Индо-германы, или сайване

I. Предварительный очерк исторических соображений о коренном населении Европы

Каждый любознательный человек имеет право требовать от истории ответа на свои недоразумения. На страницы ее внесены все мирские события; но в отношении древней истории ошибочные переписки рукописей, ложное чтение и толкование, применяемые без всякого основания к современности, способствуют одностороннему взгляду строить из древнего мира мир небывалый. Эти постройки не на материке, из обтесанных по произволу фактов, могут ли называться зданием истории? — История дорожит угловатостями и неровностями факта, как обломка, чтоб по ним найти место, к которому он должен прилечь всеми точками своей поверхности.

Для истории также есть время мрака, есть рассвет и, наконец, ясный день, когда все становится само собою видно. Можно полагать — с чем согласуется и общее мнение, — что этот рассвет для истории настал; ибо наш век видит в ней совсем не то, что казалось прошедшим векам. Возьмем в пример толкования сведений Тацита «De moribus Germanorum» («О нравах германцев»).

Только в темноте, лежавшей на истории, можно было не различать древних германов, то есть сайеанские племена (svevi, σουήβων) от готов. При этом неразличии нет исхода для истины: между первыми и средними веками нет связи без вставки каких-то азиатских гуннов, какого-то внезапного появления славян из стран неведомых, и, наконец, без так называемого великого переселения народов. Это было что-то вроде искусственного хаоса, посреди которого с помощью исправленных и поясненных кодексов Тацита, Плиния и особенно Птоломея пришлое население Германии обратилось в туземное, а туземное — в пришлое.

Но тьма народов, которых заботливо высчитывают историки и географы первых веков, не простая тьма: свет мог только более проявить их, а не заставить исчезнуть с лица истории. Где ж эти народы, которых имена обезображены чуждым произношением, чуждым выражением на письме в неразборчивых списках летописей, и в дополнение произвольным чтением? Где, по крайней мере, бесчисленные племена, носившие общее всем им название, выраженное греками посредством σοήβων, а галлами — посредством svevi? Где они, прозванные римлянами germant, т. е. племена, которые заселяли «без всякого смешения с каким бы то ни было пришлым народом» всю восточную часть Галлии, всю известную ныне Германию, и тянулись до пределов, неведомых древнему миру?

Svevi, или σουήβων, или германы, — не готы: этому свидетель не один Страбон; да к тому же готов до времен Траяна не существовало в Скандии, откуда историк их Иорнанд ведет покорять германов.

Suevi не тевтоны, потому что тевтонов не знает ни Страбон на берегах Роны в союзе с свевами-кимврами, ни даже Тацит в Германии. Их знает только ошибочное чтение александрийского географа Птоломея, исправленного и пополненного современными издателям его догадками.

Suevi в то же время не deutschen, которых род довольно неосторожно производили некоторые историки от бога Tuisco, находящегося в двух-трех ошибочных списках «De moribus Germanorum» и которые в сущности суть древние dauciones, известные и Птоломею, т. е. дациане, жители Да-ции, или готы, жившие в Карпатах, перешедшие на север во время Траяна и основавшие новую Dacia на южной оконечности Скандии и прилежащих островах.

Кого же называли римляне германами (hermain), то есть племенами, от слова germen, germe — племя, или сайванами (sueuoni, sainoni — соответственно греческому σουήβων, или сокращенно sueui), т. е. собственным общим прозвищем этих племен?

Средняя история ничего не отвечает. Средние времена заняты движением духа христианства, и потом размещением новых хозяев и дележом Галлии и Германии на феодальные, удельные владения. Кто ж составляет вассалов и поселян всех этих владений Германии? — Повсюду венды. Название suevi, suevoni исчезает, потому что оно незнакомо народу; но в то же время проявляется, как будто постороннее свевам, название slavini-sclavini, которому в подданстве у чуждого народа и придалось значение неволи: sclave, e-sclave.

В новейшей истории является вместо ответа новое неопределенное название: индо-германы; но к кому оно относится? К славянскому ли населению или к готическому? Или к тому и другому, подразумевая под названием инды — славян; а под названием германы — потомство древних готов? Но мы уже заметили и изложим ниже самые простые доказательства, что древние германы происходят не от wehr-mann, изменившееся; в ger-mann, т. е. guerre-mann; что они столь же различны от готов и дациян, как гражданство образовавшегося из единородных различно от гражданства образовавшагося из единоверных.

Во всяком случае, довольствоваться неопределенным и темным решением, внесенным на страницы истории, невозможно; тем более что при этом решении не участвовал голос обширнейшего и по сие время главнейшего населен-ца недр Европы, которого значительная часть племен впала в состав сфер эллинской, романской, галльской и готической, — и следовательно, всякому недоразумевающему этих смутных страниц истории предстоит труд: во-первых, обратиться к корню родоначальнаго древа, перебросившего обширную ветвь свою с гима Индии на гэм Фракии; во-вторых, составить свод историков и географов первых веков по различным спискам и наследовать по ним значение германов-сайван; в-третьих, изучив все главные упоминаемые историей разветвления племен и переселения народов из Азии, проложить на карту, на которой должны быть ясны, по крайней мере, естественные границы, чтоб при прокладке сообразить смутные указания древних.

Этот труд мы исполнили по мере наших средств и излагаем выводы в предварительных очерках, в переводе Тацита «De moribus Germanorum», преимущественно по своду различных списков Машмана в прокладке на карту, и, наконец, в приложениях, которые будут заключать пояснения и выписки.

Первобытные населенцы Европы и переселенцы

На земном шаре нет страны, которую бы предание помнило пустыней, где от создания не было человеческой души. Земля как будто постепенно разоблачалась от вод, и каждую уступаемую морем полосу человек принимал тотчас же в свое владение. По естественному порядку населений и расселений в горах, при истоках вод водворялось родоначалие, разветвляясь по долам в землевозделывание, а по низменностям набережных — в пастырство.

В Европе коренное родоначальное население, по всем соображениям, составляет разветвление гимайского или гималайского народного древа, раскинувшего в течение незапамятных времен ветви свои по протяжению земного пояса от Восточного до Западного океана. Назовем этих коренных населителей indigenes и отличим их от aborigenes. Под названием aborigernes мы понимаем иверов. О переселении этих пастырских орд, выходцев из Нижней Азии чрез Египет и Гибралтарский пролив, упоминает предание, а равно как и о родстве их с иверами (аварами, гебрами) Кавказа.

К второстепенным переселениям распавшихся в Азии гражданских обществ, вошедших в состав запада Европы и имевших влияние на судьбу ее, мы относим:

1. Смешанное переселение во время Иисуса Навина из Халдеи и Хананеи в Африку и потом в Иверию.

2. Переселение части лидийцев (λυδη), предков латин, на западные берега Италии, которые заселены были уже обрами ('ομβρη), т. е. иверами же, теснимыми от гор расселением племен савинских.

3. Переселение гражданских общин готов из закавказской Иверии от Аракса рассеянно во Фракию, Мизию и потом в Дацию.

Преданий о переселении индигенов из Азии нет, да и не могло быть, ибо оно совершалось постоянным разветвлением племен от востока к западу. По сказанию Катона, племена савински распространились в Италию из-за гор Апеннинских в древнейшие времена, гораздо раньше войны Троянской, стесняя обров (omvri). Движение из Нижней Азии иверов (avari, abari, obri, gumri, gomer) соответствует преданию Манетона о внезапном наводнении Египта пастырскими ордами арабов, бежавшими от преобладания ассирийского в Африку.

Это переселение арабов или аваров, иберов или иверов, предшествует выходу из Хананеи, т. е. Финикии (Hanali, Vanah) гражданских общин: «Не в состоянии будучи противиться Иисусу Навину, — говорит Прокопий Кеса-рийский, — они (народы Финикии) отправились в Египет; но, не находя там мест для поселения, прошли в Ливию, овладели всей землей до столбов Геркулесовых и основали много городов, в которых по сие время говорят по-финикийски. Впоследствии Дидона (колонизация Тира), поселясь между своими древними соотечественниками, основала Карфаген. Когда карфагенцы усилились, то начали войну с маврами, вышедшими также из Палестины, и изгнали их из соседственных областей Карфагену».

Таким образом, в недра населения индигенов на запад Европы проникли сначала пастырские орды иверов, гебров, а потом гражданские общины Хананеи и Халдеи (Galdaei), принявшие у историков название кельтов, цельтов (cael, caledon, galati, galli). Отсюда в отношении различия языков также два начала: живое, отчинное индигенов, и общинное, составленное из смешения и искуственно управляющееся членами пришлых народов. Родоначалие первого — Индия, исток второго — ученая Халдея.

Савины, или савлиане, и рэтийцы, рэци, или рассы Италии

Собственно сабинами, савинами или савлианами (Sawini, Sabini, Sevini, Savelli, Sabelli) римляне называли одно обширнейшее племя; но это же религиозное прозвище было общим и для других племен, подразделявшихся на marsi, или marruvii, peligni, hernici vestini opici, lucani, samnili и проч.

Самнитами, или, по-греческому писанию, саунита-ми, назывался знаменитый род савинских племен.

Hernici получили свое название от слова hernae, что по-савински и марувски значило горный.

Страбон называет савин древнейшим народом, туземным (autochthones). «В числе доказательств о древности их происхождения, — говорит он, — можно упомянуть о мужестве и других добродетелях, отличающих их по сие время». По словам Фабия (жил за 216 лет до Х. Р.), Рим не имел понятия о богатстве до покорения Савин.

Катон упоминает, что общее название савин происходит от имени божества Sabus (Savus).

Плиний говорит то же: «Sahini ut quipam existimavere, a religione et Deorum cultu Sevini apellati», т. е. сабины, как утверждают, прозываются sevini по религии своей и поклонению божеству.

Основываясь на общем сознании историков и филологов, что коренное население Европы происходит из Индии, мы имеем право искать там и религиозное объяснение прозвания первобытных племен.

В Индии религиозное родоначалие духовного и ученого сословия браминов происходило от Брамы, кшатриев или раджанъя — военно-гражданскаго сословия — от Вишну; вайсьев, или землевозделывателей, селян, — от Сивы. Но собственно к Сиве (Сива) относились все обряды — сева (служение, жертва, священнодействие) и общее поклонение всех сословий; ибо Сива был, так сказать, мысль и слово в воплощении или действии и сочетал в себе невещественный исток Брамы (света) и вещественный Вишну (варуна — када — вод) в бытии всей видимой конечной природы. Верование в Сиву называлось сайеа; поклонники в общем множественном числе — сайеами, или, от сева (сива — обряд, жертва), с окончанием — ини (aff of profession or practice, соответственным славянскому ане, яне) — севини, как, например, Вакх — вакхане, или вакханы, Магомет — магометане.

Сроднившись с савинами и желая устройства гражданского, римляне призвали законника из савин — Нуму, который основал в Риме храм Весте — матери-земле, в которой нетрудно узнать васуда Индии, всепитающую мать землю; дал 12 таблиц законов, без сомнения, составляющих 12 книг законов Ману. Некоторые из древних писателей называли Нуму пифагорейцем; а исток учения пифагорейскаго, основанного на веровании в бессмертие души и поклонении предкам (питрикарь), слишком известен, чтоб не заключить окончательно, что в савинах Италии должно признать сайванов Индии и что из сева образуется: σεβο, σεβοσ — поклонение, славословие; σάοσ, salus, salvus — божество живота, Saliens, Salviens — славящие; из дева, девас, образуется deus и пр.

Если савины суть сайваны, то кроме религиозных и гражданские условия их должны быть одни и те же с коренной родиной, от которой они наследовали истинные гражданские добродетели — строгую нравственность, воздержание, благочестие и справедливость.

Индия в древности разделялась на племенные уделы, которые управлялись родоначальными раджами, или, выражаясь соответственным русским словом, рядцами (по-чешск. radze), сосредоточиваясь под зависимость избранного царственного наследственного рода раджендра или маха-раджа — великого раджи, называвшегося по посвящению сара — divinus, или амарапатирь — обоготворенный, обессмертенный; ганнега — предводитель сил.

Каждая область, составляя раса, называлась раджья — Рашья, или Расья.

Так как духовное сословие не проявляется массами, то, рассматривая быт расселенцев от подножий Гималая, должно обратить внимание собственно на два их сословия, а именно: на оседлых поселян-земледельцев и на воеводства и станы охранительного сословия Раджанья, или Раджан, по зендскому выговору — Razan Расссан; а вместе с тем на правительственную главную область, Великую Раджию, Раджистан, где сосредоточивалось и поклонение божеству.

Таким образом, в савинах Италии мы также должны отличать два главных сословия — собственно народ, племена, именуемые по родоначалию и носящие по верованию общее название сайван, и войсковое сословие Раджии или Рассии — Раджанья или Рассанья, Рассан.

Не говоря об области Reate в недрах земли савин и марсов при Рэтийском озере, на пространстве так называемого Roscae campus, мы обратимся к соседственной Этрурии, или Этруссии.

Эту область населяли жители, носившие название tusci или tusici; по замечанию Нибура, по обычному изменению буквы «г» в «s» — turici, и также название rasena (от корня ras). Первое название, следовательно, было племенное, что обьяснится впоследствии, по переселении их в Альпы; а второе — по названию области и по войсковому сословию воеводства.

Вслед за вытеснением из Италии не покорявшихся Риму савинских племен исчезли и этрусски. Они удалились в Альпы. Когда римляне проникли в Альпы, там встретили они уже рэтов или рэцов, райцев, (rheti, raeti, ραιτοι) и эти рэци, по Плинию, были потомки этруссков; но по преданию, «известны были там под другим именем» — след. рассан, туричей.

По Титу Ливию, «из Этрурии же вышли и горные жители, преимущественно рэты, столь одичавшие в Альпах, что из своей славной старины ничего не сохранили, кроме языка, да и то не без искажения». Однако же у римлян славилось рэтийское вино, рэтийское оружие и рэтийские песни. Эти рэтийцы являются в истории как единоплеменники норийцев, паннонийцев и далмат.

В Альпах, на всем пространстве Рэтии-Рассии, жители носят название taurusci, taurini; там река Тур и область Тиггсит (название, изменявшееся также в Turegum, Tigurum).

Что taurisci — туричи Альпов — есть потомство tusci, tusici, turici Этрурии, то это может подтвердиться и тем, что когда лонгобарды в VI веке заняли Горицкую область и Хорутанию, то все пространство разделилось на три области, без сомнения, по существовавшим издревле названиям: на Tuscia — страну таврисков, на Neustria — страну норичей и на Austrasia, которой значение мы обьясним впоследствии.

О савинах Италии и времени переселения их в Альпы приведем слова Нибура:

«Когда Рим выдвинулся из границ Лации (Latium), савины из всех народов Италии были самый обширнейший и сильнейший. Фест (Festus) упоминает, что peligni одного происхождения с иллирийцами; а Овидий, родом pelignus, говорит, что они наследовали воинственность от предков своих савин».

«Савинские или савелианские племена (savelli), обитавшие в селах (bourgs ouverts), покорили бы всю Италию, если бы составляли между собою что-нибудь целое; но они, в противоположность Риму, не заботились о преобладании и сосредоточении сил своих».

«Войны против савин составляют главную часть древнейших летописей; но они совершенно прекращаются в 306 году от основания Рима (447 до Х. Р.), что явно соответствует изгнанию их из Италии (!). С этого времени на юг Италии (!) направился весь поток племен савелианских, а древние савины берегов Тибра также потеряли свою независимость».

Вот заключение ученого историка. Где же этот юг Италии, в котором скрылись савины или савелиане, сохранившие свою независимость от ненавистного им Рима? — разумеется на севере, в Альпах и за Альпами, куда удалились и этрусски, т. е. южные рассы, rhaeti, где Цесарь спустя 400 лет после выхода савин из Италии не заботился узнавать прежних хозяев ее ни в лицо, ни по имени: он шел не исследовать их происхождение, а покорять, или, лучше сказать, пожирать народов и переваривать их в римлян.

Сперва все, что жило на север от движущихся вперед границ Рима, называлось безразлично galli. Покорив собственно галлов и видя, что по всему Рейну и за Рейном живут какие-то бесчисленные народы, родственные друг другу, римляне назвали их germani; и наконец допустили и собственное их название, произносимое и писавшееся по-гречески σουήβων, а по-римски и галльски сокращенно — suevi, точно так же, как впоследствии та же форма сократила slavini в slavi.

Если рэтийцы перешли из Италии в Альпы и за Альпы, если boji из Апеннинских гор перебрались к Дунаю и за Дунай, то надо иметь какую-нибудь особенную цель, нарушающую связь древней истории Европы со средней и новой, чтоб не признать в сайванах Германии потомство сайван Италии, которых все племена, вместо того чтоб прийти в тупик на юге, идут на север, за горы, и являются на новоселье почти под теми же именами.

Не случайно же при сходстве общего прозвища племен сходство частных племенных названий:

в Италии | в Германии

Samnites — знаменитое сословие савин | Semnones — знаменитое сословие Сайван

Marsi — Marrouvii | Marsi — Моравы

Marucini | Moraciani, Maruzini

Hernici (по-савински значит горные (hernae) | Herusci (горичане, горичи — хорошцы)

Peligni | Полеси, поляне (?) — название племен полевых, в противоположность горным

Cassi | Catli, chatli (чехи, часи)

Volsci (по разл. пис. | volsi, volusci, volsici) | Volcae (в Галлии) и belgi, bolgi, walch, walaha, falahi — влахи, влоси

Osci | Osci (в Галлии); osi, jazigi

Lucania (страна), lingeries (в Пиринеях) | Lingones (в Галлии), lingones (в Германии)

Ligii | Ligiu

Не одни ли это и те же индгены Европы, коренные, отчинные племена, не столько разрозненные переходом на новоселье, временем и искажением названий, сколько исторической эрудицией?

Геты или готы и дациане

Самый простой вопрос о готах неизвестно почему также был обращен в загадочный. Гетов отделили от готов и сроднили со славянами, чтоб этим последним дать хоть где-нибудь место в древней истории; готов отделили от гетов дунайских, поселили на Доне, назвали ост-готами, перевели на север к вестготам, сроднили с германами, и — все связи древней истории со средней рушились.

Но Спартиан, писавший около 300 года, в то время, когда появилось в первый раз название gotti вместо getae, говорит: «Gotti Getae dicerentur» — «Getae, qui nunc est Gotti». Орозий говорит то же: «Getae qui nunc est Gothi».

Прокопий предупреждает также всех будущих историков, что геты и готы суть названия одного и того же народа: «Γετικάν γαρ έθνος φάσι τους Γότθους είναι».

Иорнанд пишет историю своих родичей под названием «De Getarum sive Gothorum origine et rebus gestis».

Этих сведений кажется достаточно, чтоб не принимать гетов и готов за два различных народа.

Место жительства готов в Азии и переселение их к Дунаю

Стефан Византийский (Steph. Byzant. de urbibus et gentibus) упоминает следующее: «Γοτδοι εδνος πάλαι οιηησαν εντός τηςΜαιωτιδος ύστερον δε εις την εντός Θραηης μετανεστησαν», т. е. «народ готы, живший в древности в странах Меотических, впоследствии переселился во Фракию».

У Стефана Меотические страны неопределенны, но, по крайней мере, готы из тех стран переселились не в Скандию, а во Фракию. У Иорнанда и жительство готов и время переселения определеннее.

Основываясь на Троге-Помпее, он пишет, что Кир (около половины VI столетия до Х. Р.), вознамерясь покорить готов, перешел Аракс. В то время царицей их (вернее, пророчицей) была Thamiris. Она, как Дебора, подняла народ свой против персов, сразилась и победила; но потом почла благоразумным переселить готов в ту часть Мизии, которая носит название Малой Скифии (ныне Бабадагская, или Добрушская область), где и основала город, названный по ее имени Thamiris.

Спустя лет 40, около 508 года до Х. Р., Дарий, проникнув во Фракию и к Дунаю, встретил уже готское поселение на новоселье.

Моисей Хорепский (р. 370, ум. 189), описывая Фракию, говорит, что она состоит из пяти небольших областей и одной великой, в которой живут семь (по другому списку — 25) славянских народов, между коими поселились готы.

Если бы готы-маги из своего поселения около Каспийского моря (в Аварии, Иберии, Гебрии) перешли к Дону, куда поселила и откуда вывела их прямо на север, в Скандию, историческая эрудиция, то Геродот, подробно знавший все населения на Меотике (Азовском море), знал бы коротко и этот гражданственный народ, размножавшийся прозелитизмом; но Геродот знает гетов или готов при р. Дунае, в Мизии. Упоминание же его о фиссагетах (θυσσα 47;εται), народе звероловном, жившем за Вудинами, т. е. за Волгой, скорее относится к каким-нибудь исшякетам, или остякетам — обширному остяцкому или башкирскому племени, нежели к догадкам о существовании каких-то гетов-фиссов, из которых образовали туесов, турсов и пр. и пр.

По Геродоту, религия готов сознавала бессмертие души. Учение свое производили они от Zalmoxis. Предание, что Залмокс (имя, без сомнения, искаженное) был современник и ученик Пифагора, что он распространял учение свое между фракиянами и скрывался несколько лет в подземной пещере, — относится как нельзя более к сказаниям о Зороастре, или Зердусте, почерпнувшем свое учение в Вавилоне у халдеев и имевшем также сношения с Пифагором.

Сведения Страбона о Залмоксе (Zalmoxis, Salmoxis, Zamolxis, Zalmolxis) подтверждают то же. Упоминая о гетских обрезанцах ηατννοβάτοσ (вероятно, от слова ηάπον), он говорит: «Сказывают, что один из гетов, называемый Zal-moxis, был в услужении у Пифагора, а также был в Египте и изучил астрономию. Возвратясь на родину, он пользовался большим уважением народа и царей его за предсказания по звездам и наконец успел достигнуть соправительства при царе, как глас воли богов. Он был у гетов первосвященником, а потом они чтили его как божество».

«Гора, в которую удалялся Залмокс, считается священной и носит название ηωγαίωνον».

По сказаниям о Зердусте, эта гора в стране, орошаемой реками Араксом и Киром (Cyrus), называлась Албордж или горы Балкана (Balkhan). Здесь была и пещера, посвященная Митре.

Влияние учения Зердуста могущественно было на парсов; Гюстасп был первым его почитателем. Как Зердуст, водворясь у персов, с целью распространять свое учение советует Гюстаспу идти войной на Туран (название стран горных в противоположность Ирана — степных); точно так же, по Иорнанду, пришедший законодатель к готам, Бороиста Диценей, вошел в доверенность у царя их Ситакла и советует ему идти войною на германов.

Сближая сказания о Залмоксе и Зердусте, должно заметить, что во всех этих сказаниях скрываются предания о законодателях еврейского народа Моисее и Самуиле. Потом, явны противоречия: например, по Геродоту и Страбону, у гетов первым законодателем был Залмокс, а по Иорнанду — Zeut, потом Diceneus, a третий уже Zamolxis; а между тем Иорнанд же пишет, что после Диценея первосвященником был Comosicus: «Decedente vero Diceneo, репе pari veneratione habuere Comosicum, quia nee impar erat solertia. Hic et enim et rex Ulis et pontifex ob suam peritiam habebatur, et in sua justitia populos judicabat».

Сходство обрядов священства готского с кутеями (cuthéens) или самаритянами можно заключить из встречи Филиппа готами и Александра самаритянами.

По Иорнанду, когда Филипп приблизился к городу Фамиру (Thamiris), «sacerdotes Gothorum aliqui, illi qni pii vocabantur, subito patefactis portis, cum citharis et vestibus candidis obviam sunt agressi, paternis dus, ut sibi propitii Macedones rapellerent, voce supplici modulantes».

Несмотря однако же на сближение преданий о Залмоксе и Зердусте, готов нельзя считать последователями его; но скорее магами, противными его учению, о которых упоминается в жизни Зердуста и в книгах зендских. Это подтверждает выход их из Гебрии в самое то время, когда распространялось там учение Зердуста, или Зороастра.

Но какое бы ни было древнее верование готов, оно также противоположно и тримуртизму сайван; ибо, по Геродоту, учение их законодателя Залмокса распространяется во Фракии; а на севере Оден поражает умы чарами магии, и 12 его дроттаров, совершавших служение, уподоблялись, говорит Далин, восточным магам. Распространяя свое учение всеми ухищрениями на новоселье между обитателями Скандии — ситонами, он вместе с тем возбуждал вражду и войну против римлян, прогнавших его из Годагейма, или Иотунгейма.

Таким образом, готы являются на сцене истории гражданским обществом, которое централизуется в Европе сперва в Малой Скифии в Мизии, потом в Дации. Сила его развивается приращением, подобно силе римлян, с тою разницею, что римляне распространяют свое владычество мечем, а готы — чарами вольного гражданства.

Сведения о гетах, или готах, сообщаемые Страбоном, очень важны для истории.

«Древнее разделение сего народа, — говорит он, — на дациян и гетов существует по сие время. Гетами называют живущих со стороны востока и Понта Эвксинского. Дациянами же — соседящих с германами. Должно полагать, что Дациян называли прежде δάουσ, откуда и собственные имена Гет и Даус, которые афиняне давали своим невольникам, по обычаю давать пленным, поступающим в рабство, прозвания по месту их происхождения».

«Чрез земли гетов протекает река Μάρισος (Марош), впадающая в Дунай».

«Язык дациян и гетов один и тот же. Последние были известны грекам по причине частых их переселений по берегам Истра и по причине смешения их с фракианами (θαξί) и мизиянами (μυσοίσ)».

«Геты и дацияне усилились некогда до того, что могли выставлять 200 000 войска, теперь же не могут выставлять 20 000, и если по сие время они не покорены римлянами, то единственно потому, что их охраняет поддержка германских племен, врагов Рима».

Из описаний Страбона ясно как нельзя более, что геты и дацияне составляют народ, совершенно чуждый германам или сайванским племенам. Описав Германию и исчислив главные известные ему племена, населявшие оную, Страбон приступает к описанию Дации и Мизии, где готы являются ему особенно замечательным гражданственным народом. О готах на севере Европы нигде нет слова до невольного их выселения туда, совершившегося определительно при Траяне, который повсюду преследовал иудеев, ожидавших мессию, смешивая с верованием их христианство, которого торжество Рим уже предчувствовал.

Преждевременное помещение готов на севере Германии и составляет ложный взгляд на Тацита о германах; ибо важнейшая ошибка, на которую не обращалось внимания и которая рушила весь смысл преданий о населении Германии во время Юлия Цесаря, Страбона, Тацита и Плиния, состоит именно в том, что готы до переселения на север под предводительством первосвященника своего, прозванного Оденом, помещены при р. Доне вместо Дуная. Название реки Tanagwisl, принятое за Танаис, т. е. Дон, вместо Дуная, послужило определением места мнимого их жительства; тогда как соседство с ванами и кеадами было ясным указанием, что Tanag-wisl, т. е. река Танах, значит Дунай. Сверх того, путь побед Траяна касался только Каппадокии, южной части Армении, Месопотамии и Парфии; следовательно, готам не только с Танаисаот Азова, который ученые принимают за Азгард, но и из первобытного поселения их в Иверии не для чего было бежать на север. Гроза Траяна, шедшая по Азии в направлении к Парфам, далека была от них.

Сверх того, что готы севера Германии не готы Дона, готы Дуная всего яснее подтверждают слова Иорнанда (гл. XVI): «Этот народ (т. е. готы) — говорит он, — прославил себя в стране, которую он занимал прежде, то есть в Скифии (Малой), на берегу Понта Евксинского… Сколько раз подпадали под его власть вандалы (Ваны, Венды), не наложили ли они подать маркоманов, подчинили ли себе князей квадских (Quadorum principes)».

В дополнение. 1) Древнее свое население готы называли Godaheim, т. е. Отчизна готов. Поход же готов в Goda-heim под предводительством Годарика, т. е. готского властителя Балдурзона, лежал чрез Силезию и Польшу (Ист. III в. Далина); следовательно, по направлению к Дунаю, а не Танаису, куда бы им и не пройти через пустынные земли так называемых сарматов. 2) По Инглинга-саге, Оден от пределов Азии на север перешел со своей семьей, со своими дроттарами (жрецами) и азами; но по Иорнанду (гл. XIII), это название (asar), означающее господ, геты или готы Дации дали своим военачальникам после поражения Фуска, посланного императором Домицианом для покорения гетов за Дунай, в Дацию.

Таким образом, сведения Снорро Стурлезона, писанные в тринадцатом веке, истолкованы вопреки всем сведениям истории, без всякого уважения даже к историку своему Иорнанду. Но что страннее всего в отношении самого Иорнанда: в предисловии своем он обещает описать историю готов последовательно, переходя от поколения к поколению, от царя к царю; а между тем в нем нет ни слова о времени Траяна, о победах его в Дации и обращении оной в римскую провинцию, сведений о необходимости готов оставить свой Годгейм, а главное — великий Оден — как будто для него не существует.

К вышеизложенным сведениям Иорнанда о первобытном населении готов в Дации можно присоединить следующие.

«По смерти Комозика (Comosicas) — которого Иорнанд называет rex etpontifex — принял правление Корилл (Corillus) и в продолжение 40 лет управлял своим народом в Дации. Я говорю о древней Дации, той, которую занимают теперь гепиды. Сию Готику, которую многие называли Дацией и которую теперь, как я сказал, называют Гепидией, тогда ограничивали с востока роксоланы (т. е. roxani, rutheni, русины), с запада — Тамазиты (?) (Tamazites), на север сарматы, а на юг — Дунай» (гл. XII).

«Историк Аблавий упоминает, что тогда как готы жили, как уже мы сказали, в Скифии и на берегу Понта Евксинского (т. е. в Мизии), те из них, которые были к востоку и которыми владел Острогот, назывались ostrogothae; неизвестно, однако же, от его ли имени или по населению своему к стороне востока носили они это название. Те же, которые жили со стороны запада, назывались vesegothae».

Следовательно, соображая с упомянутыми сведениями Страбона, визиготы — суть Дациане; а остроготы собственно готы.

По переселении на север готы расположились в том же порядке и в Скандии: остроготы к востоку, а визиготы к западу, где и была первоначально новая Dada, а впоследствии Дания.

После этого события, совершившегося в 98 году по Р.Х., становятся понятны слова Иорнанда, которыми он начал свою «Историю готов»: «В этом безграничном море около созвездия Медведицы, то есть на севере, есть остров Scanzia, о котором нам с помощью Господа следует говорить, ибо из недр этого острова народ, коего вы знать хотите происхождение, как рой пчел высыпал на европейскую землю. Как и для чего? — заключает Иорнанд вопросом, и отвечает: — Это обьяснится впоследствии».

Отсюда становится уже ясным, что готы перешли из Готии Дацианской в Скандию, за области сайванов (suiuo-nas, в других списках Тацит сокращает — Suionas), на земли финнов, из коих соседственным народом должно считать ситонов (sithones), которые, по Тациту, говорили на британском наречии и были так женоподобны, что ими владели жены. Этих жителей, соседящих с Северным океаном, готы называли fornjoter, т. е. древние готы.

Остается вопрос: в какое же время, по словам Иорнанда, готы высыпали с острова Скандии, как пчелы, на европейскую твердую землю, населенную сайванскими племенами? — Ответ в главе XXIII.

«Эрманарик, наследовав Геберику, покорил множество воинственных народов севера и подчинил своим законам. Недаром многие из предков наших (т. е. готов) сравнивают его с Александром Великим, ибо под властью его были: gothos, scytas, thuidos, in aunxis (?), vasina broncas, merens, mordensimnis, caris, rocas, tadzans, athual, navego, bubegentes, coldas, и в заключение он покорил также erulos и venetes».

Кажется ясно, что его победы от Ютландии распространялись к югу до venedici montes (в вершинах Лабы или Эльбы); а к востоку по прибрежью Балтийского моря; но их распростерли до р. Волги, узнав в merens — мерю, т. е. черемис; а в mordeosimnis — мордву. Простой смысл, однако же, требует избавить всех скифов, а в том числе мерю и мордву, от побед Эрманарика. В его власти были gothos — готы, scytos — scotti — чудь, финны, thuidos — switi; и могли быть покорены сайванские племена: vasina — varini, варны; broncas — брежане; mères — моризане; caris — коре; rocas — русь (по р. Росе); thadzans — дешане; navego (?); athual — летуве, летго-лы; bubegentes (?); coldas — goltae, голяды; heruli — горалы, и наконец, venedi — по Гельмольду wuinithi wuinuli, венды.

Верны или неверны догадки по искаженным названиям, но победы Эрманарика не могли выходить из пределов населения упомянутых сайванских, преимущественно литовских, племен в странах прибалтийских. Допуская даже покорение мери и мордвы, мы, однако же, удовлетворены ответом истории, что название Германии, по крайней мере до побед Германарика, нельзя заменять словом Deutschland.

II. Сайванизм — тримуртическое верование, обряды и обычаи индов в языке славяно-русов

Изложив единство савинов, савеллиан (savelli) Италии и свевов, сайванов, или славян Германии, мы обратимся к следам древнего их верования, обрядов и обычаев, сохранившихся в языке.

Если rhaeti, или raseni Италии, по словам Тита Ливия, так одичали в Альпах, что от своей славной старины ничего не сохранили, кроме языка, то нет сомнения, что и вообще сайваны, или славяне, после тысячелетней борьбы с Римом, а потом с франками и готами, не могли сохранить наследия своего в зыблемых памятниках, но также могли сберечь весь исконный свой быт в языке своем, неисчерпаемо богатом прошедшей жизнью, со всех ветвей которого можно легко спуститься к корню.

Древнее верование

Сива. У славян было божество Сива, Жива, Сева (Sueva), Zywie, Zibog; но значение его не сохранилось ни в преданиях, ни в старых обычаях празднеств.

Сиваизм был ив Европе первой гражданственной религией, распространенной разветвлением индийских племен. Название божеств и многие слова, например civilis, civicus, civis, civitas, доказывают, что первоначальное гражданство Рима было под ее влиянием.