну, а это лучше по вашему? (Поднимаетъ брошенный револьверъ).

Баскаковъ (смутился. Раздражительно). Оставьте! Дайте сюда! (Взялъ у нея револьверъ и сунулъ въ карманъ).

Ошуркова. Хорошо, что бросили. Ужъ это такой грѣхъ, что вымолвить страшно! Незамолимый! А у васъ, видно, давно эта мысль, что вы, при крайности вашей, сберегли эту вещь.

Баскаковъ. Ахъ, довольно объ этомъ!

Ошуркова. Не буду, не буду! (Подсаживается къ нему). Въ концѣ-концовъ выходитъ, сударь мой, что зла никакого, а оба изъ бѣды выйдете: и вы и невѣста моя. Что-жъ тутъ раздумывать? Деньги большія. Вы-бы какъ полагали? Какую сумму?

Баскаковъ (съ испугомъ). Позвольте! Я еще не далъ согласія!..

Ошуркова. Чего-же вы испугались?

Баскаковъ. О деньгахъ… Развѣ я могу?.. Надо къ мысли привыкнуть. Я ничего не рѣшаю…

Ошуркова. А вамъ можно раздумывать? Сутки не ѣли, сейчасъ вы безъ крова… Какъ хотите! Не заставляю. А ждать мнѣ никакъ не возможно. (Встаетъ). Видно въ другое мѣсто пойти. Есть еще на примѣтѣ… На васъ-то я, какъ на каменную гору, положиться могу; ну а тотъ другой пробы. Да что дѣлать! Я и обиду отъ васъ стерпѣла и всѣ резоны вамъ высказала…

Баскаковъ (горячо). Войдите-же въ мое положеніе! Развѣ легко? Развѣ я могу обсуждать, разсчитавать!..

Ошуркова. Ужъ это я за васъ сдѣлаю. О вашей выгодѣ я позабочусь. Гдѣ ужъ вамъ за свой интересъ постоять! Я сдѣлаю-съ, потому къ вамъ я съ полнымъ участіемъ, батюшка мой. Сумма пять тысячъ и притомъ гардеробъ. Вотъ кушъ какой-съ! Пятьсотъ рублей сейчасъ (достаетъ деньги, отсчитываетъ и кладетъ ихъ на столъ, хлопнувъ по нимъ рукой), а остальныя послѣ вѣнца.

Баскаковъ (всталъ и взялся за голову, въ сильномъ волненіи). Что-же это такое?! Что со мной дѣлаютъ?! На что я иду?! (истерично) на что я иду?!

Ошуркова. Что вы, что вы! Можно-ли такъ убиваться! Голоду, холоду конецъ, нищетѣ конецъ! Батюшка!

Баскаковъ (дрожитъ и дѣлаетъ судорожныя движенія. Упавшимъ голосомъ). Оставьте меня!.. Уйдите!.. Не говорите, не мучайте!.. Уйдите! Оставьте меня!..

Ошуркова (медленно идя къ двери). Ну ладно, ладно! До свиданія пока! (Уходитъ).

Баскаковъ (съ отчаяніемъ). Негодяй!! подлецъ!! (Бросился къ столу и горько заплакалъ).

Занавѣсъ.

Дѣйствіе второе.

Дѣйствуютъ:

Князь Баскаковъ.

Нина Михайловна Повѣтова, молодая особа, богатая.

Ѳедоръ Львовичъ Гремячевъ, блестящій адъютантъ, лѣтъ 30-ти, со средствами.

Варвара Егоровна Бедрягина, пожилая вдова.

Сергѣй Андреевичъ Шмелевъ, старикъ, изъ хорошаго общества.

Гостиная у Повѣтовой, богато и со вкусомъ обставленная. Двери: прямо — въ залъ и налѣво — во внутреннія комнаты. Направо окна.

ЯВЛЕНІЯ 1-е.

Бедрягина и Гремячевъ (выходитъ при поднятіи занавѣса).

Гремячевъ. Съ добрымъ утромъ, Варвара Егоровна! (Пожимаетъ ея руку). Ну, какъ наши дѣла?

Бедрягина. Отлично. Все устроилось. А ваша Нина хандритъ и плачетъ. Я всю ночь провозилась съ нею. Недавно заснула.

Гремячевъ. «Устроилось». А кто-же этотъ?.. Не знаешь какъ и назвать!

Бедрягина. Бѣдный молодой человѣкъ, образованный, очень приличный, даже — говорятъ — интересный. И ко всему этому — князь!

Гремячевъ. Кня-изъ?!

Бедрягина. Да, князь Баскаковъ. Вотъ мы какого нашли! Ошуркова ручается, что онъ сдержитъ слово. Она такъ обставитъ дѣло, что Нина Михайловна ничѣмъ не рискуетъ и можетъ быть совершенно покойна.

Гремячевъ. Это главное. Все-таки дос-садное и пренепріятное дѣло!

Бедрягина. Для Нины — да, а вамъ… Вы должны быть очень мнѣ благодарны. Для кого главнымъ образомъ я хлопотала, какъ не для васъ? Разъ Нина замужемъ, у васъ руки развязаны. Мужчины вообще эгоисты. Одно наслажденіе и никакихъ обязанностей — вотъ идеалъ вашей любви!

Гремячевъ. Ха-ха! какъ восхитительно вы говорите это слово: «наслажденіе!» О, въ свое время вы…

Бедрягина (кокетливо). Что я?

Гремячевъ. Сводили съ ума. Даже теперь въ васъ можно влюбиться. Честное слово!

Бедрягина. Перестаньте врать глупости. Я старуха.

Гремячевъ. Ну, эти глаза слишкомъ молоды для старухи. А понять страсть, сочувствовать ей, жить ея интересами — кто лучше васъ можетъ все это? Вы опытный и дѣятельный другъ. (Цѣлуетъ ея руку).

Бедрягина. Это за Нину?

Гремячевъ. Просто потому, что у васъ прелестная ручка, которую пріятно поцѣловать. (Еще разъ цѣлуетъ ея руку).

Бедрягина. Если совѣсть будетъ меня упрекать, за слишкомъ горячее участіе къ вамъ, — у меня есть оправданіе.

Гремячевъ. Какое?

Бедрягина. Такое, что… вы заставите сдѣлать все, что хотите.

Гремячевъ. Я очень люблю бесѣдовать съ вами. Вы прелесть! Съ вами никогда не соскучишься.

Бедрягина. Развѣ женщина, настоящая женщина, можетъ допустить, чтобъ мужчина съ нею скучалъ? Съ нами и не скучали и любить мы умѣли не такъ, какъ теперь. Теперь любовь какая-то вялая, анемичная, истеричная. Богъ знаетъ что!..

ЯВЛЕНІЕ 2-е.

Тѣ-же и Нина (изъ боковой двери).

Бедрягина. Ахъ, вы ужъ встали!

Гремячевъ (подходитъ и цѣлуетъ у Нины руку). Не спать по ночамъ! Этакъ мы окончательно разстроимъ нервы.

Нина. Поздравьте-же меня! Вамъ сказали? Мнѣ нашли жениха… купили…

Бедрягина. Ну, вы опять въ томъ-же настроеніи!

Нина. А ногу я быть въ другомъ настроеніи? Вѣнчаться Богъ знаетъ съ кѣмъ! Развѣ я могла ожидать, что меня доведутъ до такого униженія и позора?

Бедрягина (съ нетерпѣніемъ). Ахъ Боже мой! Ну не надо, бросимъ все это! Придумайте сами какъ лучше. Я буду очень рада.

Нина. Что я могу придумать? Я голову потеряла, измучилась! Я дошла до того, что дала уговорить себя на этотъ возмутительный бракъ!..

Бедрягина. Вамъ предлагали какъ сдѣлать, что-бъ все было скрыто. На время уѣхать заграницу, вотъ и все! (Нина горько усмѣхнулась). Но развѣ васъ убѣдишь? Вы стоите на своемъ, что это подло, преступно; что вы сознаете свой долгъ, которому принесете всякую жертву. Вамъ и для этого находятъ исходъ. Дѣло обставляется законнымъ бракомъ и безъ всякаго риска для вашей самостоятельности и свободы. Вы ухватились за эту мысль, какъ за якорь спасенія, а теперь отчаяніе, слезы!

Нина. Да, бываютъ минуты, когда мнѣ кажется, что я схожу съ ума.

Гренячевъ (горячо). Вы меня мучаете! Все несчастье въ томъ, что я не свободенъ. Вы знаете, какъ я жестоко обманутъ. Мы оба страдаемъ отъ этого; и я — не меньше, чѣмъ вы.

Бедрягина. Ахъ, конечно! (Нинѣ). Надо помнить это и вы будете справедливѣй къ Ѳедору Львовичу. (Уходитъ въ боковую дверь).

ЯВЛЕНІЕ 3-е.

Гремячевъ и Нина.

Гремячевъ (подходитъ и хочетъ взять руку Нины, но она отнимаетъ ее). Нина, милая! Что-же намъ дѣлать? Ужасно тяжело… этотъ бракъ… Онъ возмущаетъ меня! Но развѣ я могъ предвидѣть, что жена возьметъ слово назадъ?! Разводъ былъ рѣшенъ, оставались формальности, какъ вдругъ!.. Развѣ я могъ это предвидѣть? Теперь ясно, что то была подлая месть. Обнадежить свободой и вдругъ поставить меня въ ужасное положеніе! Месть злой и ехидной женщины! Я ненавижу ее!

Нина. Если все это правда, то вы должны были лучше знать вашу жену. Я не была-бы обманута.

Гремячевъ. «Если правда!» значитъ… ты сомнѣваешься?

Нина. Я слишкомъ наказана за довѣрчивость къ вамъ.

Гремячевъ. Что-же я: обманывалъ, лгалъ? Но въ консисторіи можно видѣть мои бумаги. Мой адвокатъ и теперь выбивается изъ силъ, чтобъ уладить съ женой. Онъ знаетъ, что я ничего не пожалѣю за это. Если я говорилъ про разводъ, то былъ твердо увѣренъ въ немъ. Лгать я не способенъ. Но я не оскорблюсь, потому что слишкомъ люблю тебя.

Нина. Ваша любовь… О, я знаю ей цѣну! Я поняла, какую унизительную роль сыграла въ вашей жизни. И что ужаснѣй всего!

Гремячевъ. Нина, Нина! Что ты говоришь?! Можно-ли…

Нина (прерываетъ). Какъ я была слѣпа, когда видѣла въ васъ человѣка, которому можно отдать жизнь и быть покойной за будущее! Вы сдѣлали все, чтобъ я довѣрилась вамъ, чтобъ думала и чувствовала, какъ вы хотѣли! А когда несчастье поразило меня и вся надежда была на васъ, чѣмъ вы отвѣтили мнѣ? Вы растерялись; объявили, что жена разрушила всѣ наши планы…

Гремячевъ. Какъ-же не растеряться отъ такого удара!..

Нина. Мои слезы, отчаяніе вызывали въ васъ нетерпѣніе, наконецъ раздраженіе и скуку…

Гремячевъ (горячо). Неправда!..

Нина. Нѣтъ, правда! Вы стараетесь скрыть это; но я съ ужасомъ въ душѣ, съ чувствомъ горькой обиды, зорко слѣдила за вами и видѣла все! Вотъ какую муку вы заставили меня пережить! Варвара Егоровна даетъ мнѣ совѣты, которые возмущаютъ меня. Что-же вы? Вы соглашаетесь съ нею, вы!.. Меня уговариваютъ на гнусный поступокъ, на этотъ бракъ… Вы и на это согласны!

Гремячевъ. Что-же оставалось, при вашихъ условіяхъ, если я не могъ сорвать свои цѣпи?!

Нина. Честный, любящій человѣкъ никогда не допустилъ-бы меня до позора! Никогда! А черствая душа, эгоистъ — ему все равно, только-бы развязаться съ докучной заботой.

Гремячеву. Я и это долженъ сносить! Какъ ни оскорбительно, а долженъ!

Нина. Нѣтъ, не должны. Вы свободны отъ всякаго долга ко мнѣ. Вы разыграли со мною пошлый романъ, какихъ у васъ было не мало. Романъ конченъ и мы должны разойтись.

Гремячевъ. Когда вы успокоитесь, придете въ себя, вы поймете, насколько несправедливы ко мнѣ…

Нина (прерываетъ). Нѣтъ, справедлива! И эта правда — вымучена, выстрадана! Если-бъ вы дѣйствительно любили меня, какъ любятъ хорошіе люди, съ горячей и честной душой, я примирилась-бы съ своимъ положеніемъ и все перенесла-бы для васъ. Но вы… ваша любовь — униженіе, стыдъ, ужасный стыдъ на всю жизнь! Прощайте! (Отходитъ къ окну и не оборачивается).

Гремячевъ. Очень тяжело оставлять васъ въ такомъ состояніи… но мое присутствіе раздражаетъ васъ… (Пауза. Молчаніе). Надѣюсь, вы откажетесь отъ вашихъ упрековъ и будете справедливѣй ко мнѣ… (Пауза. Нина молчитъ и не оборачивается). Нина!.. (Молчаніе. Съ нетерпѣніемъ пожимая плечами). Ну что-же мнѣ дѣлать?! (Быстро уходитъ. Нина дѣлаетъ нѣсколько безцѣльныхъ движеній, потомъ внезапно бросается на кушетку и горько рыдаетъ).

ЯВЛЕНІЕ 4-е.

Нина и Бедрягина (слѣва).

Бедрягина. Боже мой!.. Я думала, что Ѳедоръ Львовичъ успокоитъ васъ!

Нина (продолжая рыдать). Онъ мнѣ чужой… кончено… все, все!..

Бедрягина. Что вы говорите! Опомнитесь!

Нина. Не заступайтесь!.. не смѣйте говорить про него!

Бедрягина. Я забочусь объ васъ. Вы больше теряете.

Нина. Я все потеряла… Позоръ, страданіе — вотъ моя жизнь!

Бедрягина. Вы все видите въ такомъ мрачномъ свѣтѣ, что не можете ни разсудить здраво, ни принять добрый совѣтъ. А все -бы прекрасно устроилось. Послѣ вѣнца, вы съ Ѳедоромъ Львовичемъ уѣхали-бъ заграницу…

Нина (прерываетъ). Съ нимъ?! Я и такъ довольно унижена. Будетъ съ меня!

Бедрягина. Смотрите проще на вещи. Впрочемъ, какъ знаете! Не раскайтесь потомъ.

Нина. Я всю жизнь буду раскаиваться. Больше мнѣ ничего не осталось!

Бедрягина. Печальная жизнь! А могла быть…

Нина (прерываетъ). Счастливой? Да что вы: смѣетесь надо мной, или не можете понять, какъ чувствуетъ женщина, у которой есть стыдъ и хоть самолюбіе, если не уваженіе къ себѣ! Уѣхать съ Ѳедоромъ Львовичемъ! Послѣ всего! Да я-бы презирала себя! Я не для того иду на казнь, подъ вѣнецъ, чтобъ упасть еще ниже.

Бедрягина. Что ни говорите, а Ѳедоръ Львовичъ любитъ васъ…

Нина. Перестаньте!

Бедрягина. Одиночество хуже. Лишать себя послѣдней поддержки — безуміе. Да вы и не можете.

Нина (упавшимъ голосомъ). Къ несчастію, я слишкомъ разбита, измучена… Если не смогу — погибла, погибла совсѣмъ! (Заплакала. Слышенъ электрическій звонокъ. Нина встаетъ).

Бедрягина. Кто-то пріѣхалъ. (Смотритъ въ заднюю дверь). Шмелевъ.

Нина. Примите. Я выйду потомъ. (Быстро уходитъ намьво).

ЯВЛЕНІЕ 5-е.

Бедрягина и Шмелевъ.

Шнелевъ (дѣлаетъ легкій поклонъ и слегка пожимаетъ руку Бедрягиной). Нина Михайловна?

Бедрягина. Проситъ подождать. Она сейчасъ выйдетъ. (Садится).

Шмелевъ (молча прошелся, снимая перчатки). Здорова?

Бедрягина. Не совсѣмъ.

Шмелевъ (прошелъ еще разъ. Пауза). Я пріѣхалъ предупредить ее…

Бедрягина (сухо). А!

Шмелевъ. Предупредить, да. (Выразительно взглянулъ на Бедрягину и садится съ видомъ рѣшимости). Дѣвушка, у которой родители умерли, которая живетъ самостоятельно и одна, такая дѣвушка у всѣхъ на виду. Она должна быть очень осторожна и разборчива въ знакомствахъ, чтобъ избѣжать злословія и сплетенъ. Къ сожалѣнію, Нина Михайловна, благодаря вредному вліянію, поступаетъ какъ разъ наоборотъ.

Бедрягина (ѣдко). «Вредное вліяніе» — мое, разумѣется? Вы даже не постѣснялись сказать это Нинѣ.

Шмелевъ. Какъ старый другъ ея отца, я молчать не могу. Когда она жила съ теткой, все было прекрасно. Но вы подружились съ Ниной Михайловной и поссорили ихъ…

Бедрягина. Ссорила, я?! Нина убѣдитъ васъ, что я тутъ ровно не причемъ.

Шмелевъ. Кончилось тѣмъ, что старуха уѣхала жить въ деревню, а вы заняли ея мѣсто, въ качествѣ хозяйки и dame de compagnie…

Бедрягина. Я не напрашивалась. Напротивъ, Нина упросила меня. Наконецъ, кому какое дѣло до этого? Нина не дѣвочка.

Шмелевъ. Съ тѣхъ поръ она измѣняется къ худшему…

Бедрягина. Ну, если это на вашъ взглядъ, то бѣды еще нѣтъ.

Шмелевъ. Съ вами появились тутъ скабрезные романы. Если вы любите ихъ — естественно; но развращать ими вкусъ и воображеніе дѣвушки — возмутительно.

Бедрягина. Какіе романы?! Позвольте!.. Впрочемъ, по вашему, все скабрезно, всякій романъ… Наконецъ, всякій вамъ скажетъ, что знаніе жизни необходимо теперь. Если вы устарѣли для новыхъ взглядовъ, то кто виноватъ?

Шмелевъ (ѣдко). «Знаніе жизни». (Взялъ со одну изъ книгъ). Какъ разъ! «Physiologie de l’amour». Это тоже знаніе? Если вамъ еще требуются знанія по физіологіи любви, то Нинѣ они во всякомъ случаѣ преждевременны. (Отшвырнулъ книгу). Ваши пикантные анекдоты, которые вы даже при мнѣ не стѣсняетесь разсказывать — тоже знаніе, полезное молодой дѣвушкѣ?

Бедрягина. Ахъ, въ тотъ разъ! Но вы такъ утомили насъ вашимъ брюзжаніемъ и придирками, что всѣ рады были посмѣяться немного. Что же дѣлать, если съ ваий является такой мракъ и скука!..

Шмелевъ (прерываетъ). Что нужно прибѣгать къ вашимъ анекдотамъ и остроумнымъ разсказамъ изъ любовныхъ похожденій, изъ жизни пошляковъ и сомнительныхъ женщинъ. Хорошо-съ. Допустимъ, что я виноватъ. А кого винить въ томъ, что здѣсь явился Гремячевъ? Этотъ господинъ — тоже развлеченіе отъ моей скуки?

Бедрягина (пожала плечами). Вотъ еще бѣда! Никакой и ничьей вины въ этомъ нѣтъ. Такъ естественно!.. Молодой человѣкъ… милый, любезный…

Шмелевъ. Въ котораго вы влюблены.

Бедрягина. Ха-ха-ха! Вотъ способность все толковать въ дурную сторону! Сегодня у васъ должно быть особенно разстроена печень.

Шмелевъ. Я терпѣть не могу старыхъ сплетницъ. Утративъ интересъ личной жизни, онѣ страстно занимаются чужими дѣлами и ядовито злословятъ. Но есть типъ хуже: это тѣ почтенныя дамы, которыя все еще томятся страстями и разыгрываютъ изъ себя des femmes dйsirables. Утративъ надежду на обожателей, онѣ живутъ чужими романами, устраиваютъ ихъ и покровительствуютъ, съ какимъ-то особеннымъ сладострастіемъ.

Бедрягина. Въ концѣ концевъ, что-же вы хотите сказать?

Шмелевъ. Ха ха! да я уже сказалъ, все сказалъ! А если вы не желаете понять, повторю. Вы вводите къ Нинѣ такого господина, который компрометтируетъ ея репутацію. Влюбленная въ Гремячева, вы содѣйствуете его сближенію съ Ниной, ни мало не думая о томъ, что изъ этого выйдетъ. Если Гремячевъ совсѣмъ уронитъ Нину во мнѣніи свѣта, вы умоете руки, хуже: вы сами не постыдитесь злословить се, вы первая!

Бедрягина (встаетъ. Гнѣвно). Послушайте! Это ужъ слишкомъ! Вы забываетесь! Вы оскорбляете женщину! Ни одинъ порядочный человѣкъ, не выжившій изъ ума, не сдѣлаетъ этого! (Уходить).

Шмелевъ. Пользы не сдѣлалъ, за то душу отвелъ! Да я-бы на площадь вышелъ и крикнулъ-бы матерямъ: берегите дочерей отъ этихъ опытныхъ женщинъ, берегите!

ЯВЛЕНІЕ 6-е.

Шмелевъ и Нина (изъ боковой двери).

Шмелевъ. Вотъ и вы!

Нина (пожимаетъ ему руку. Съ дѣланной веселостью). Простите, что заставила ждать. Задержали. (Садится).

Шмелевъ (садится). А я тутъ бесѣдовалъ пока съ госпожею Бедрягиной.

Нина. Ха-ха! Воображаю эту «бесѣду!» И за что вы всегда ссоритесь съ Варварой Егоровной?

Шмелевъ. За дѣло, за дѣло-съ! Я и вамъ имѣю сказать кое-что…

Нина. Пожурить?

Шмелевъ. Дать дружескій совѣтъ, предостеречь…

Нина. Меня?! Отъ кого?

Шмелевъ. Отъ Гремячева.

Нина (съ притворнымъ удивленіемъ). Да-а?

Шмелевъ. Я еще крошкой носилъ васъ на рукахъ, я старый другъ вашего отца и потому стану говорить откровенно. Гремячевъ пользуется дурной репутаціей… не вообще, а относительно женщинъ. Жена имѣла основательный поводъ, даже много поводовъ бросить его…

Нина. Вотъ онъ какой! (Дѣлаетъ нервное продолжая весело улыбаться).

Шмелевъ. На ту женщину, за которой Гремячевъ ухаживаетъ, смотрятъ ужъ подозрительно. А онъ у васъ свой человѣкъ, вездѣ съ вами, явно ухаживаетъ…

Нина (прерываетъ). Ахъ, полно вамъ! Просто добрый знакомый…

Шмелевъ. Который компрометируетъ васъ, очень, очень!.. Мнѣ это больно. Тутъ много виновата ваша Варвара Егоровна. Старая дура сама влюбилась въ Гремячева. Какъ жалко, что вмѣсто тетушки, у васъ эта опытная дама!

Нина. Вы ужъ слишкомъ на нее нападаете. Она мнѣ очень полезна…

Шмелевъ (съ негодованіемъ). Ахъ, Боже мой!..

Нина. Да выслушайте сперва! Немножко терпѣнія. Она прекрасно ведетъ мои дѣла, управляетъ домомъ, возится съ квартирантами, хозяйничаетъ. Благодаря ей, мои деньги приносятъ мнѣ гораздо больше. Я ничего не понимаю въ бумагахъ, акціяхъ, а она отлично знаетъ все это. Съ этой стороны я съ ней совершенно покойна.

Шмелевъ. И другая сдѣлаетъ тоже. Я вамъ найду. (Разгорячился и ходитъ). Для меня важнѣе ваши другіе интересы, положеніе въ обществѣ, а тутъ-то и вредитъ ваша Бедрягина. Она и между нами кладетъ рознь. Вы стали избѣгать меня, тяготиться…

Нина. Перестаньте! Какъ вамъ не стыдно! Что-бы васъ успокоить и доказать мою дружбу, я вамъ открою большой секретъ.

Шмелевъ (съ живостью). Именно?

Нина. Я выхожу замужъ.

Шмелевъ (пораженъ). Вотъ неожиданъ! За кого?

Нина. Пока не скажу, нельзя.

Шмелевъ. Поздравляю! Вы удивили меня. За кого-же? Томилинъ? (Нина отрицательно качаетъ головой). Ну Гриневъ?

Нина. Нѣтъ. Да вы совсѣмъ не знаете его. Прежнее знакомство… еще въ деревнѣ…

Шмелевъ. На Волгѣ? Гдѣ теперь ваша тетушка?

Нина. Да нѣтъ… сосѣдъ по другому имѣнію.

Шмелевъ. Орловскому?

Нина. Нѣтъ, мы не тамъ познакомились, а когда я была въ Петербургѣ.

Шмелевъ. Шагъ важный, вопросъ цѣлой жизни!.. Какъ хорошо надо знать человѣка, чтобъ довѣрить ему свою судьбу! Жалко, я не знаю его. Отъ всего сердца желаю, чтобъ выборъ былъ васъ достоинъ. Пока это секретъ, но вскорѣ — надѣюсь — вы познакомите меня съ женихомъ? Свадьба, конечно, не скоро?

Нина. Глядя по обстоятельствамъ… вѣроятнѣй, что скоро…

Шмелевъ. Ахъ, да?

Нина. Ему необходимо заграницу… и надолго…

Шмелевъ. Служитъ въ посольствѣ?

Нина. Нѣтъ такъ, дѣла…

Шмелевъ. Коммерческія?.. или работа для науки?

Нина. Какъ вы любопытны, однако!

Шмелевъ. Естественно! Внезапный бракъ, таинственный женихъ, заграницу…

Нина. Мало любопытны, но подозрительны. А это нехорошо. Если я скрываю пока, то ничего дурнаго въ этомъ нѣтъ. Вамъ же сказала!..

Шмелевъ. Во всякомъ случаѣ, помните одно, что я вашъ преданный другъ и что никто, даже ваши родные, не принимаютъ такъ близко къ сердцу вашего счастья, какъ я. (Взялся за шляпу и пожимаетъ Нинѣ руку). До свиданья! А вмѣсто Бедрягиной, могу вамъ рекомендовать очень милую даму. Она тоже дѣлецъ и хозяйка, но не станетъ заниматься вотъ этимъ (поднялъ со стола книгу) «Physiologie de l’amour». (Бросивъ, дѣлаетъ прощальный жестъ и уходитъ).