Том I — ДО

ОГЛАВЛЕНІЕ ТОМА I.

ГЛАВА I.

Обстоятельства, которымъ Людовикъ XIV обязанъ своею жизнію. — Анна Австрійская объявляетъ о своей беременности. — Милость, которую она испрашиваетъ по этому случаю у короля. — Бѣглый взглядъ на событія, предшествовавшія началу этой главы. — Людовикъ XIII. — Анна Австрійская. — Марія Медичи. — Кардиналъ Ришелье. — Гастонъ Орлеанскій. — Госпожа де-Шеврёзъ. — Начало раздоровъ между Людовикомъ XIII и Анною Австрійской. — Король ревнуетъ къ своему брату. — Кардиналъ Ришелье влюбляется въ королеву. — Анекдотъ, относящійся къ этой любви

ГЛАВА II.

1624—1626.

Порученіе графу Карлейль во Францію. — Пріѣздъ герцога Букингама. — Его великолѣпіе. — Исторія принимаетъ видъ романа. — Домогательства Букингама понравиться королевѣ. — Семьнадцать придворныхъ вельможъ. — Кавалеръ Гизъ и Букингамъ на придворномъ балѣ. — Великій Моголъ. — Бѣлая дама. — Приключенія въ Амьенскомъ саду. — Разлука. — Букингамъ снова является къ королевѣ. — Послѣдствія происшествія, случившагося въ Амьенскомъ саду

ГЛАВА III.

1626.

Шале. — Его характеръ. — Заговоръ герцога Анжуйскаго, открытый Шале кардиналу. — Кардиналъ и герцогъ Анжуйскій. — Предположеніе женитьбы. — Арестованіе, въ Блуа, герцога Цесаря Вандома и великаго пріора Франціи, побочныхъ сыновей Генриха IV. — Графъ Рошфоръ. — Монастырь Брюссельскихъ капуциновъ. — Заговоръ созрѣлъ. — Арестованіе, судъ и исполненіе приговора надъ Шале. — Королева въ полномъ собраніи совѣта. — Отвѣтъ королевы…

ГЛАВА IV.

1627—1628.

О томъ, что сдѣлалось съ врагами кардинала. — Политическіе и любовные замыслы Букингама. — Кончина герцогини Орлеанской. — Новыя казни. — Милордъ Монтегю. — Порученіе, данное Лапорту. — Игра въ карты. — Критическое положеніе города ла-Рошели. — Трагическая кончина Букингама. — Печаль королевы. — Анна Австрійская и поэтъ Вуатюръ.

ГЛАВА V.

1629—1638.

Окончаніе и слѣдствія войны. — Слухи о беременности Анны Австрійской. — Первый ребенокъ, — Кампанелла. — Рожденіе Людовика XIV. — Общая радость. — Увеселенія. — Гороскопъ новорожденнаго. — Подарки папы. — Обозрѣніе Европейскихъ государствъ

ГЛАВА VI.

1639—1643.

Рожденіе герцога Анжуйскаго. — Любопытныя замѣчанія о сентябрѣ мѣсяцѣ. — Благосклонность къ Сепк-Мару. — Французская академія. — Трагедія Пирама. — Первое представленіе этой трагедіи. — Фонтрайль. — Ла-Шене. — Г. ле-Гранъ. — Анекдотъ о Сент-Марѣ. — Фаберъ. — Страшный заговоръ. — Отъѣздъ короля на югъ Франціи. — Болѣзнь кардинала. — Онъ истребляетъ заговорщиковъ — послѣднія минуты Ришелье. — Два сужденія объ этомъ министрѣ

ГЛАВА VII.

1643.

Вступленіе Мазарина въ совѣтъ. — Благосклонность къ Нойе. — Бассомпьеръ выходитъ изъ Бастиліи. — Бренные останки королевы-матери. — Болѣзнь короля. — Объявленіе о регентствѣ. — Крещеніе дофина. — Послѣднія минуты Людовика XIII. — Его пророческій сонъ. — Его кончина. — Сужденіе объ этомъ государѣ. — Его скупость; его жестокость; его мелочныя занятія.

ГЛАВА VIII.

1643—1644.

Мазаринъ. — Его происхожденіе. — Его молодость. — Мнѣніе о немъ кардинала Ришелье. — Его первый опытъ. — Предсказаніе посланника. — Партіи, раздѣляющія дворъ. — Самый честный человѣкъ королевства. — Распоряженіе королевы. — Декларація парламента. — Соперники обнаруживаются. — Мазаринъ и камердинеръ королевы. — Записная книжка

ГЛАВА IX.

1643—1644.

Герцогъ Ангіенскій. — Принцъ Генрихъ Конде. — Шарлотта Монморанси. — Балетъ и Генрихъ IV. — Послѣдняя любовь Беарнца. — Король, переодѣтый въ почталіона. — Гассіонъ. — Лаферте-Сенектеръ. — Донъ-Франческо де-Мелло. — Битва при Рокруа

ГЛАВА X.

1643—1644.

Положеніе Анны Австрійской. — Возвращеніе изъ ссылки нѣкоторыхъ лицъ. — Выходка г-жи де-Шеврёзъ. — Принцесса Конде. — Великодушіе кардинала Мазарина къ г-жѣ де-Шеврёзъ. — Г-жа д’Отфоръ. — Неудовольствіе возрастаетъ. — Герцогъ Бофоръ, названный базарнымъ королемъ. — Партія Важныхъ. — Два письма. — Ссора между герцогинею Монбазонъ и принцессою Конде. — Удовлетвореніе. — Немилость къ г-жѣ де-Шеврёзъ. — Заговоръ противъ Мазарина. — Арестованіе герцога Бофора. — Бѣгство г-жи де-Шеврёзъ. — Г-жа д’Отфоръ и королева. — Конецъ интригамъ Важныхъ

ГЛАВА XI.

1643—1644.

Возвращеніе герцога Ангіенскаго въ Парижъ. — Герцогъ Гизъ. — Двадцатилѣтній Архіепископъ. — Его шалости. — Его гордость. — Его любовницы. — Пастырское посѣщеніе. — Настоятельница монастыря Авенэ. — Архіепископъ въ изгнаніи. — Онъ дѣлается воиномъ. — Его бракосочетанія. — Его поединокъ съ Колиньи. — Страсть къ дуэлямъ въ эту эпоху

ГЛАВА XII.

1643—1644.

Дворъ изъ Лувра переѣзжаетъ въ Пале-Ройяль. — Дѣтство Людовика XIV. — Почетныя дѣти. — Воспитаніе молодаго короля. — Уроки его камердинера. — Ненависть короля къ Мазарину. — Жалкое состояніе его гардероба. — Скупость кардинала-министра. — Портретъ Мазарина, написанный графомъ ла-Рошфуко

ГЛАВА XIII.

1644—1646.

Бунтъ подъ названіемъ Туазе. — Начало секты янсенистовъ. — Первое представленіе трагедіи Родогуна. — Второе супружество Гастона Орлеанскаго. — Свадьба принцессы Маріи Гонзаги. — Празднества при дворѣ. — Опера La Folle supposée. — Походъ во Фландрію. — Герцогъ Белльгардъ. — Бассомпьеръ. — Генрихъ IV и Бассомпьеръ. — Полу-пистоли. — Остроуміе Бассомпьера. — Анекдоты о немъ — Его кончина; его портретъ

ГЛАВА XIV.

1647—1648.

Очеркъ военныхъ дѣйствій. — Мазаніелло въ Неаполѣ. — Герцогъ Гизъ желаетъ сдѣлаться Неаполитанскимъ королемъ. — Любовь его къ дѣвицѣ де-Понъ. — Шелковый чулокъ. — Склянка съ лекарствомъ. — Бѣлый попугай. — Ученыя собаки. — Успѣхи герцога Гиза въ Неаполѣ. — Его паденіе. — Тишина внутри государства. — Племянницы и племянники Мазарина. — Ихъ карьера. — Поль де-Гонди. — Его происхожденіе. — Его буйный характеръ. — Племянница булавочницы. — Гонди возстановляетъ противъ себя Ришелье. — Его путешествіе въ Италію. — Игра въ шары. — Гонди представляется Людовику XIII. — Онъ дѣлается коадъюторомъ. — Его щедрость. — Бунтъ по случаю новыхъ налоговъ. — Новые указы. — Сопротивленіе должностныхъ лицъ

ГЛАВА XV.

1648.

Бѣгство герцога Бофора. — Принцесса Монпансье и принцъ Валлискій. — Проектъ бракосочетанія принцессы съ императоромъ. — Принцесса Монпансье и эрцгерцогъ. — Коадъюторъ является снова. — Побѣда при Ланѣ. — Коадъюторъ и Мазаринъ. — Благодарственный молебенъ. — Безпокойство народа. — Арестованіе Брусселя. — Народныя движенія; бунтъ. — Коадъюторъ усмиряетъ мятежниковъ. — Политическая комедія. — Притворство однихъ, страхъ другихъ. — Гнѣвъ королевы. — Испугъ гражданскаго губернатора. — Порученіе, данное коадъютору. — Онъ спасаетъ маршала ла-Мейлльере. — Опасность, которой онъ самъ подвергается. — Онъ снова отправляется во дворецъ. — Отвѣтъ королевы. — Коадъюторъ передъ народомъ. — Мятежники расходятся по домамъ

ГЛАВА XVI.

164-8.

Коадъюторъ и его пріятели. — Ихъ опасенія и ихъ совѣщанія. — Честолюбивые замыслы Гонди. — Приготовленія къ междоусобной войнѣ. — Распоряженія коадъютора. — Движеніе народа. — Баррикады. — Предположеніе двора. — Члены парламента представляются королевѣ. — Опасность, которая угрожаетъ членамъ парламента послѣ ихъ представленія. — Депутація парламента снова представляется въ Пале-Ройяль. — Королева освобождаетъ Брусселя изъ тюрьмы. — Безпокойства при дворѣ. — Торжество Брусселя. — Указъ парламента. — Уничтоженіе баррикадъ. — Стихи на Фрондистовъ

ГЛАВА XVII.

1648—1649.

Дворъ уѣзжаетъ въ Рюель. — Побѣды и рана принца Конде. — Онъ вызывается въ Парижъ. — Принцъ и бѣшеный человѣкъ. — Дерзкое предложеніе парламента. — Указъ королевы. — Слухи о мнимомъ предположеніи кардинала жениться на королевѣ. — Вліяніе Конде. — Дворъ возвращается въ Парижъ. — Новая вражда парламента противъ Мазарина. — Гнусный совѣтъ принца Конде. — Дворъ намѣревается ѣхать въ Сен-Жерменъ. — Королева пьетъ. — Отъѣздъ двора изъ Парижа. — Дворъ въ Сен-Жерменѣ. — Страхъ Парижанъ. — Письмо короля. — Указъ парламента. — Начало междоусобной войны

ГЛАВА XVIII.

1649.

Нѣсколько словъ о герцогѣ д’Ельбёфъ, герцогѣ Булльонскомъ, принцѣ Конти, коадъюторѣ и герцогинѣ Лонгвиль. — Почему они были недовольны. — Сношенія Гонди съ герцогинею Лонгвиль. — Коадъюторъ Гонди на площади Новаго-Рынка. — Визитъ Бриссака къ Гонди. — Предположенія герцога д’Ельбёфъ. — Онъ противодѣйствуетъ коадъютору. — Прибытіе въ Парижъ принца Конти. — Недовѣрчивость народа къ фамиліи Конде. — Принцы въ парламентѣ. — Борьба между принцемъ Конти и герцогомъ д’Ельбёфъ. — Интриги коадъютора. — Герцогиня Лонгвиль и герцогиня Булльонская въ Думѣ. — Принцъ Конти объявленъ генералиссимусомъ парламента

ГЛАВА XIX.

1649.

Конде принимаетъ сторону двора. — Пріѣздъ герцога Бофора въ Парижъ. — Исторія юнаго Тапкреда Рогана. — Мѣры Фрондистовъ. — Бѣдность англійской королевы. — Графъ д’Аркуръ. — Принятое имъ на себя порученіе. — Успѣхи Парижанъ. — Первое къ Коринѳянамъ. — Смерть юнаго Танкреда. — Конде осаждаетъ и беретъ Шарантонъ. — Дѣло при Вилль-Жюифѣ. — Миролюбивые поступки двора. — Частныя сдѣлки. — Общій мирный договоръ. — Конецъ перваго дѣйствія междоусобной войны. — Революція въ Англіи

ГЛАВА XX.

1649—1650.

Герцогъ Орлеанскій возвращается въ Парижъ. — Предположеніе родственнаго союза между домами Вандомовъ и Мазарина. — Успѣхъ непріятеля. — Королева съ своими двумя сыновьями, съ кардиналомъ и принцемъ Конде уѣзжаетъ въ Компьенъ. — Намѣренія Конде. — Онъ ссорится съ Мазариномъ. — Два типографщика. — Рене Дюплесси. — Мазаринисты и Фрондисты. — Прерванный ужинъ. — Визиты нѣкоторыхъ особъ королевѣ. — Успѣхъ герцога д’Аркура. — Возвращеніе двора въ Парижъ. — Радость народа. — Новая ссора между Конде и Мазариномъ. — Дѣло о табуретахъ. — Негодованіе и мщеніе принца Конде. — Герцогиня Шеврёзъ и Мазаринъ. — Герцогиня Шеврёзъ и коадъюторъ Гонди. — Свиданіе Гонди съ королевою. — Его дружескій разговоръ съ Мазариномъ. — Опасныя условія для принца Конде. — Отчаяніе герцога Орлеанскаго. — Герцогиня Шеврёзъ утѣшаетъ его. — Онъ вступаетъ въ заговоръ противъ принца Конде. — Конде является къ королевѣ. — Его берутъ подъ-арестъ вмѣстѣ съ Конти, его братомъ. — Послѣднія этого арестованія

ГЛАВА XXI.

1650.

Герцогиня Лонгвиль въ Нормандіи. — Приключенія съ нею. — Она пріѣзжаетъ въ Голландію. — Бѣгство герцогини Булльонской. — Она снова арестована. — Супруга принца Конде въ Бордо. — Поступокъ вдовствующей принцессы и герцога Орлеанскаго. — Тюрень заключаетъ договоръ съ Испанцами. — Безпокойства при дворѣ. — Дворъ уѣзжаетъ въ Компьенъ. — Въ Бордо скрывается партія недовольныхъ. — Походъ противъ этого города. — Жестокій поступокъ королевы. — Удовлетвореніе жителей Бордо. — Баронъ Канолль. — Его казнь. — Окончаніе войны на Югѣ. — Визитъ принцессы Конде къ королевѣ. — Слово герцога ла-Рошфуко. — Успѣхъ маршала Тюреня во главѣ Испанцевъ. — Коадъюторъ присоединяется къ партіи принцевъ. — Условія этого союза. — Принца Конде переводятъ изъ Венсеня въ замокъ Маркусси, а потомъ въ Гавръ. — Походъ Мазарина. — Кончина вдовствующей принцессы Конде, — Указъ парламента. — Кардиналъ возвращается въ Парижъ. — Нѣсколько словъ о герцогѣ Ангулемскомъ

ГЛАВА XXII.

1651.

Интриги Мазарина послѣ его возвращенія въ Парижъ. — Отказъ дѣвицы Монпансье, герцогини Орлеанской. — Вѣрность Гастона. — Жалобы парламента. — Обвиненіе коадъютора. — Его рѣчь. — Новая буря грозитъ двору, герцогъ Орлеанскій и Мазаринъ. — Мѣры, которыя принимаетъ герцогъ Орлеанскій. — Буря возстаетъ противъ кардинала. — Мнѣніе госпожи де-Шеврёзъ. — Отъѣздъ Мазарина. — Совѣтъ коадъютора. — Нерѣшительность герцога Орлеанскаго. — Смятеніе въ Парижѣ. — Народъ въ Пале-Ройялѣ. — Освобожденіе принцевъ. — Пріѣздъ принца Конде въ Парижъ. — Отступленіе коадъютора. — Требованія принца. — Коадъюторъ и королева. — Заключеніе условій. — Совершеннолѣтіе короля

ГЛАВА XXIII.

Каково было общество въ эту эпоху. — Какія женщины имѣли на нее вліяніе. — Маріона де-Лормъ. — Нѣсколько анекдотовъ. — Министръ финансовъ д’Емери. — Президентъ де-Шеври. — Клавдій Киллье. — Кончина Маріоны де-Лормъ. — Пинона де-Ланкло. — Ея отецъ. — Сент-Етьеннъ. — Гарей. — Кулонъ. — На какіе классы раздѣляла Пинона своихъ обожателей. — Госпожа де-Шуази. — Ея общество. — Дѣвица де-Скюдери. — Ея воспитаніе. — Ея бѣдность. — Первыя ея сочиненія. — Les Chroniques du samedi. — Маркиза Рамбулье. — Ея домъ. — Голубая комната. — Доброта маркизы Рамбулье. — Какъ она опредѣляла дружбу. — Епископъ Лизіёскій и утесы сада Рамбулье. — Грибы графа Гитъ. — Семейство маркизы Рамбулье. — Хорошенькая Юлія. — Г. Пизани. — Дѣвица Полё. — Г. Грассъ. — Вуатюръ

ГЛАВА XXIV.

Начало театра. — Бургонскій отель. — Театръ-Маре. — Непрочное положеніе актеровъ? — ГолтьеТаргилль. — Ганри-Легранъ. — Гро-Гилльомъ. — Белльрозъ. — Ла-Бопре. — Ла-Валліотъ. — Мондори. — Белльрозъ. — Баронъ 1-й. — Д’Оржемонъ. — Флоридоръ. — Дѣвица Баронъ. — Дуэль между двумя актрисами. — Бежары. — Мольеръ. — Драматическіе писатели. — Скюдери. — Ла-Калиренедъ. — Тристанъ л’Ермитъ. — Ла-Серръ. — Боа-Роберъ. — Коллете. — Скарронъ. — Ротру. — Корнель

ГЛАВА XXV.

1652.

Совершеннолѣтіе короля. — Барбоны. — Состояніе Франціи внутри и извнѣ. — Герцогъ Орлеанскій. — Принцъ Конде. — Мазаринъ. — Коадъюторъ. — Дочь герцога Орлеанскаго. — Кардиналъ возвращается во Францію. — За его голову положена цѣна. — Онъ спокойно проѣзжаетъ Францію и присоединяется въ королевѣ въ Пуатье. — Маршалъ Тюрень возвращается и предлагаетъ свои услуги королю. — Дворъ оти; авляется въ Орлеанъ. — Дѣвица де-Монпансье, принцесса Орлеанская, объявляетъ себя противъ двора, и беретъ городъ Орлеанъ

ГЛАВА XXVI.

1652.

Принцъ Конде пріѣзжаетъ въ армію. — Его письма къ принцессѣ Монпансье. — Состояніе королевской арміи. — Поединокъ между королемъ и его братомъ. — Жалкое положеніе двора. — Каково было тогда довѣріе къ Людовику XIV. — Сто луидоровъ взятые и потерянные. — Общая бѣдность. — Возвращеніе дѣвицы де-Монпансье въ Парижъ. — Она продолжаетъ быть главою партіи. — Приготовляется сраженіе. — Принцъ Орлеанскій отказывается дѣйствовать. — Онъ передаетъ свою власть принцессѣ Монпансье. — Принцесса отправляется въ Думу. — Предложенія, которыя она дѣлаетъ совѣтникамъ. — Битва Сент-Антуанскаго предмѣстья. — Принцесса приказываетъ стрѣлять изъ орудій Бастиліи на королевскія войска. — Отступленіе арміи короля. — Принцессу привѣтствуютъ и поздравляютъ съ побѣдою въ Люксембургѣ

ГЛАВА XXVII.

1652.

Собраніе въ городской Думѣ. — Странный знакъ отличія. — Новыя затрудненія принца Орлеанскаго. — Проектъ Уніи. — Нападеніе на городскую Думу. — Общая исповѣдь. — Замѣшательство принцевъ. — Принцессѣ Монпансье даютъ новое порученіе. — Ея несчастныя встрѣчи. — Храбрость этой принцессы. — Ея пріѣздъ въ Думу. — Она спасаетъ городскаго старшину. — Дворъ удаляется въ Понтуазъ. — Декларація парламента въ пользу принца Орлеанскаго. — Противоположный указъ королевскаго совѣта

ПРЕДИСЛОВIE.

Въ историческомъ мірѣ извѣстно четыре великихъ вѣка: вѣкъ Перикла, вѣкъ Августа, вѣкъ Льва X и вѣкъ Людовика XIV.

Первый изъ этихъ вѣковъ произвелъ: Мильтіада, Леонида, Ѳемистокла, Аристида, Павзанія, алькивіада, Софокла, Эврипида, Фидія, Аристофана, Зевксиса, Парразія, Сократа, Діогена, Геродота и Ксенофонта.

Второй: Суллу, Цицерона, Цезаря, Лукреція, Катулла, Виргилія, Горація, Проперція, Овидія, Тибулла, Катона, Саллюстія, Корнелія, Пейота, Діодора Сицилійскаго, Тита Ливія, Діонисія Галикарнасскаго, Сципіона Африканскаго, и Витрувія.

Третій: Гвигіардини, Макіавеля, Паоло Джіове, Аріоста, Микель-Анджело, Рафаеля, Тиціана и Галилея.

Четвертый: Ришелье, Монморанси, Мазарипи, Жанъ-Барта, Люксембурга, Конде, Тюренна, Катина, Турвилія, Лувуа, Виллара, Корнеля, Декарта, Мезере, Ларошфуко, Бейля, Мольера, Лафонтева, Лебрена, Перро, Жирардона, Боссюэ, Малибранша, Пюже, Расина, Буало, Люлли, мадамъ де-Севинье, Фонтенелля, Фенелона, Жанъ-Баптиста Руссо, Роллена, Шольё, Миньяра и Кино (Quinault).

Изъ этихъ четырехъ вѣковъ, мы избрали для описанія, не смѣемъ сказать благороднѣйшій, прекраснѣйшій и самый великій, хотя намъ такъ кажется, но ближайшій къ намъ, и поэтому представляющій для насъ наиболѣе интереса.

Въ наше время былъ созданъ новый способъ писать исторію; мемуары частныхъ лицъ ввели насъ во внутреннюю жизць боговъ нашей монархіи, и мы увидѣли, что эти боги, какъ и боги древности, несмотря на все свое величіе, не лишены слабостей, что они ослѣпительные издали, теряютъ часть своего блеска, если проникнуть въ мракъ, окружающій нѣкоторыя стороны ихъ жизни.

Можетъ быть Людовикъ XIV одинъ до сихъ поръ избѣгнулъ справедливаго суда исторіи. Онъ былъ слишкомъ превознесенъ приверженцами монархіи, и слишкомъ униженъ революціонными писателями, объявленъ непогрѣшимымъ одними, а другими обвиненъ въ недостаткѣ всѣхъ достоинствъ; ни объ одной коронованной особѣ не было столько, и такихъ разнообразныхъ сужденій, какъ о немъ, и никто изъ нихъ не слышалъ, если за гробомъ можно слышать, посреди сна смерти, которымъ онъ заснулъ послѣ продолжительнѣйшаго царствованія, болѣе громкихъ похвалъ и несправедливыхъ обвиненій.

Бога, вознесеннаго до облаковъ, человѣка осужденнаго строже, нежели онъ заслуживалъ, нужно теперь возвратить на принадлежащее ему мѣсто. Мы пишемъ не похвальное слово, не памфлетъ, а портретъ человѣка во всѣ поры жизни, отъ несчастнаго дѣтства до жалкой старасти, проходя чрезъ всѣ фазы радости и горя, любви и ненависти, слабости и величія, составлявшія эту жизнь, единственную, какъ свѣтлыми, такъ и іенными сторонами. Мы представимъ свѣту Людовика XIV, бога для міра, короля для Европы, героя для Франціи, человѣка для сзонхъ страстей; и мы увѣрены, что онъ будетъ здѣсь истиннѣе и сходнѣе съ самимъ собою, нежели его видѣли когда нибудь въ исторіи, на полотнѣ или на пьедесталѣ; и можетъ быть онъ будетъ болѣе великимъ, будучи человѣкомъ между людьми, нежели онъ казался, когда его сдѣлали богомъ между богами.

И какихъ спутниковъ можетъ требовать самое взыскательное божество, которыхъ не было у Людовика XIV? Гдѣ найти министровъ, подобныхъ Ришелье, Мазарини, Кольберу и Лувуа; полководцевъ, которыхъ слава затмила бы славу Конде, Тюренна, Люксембурга, Катина, Бервика и Виллара; моряковъ, которые бы боролись вмѣстѣ съ Англіей и съ моремъ, какъ Дюге-Труэнъ, Жанъ-Бартъ и Турвилль; поэтовъ, говорящихъ языкомъ Мольера, Корнеля и Расина; моралистовъ, какъ Паскаль и Лафонтенъ; наконецъ фаворитокъ, какъ Лавальеръ, Фонтанжъ, какъ мадамъ де-Монтеспанъ и мадамъ де-Ментенонъ?

Бѣдность дитяти, любовь юноши, слава героя, гордость короля, упадокъ старца, слабость отца, смерть христіанина, все будетъ видно на картинѣ, на первомъ планѣ которой будутъ: Лувръ, Сенъ-Жерменъ и Версаль, на второмъ — Франція, а на горизонтѣ — міръ; потому что въ исторіи Людовика XIV нужно не восходить отъ народа къ королю, а спускаться отъ короля къ народу. Будемъ помнить священное слово побѣдителя Голландіи, когда онъ былъ на верху славы: государство — это я!

Біографія Людовика XIV, написанная такимъ образомъ, во всѣхъ подробностяхъ, къ которымъ иногда приходитъ на помощь бѣглый взглядъ, брошенный на цѣлое; біографія эта, смѣемъ сказать, будетъ имѣть всю важность исторіи, всю капризность романа, всю занимательность мемуаровъ; поэтому мы не колеблясь представляемъ, не смотря на предъидущія наши труды, а можетъ быть по причинѣ этихъ трудовъ, нашу книгу публикѣ, будучи увѣрены въ ея благосклонности.

Александръ Дюма.

Глава I.

Пятаго декабря І637 года, король Людовикъ XIII поѣхалъ въ монастырь Благовѣщенія (de la Visitation de Sainte Marie), находившійся въ улицѣ Сентъ-Антуанъ, къ м-ль де-Лафайетъ, удалившейся туда въ мартѣ того же года, и принявшій имя сестры Анжелики. Короли, королевы и дѣти Франціи, имѣли право входить во всѣ монастыри, и свободно говорить съ монахами и монахинями; поэтому ничто не могло препятствовать королю посѣщать м-ль де-Лафайетъ, прежнюю свою фаворитку.

Впрочемъ извѣстно, что фаворитки Людовика XIII были только его друзьями, и что волокитство цѣломудреннаго сына Генриха IV и цѣломудреннаго отца Людовика XIV вовсе не цѣломудренныхъ королей, не вредило доброму имени тѣхъ, къ которымъ оно относилось.

Луиза Мотье де-Лафайетъ, происходившая изъ древней Овернской фамиліи, поступила на семнадцатомъ году своей жизни, фрейлиной ко двору Анны Австрійской. Король замѣтилъ ее въ 1630 году; умъ и красота ея вывели его, если не изъ цѣломудрія, то изъ обыкновенной его холодности; Бассомпіеръ разсказываетъ, что проѣзжая въ это время черезъ Ліонъ, гдѣ жилъ Людовикъ XIII, онъ видѣлъ короля между дамами, влюбленными и любезнымъ противъ обыкновенія.

М-ль де-Лафайетъ была въ милости до тѣхъ поръ, пока не принимала никакого участія въ дѣлахъ политическихъ. Но отецъ Жозефъ, родственникъ ея со стороны Маріи Мотье де-Сенъ-Роменъ, ея матери, убѣдилъ ее принять участіе въ интригахъ противъ кардинала, котораго честолюбивый капуцинъ хотѣлъ погубить въ глазахъ короля, и съ тѣхъ поръ спокойствіе и счастіе навсегда оставили ее и ея царственнаго поклонника.

По обыкновенію, Ришелье не прямо напалъ на любовь Людовика XIII къ м-ль де-Лафайетъ; онъ употребилъ одну изъ тѣхъ хитростей, къ которымъ великій министръ такъ часю прибѣгалъ, и которыя ему всегда удавались, потому что отъ него не ожидали подобныхъ уловокъ, считая ихъ недостойными такого великаго генія: онъ угрозами заставилъ Буазанваля, (котораго Людовикъ XIII сдѣлалъ изъ простаго служителя первымъ своимъ камердинеромъ) измѣнить своему государю, довѣрившемуся ему во всѣмъ, и сначала перемѣнять смыслъ словесныхъ посланій влюбленныхъ, а потомъ передавать кардиналу письма, которыя они писали другъ къ другу, и которыя въ его кабинетѣ, подъ рукою искусныхъ секретарей, нарочно для того нанятыхъ, претерпѣвали такія измѣненія, что, вышедши изъ рукъ писавшихъ полными нѣжныхъ выраженій, они приходили на мѣсто назначенія, съ такими горькими упреками, что уже близко было къ размолвкѣ, когда неожиданное объясненіе открыло истину.

Призвали Буазанваля, принужденнаго признаться въ своей измѣнѣ и разсказать всѣ дѣйствія министра; тогда только Людовикъ XIII, и м-льде-Лафайетъ узнали, что ненависть кардинала уже давно ихъ преслѣдуетъ.

Извѣстно какъ страшна была эта ненависть даже для короля; Букингэмъ, Шале, Монморанси поплатились за нее жизнію, и, по всей вѣроятности, тоже ожидало и отца Жозефа. М-ль де-Лафайетъ, въ страхѣ, сочла за лучшее тотчасъ же укрыться въ монастырь Благовѣщенія, и не смотря на всѣ просьбы Людовика XIII, осталась въ немъ, принявши монашескій санъ, подъ именемъ Анжелики, по словамъ однихъ 19, а по мнѣнію другихъ 21 мая 1637 года.

Но хотя м-ль де-Готфоръ, вызванная Ришелье изъ изгнанія, начинала уже занимать въ сердцѣ короля мѣсто, принадлежавшее прежде м-ль де-Лафайетъ, тѣмъ не менѣе Людовикъ XIII продолжалъ видѣться и съ послѣдней, и какъ мы уже видѣли, тайно выѣхавъ изъ Гробуа, гдѣ тогда онъ жилъ, пріѣхалъ къ ней въ монастырь. Онъ вошелъ туда въ четыре часа по-полудни, а вышелъ въ восемь.

О чемъ говорено было въ это время, неизвѣстно, потому что Людовикъ XIII въ этотъ разъ, какъ и всегда, съ тѣхъ поръ какъ м-ль де-Лафайетъ удалилась въ монастырь, говорилъ съ ней съ глазу на глазъ. Но когда король вышелъ, онъ былъ задумчивъ это не ускользнуло отъ глазъ его спутниковъ; въ то время была ужасная буря съ дождемъ и градомъ, ни зги не было видно; кучеръ спросилъ короля, возвращаться ли въ Гробуа; тогда Людовикъ XIII, какъ будто бы сдѣлалъ усиліе надъ самимъ собою, и сказалъ послѣ нѣкотораго молчанія:

— Нѣтъ, мы ѣдемъ въ Лувръ.

И карета быстро покатилась по дорогѣ во дворецъ, къ удовольствію свиты, вовсе не желавшей прокатиться четыре льё по такой погодѣ.

Пріѣхавъ въ Лувръ, король отправился къ королевѣ, которая была очень удивлена его пріѣздомъ, потому что Людовикъ XIII и Анна Австрійская давно уже начали рѣдко видѣться; она вышла на встрѣчу ему и почтительно поклонилась. Людовикъ XIII подошелъ къ ней, поцѣловалъ ея руку такъ же застѣнчиво, какъ еслибъ онъ видѣлъ ее въ первый разъ, и сказалъ нетвердымъ голосомъ:

— Madame, погода такъ дурна, что мнѣ невозможно возвратиться въ Гробуа; потому я прошу у васъ ужина и ночлега.

— Мнѣ доставляетъ большую честь и большое удовольствіе предложить то и другое вашему величеству, отвѣчала королева, и я теперь благодарю Бога за бурю, которую онъ послалъ и которая только что такъ сильно пугала меня.

И такъ Людовикъ XIII 5 декабря 1637 года не только ужиналъ, но и провелъ ночь съ Анной Австрійской; на утро онъ уѣхалъ въ Гробуа.

Дѣломъ ли случая было это сближеніе между королемъ и королевою, этотъ возвратъ короткости между женою и мужемъ? Дѣйствительно ли буря испугала Людовика XIII, или онъ уступалъ убѣдительнымъ просьбамъ м-ль де-Лафайетъ? Послѣднее предположеніе вѣроятнѣе. Мы думаемъ, что буря была только предлогомъ.

Какъ бы то ни было, ночь эта достопамятна для Франціи и даже для Европы, которой видъ она измѣнила; ровно черезъ девять мѣсяцевъ послѣ этой ночи родился Людовикъ XIV.

Королева скоро замѣтила, что она беременна, но не смѣла никому говорить объ этомъ первые пять мѣсяцевъ, боясь ошибиться; но въ началѣ шестаго мѣсяца не оставалось болѣе сомнѣнія. Младенецъ сдѣлалъ первое движеніе. Это было 11 мая 1638 года.

Анна Австрійская тотчасъ велѣла позвать г. Шавиньи, который всегда былъ ей преданъ. Поговоривъ съ ней нѣсколько минутъ, Шаниньи отправился къ королю.

Онъ засталъ его величество готовымъ къ выѣзду на охоту Людовикъ XIII, увидѣвъ государственнаго министра, нахмурилъ брови; онъ думалъ, что Шавиньи пришелъ говорить о политикѣ или объ администраціи, и что любимая его забава, единственная, которая доставляла ему постоянное и истинное удовольствіе, будетъ отложена.

— Что вамъ угодно? спросилъ онъ съ нетерпѣливымъ движеніемъ, и что вы намъ скажете? Вы знаете, что государственныя дѣла до насъ не касаются; вы можете говорить о нихъ съ г. кардиналомъ.

— Государь, сказалъ Шавиньи, я пришелъ просить у васъ милости для бѣднаго заключеннаго.

— Просите у кардинала, просите у кардинала, господинъ Шавиньи; можетъ быть заключенный врагъ его эминенціи, а слѣдовательно и нашъ врагъ.

— Ни чей, сиръ; это вѣрный служитель королевы, несправедливо подозрѣваемый въ измѣнѣ.

— А, понимаю! вы говорите о Лапортѣ; это до меня не касается, Шавиньи, обратитесь къ г. кардиналу. — Пойдемте, господа, пойдемте.

Онъ далъ знакъ спутникамъ своимъ, и хотѣлъ выйти.

— Однако, государь, сказалъ Шавиньи, королева думала, что по случаю новости, которую я вамъ приношу, ваше величество исполните, просьбу, которую она мнѣ велѣла передать вамъ.

— А какая это новость? спросилъ король.

— Та, что королева беременна, отвѣчалъ Шавиньи.

— Королева беременна! вскричалъ король, а! ночь 5 декабря!…

— Не знаю, государь, знаю только то, что Богъ услышалъ молитвы Франціи и умилосердился надъ безплодіемъ, такъ сильно печалившемъ насъ всѣхъ.

— И вы увѣрены въ томъ, что говорите, Шавиньи? спросилъ король.

— Королева ничего не хотѣла говорить вашему величеству, не убѣдившись совершенно. Но сегодня ея августѣйшее дитя въ первый разъ оказало признаки жизни и такъ какъ вы ей обѣщали, говорила она, въ подобномъ случаѣ исполнить всякую ея просьбу, то она проситъ васъ — выпустить изъ Бастиліи Лапорта, ея Porte manteau.

— Хорошо, сказалъ король, это не мѣшаетъ нашей охотѣ, господа; ее нужно только отложить немного. Подождите меня внизу, а я съ Шавиньи зайду къ королевѣ. Придворные весело проводили короля до покоевъ Анны Австрійской, куда Людовикъ XIII вошелъ, между тѣмъ какъ они пошли далѣе.

Король оставилъ Шавиньи въ салонѣ королевы и вошелъ въ ея молельню; неизвѣстно, что онъ тамъ говорилъ съ супругой, потому что они были наединѣ.

Черезъ десять минутъ онъ вышелъ съ лицомъ, сіяющимъ отъ радости.

— Шавиньи, сказалъ онъ, это правда. Дай Богъ чтобъ это былъ Дофинъ. Ахъ, какъ бы это взбѣсило моего любезнѣйшаго братца!

— А Лапортъ, государь? спросилъ Шавиньи.

— Завтра вы велите его выпустить изъ Бастиліи, но съ условіемъ: чтобы онъ немедленно удалился въ Сомюръ.

На другой день, 12 мая, Легра, секретарь королевы, явился въ Бастилію съ посланнымъ отъ Шавиньи; онъ далъ Лапорту подписать обѣщаніе удалиться въ Сомюръ; Лапортъ подписалъ и 13 числа былъ освобожденъ.

Такимъ образомъ первое движеніе, сдѣланное Людовикомъ XIV въутробѣ матери, было причиною одной изъ милостей, на которыя такъ; скупъ былъ Людовикъ XIII. Это было хорошее предзнаменованіе.

Слухъ о беременности королевы быстро разнесся по Франціи; ему съ трудомъ вѣрили; послѣ двадцатидвухлѣтняго безплоднаго брака, это считали почти чудомъ.

Притомъ же всѣ знали причины несогласія между королемъ и королевой. Поэтому никто не смѣлъ питать надежды, которую давно уже считали потерянною.

Бросимъ бѣглый взглядъ на причины этихъ супружескихъ несогласій; это будетъ для нашихъ читателей случаемъ познакомиться съ важнѣйшими лицами романическаго двора, при которомъ были соединены три элемента: французскій, итальянскій и испанскій, съ лицами, которыя являются въ началѣ правленія Людовика XIV, какъ представители другаго вѣка и другой эпохи.

Король Людовикъ XIII, которому тогда было 37 лѣтъ, былъ вмѣстѣ гордъ и робокъ, мужественъ какъ герой и нерѣшителенъ какъ дитя; онъ умѣлъ сильно ненавидѣть, но любилъ всегда осторожно; былъ скрытенъ, потому что долго жилъ съ людьми, которыхъ ненавидѣлъ, по видимому терпѣливъ и слабъ, но золъ вспышками, жестокъ до утонченности съ наслажденіемъ, хотя отецъ его Генрихъ IV употребилъ всѣ усилія въ его дѣтствѣ, чтобы исправить его отъ этой склонности къ жестокости, даже два раза собственноручно наказалъ его: первый разъ за то, что онъ размозжилъ между двумя камнями голову живаго воробья; второй разъ за то, что онъ возненавидѣлъ одного молодаго дворянина и придворные принуждены были, чтобъ его успокоить, выстрѣлить въ этого дворянина холостымъ зарядомъ; тогда молодой человѣкъ, заранѣе предупрежденный, упалъ какъ бы убитый, и это такъ обрадовало будущаго друга Монморанси и Сенъ-Марса, что онъ захлопалъ въ ладоши. При этихъ наказаніяхъ Марія Медичи защищала сына, но Беарнецъ, не слушая ея протестовъ, сказалъ ей пророческія слова: Madame, молите Бога чтобъ я жилъ; повѣрьте, когда меня не станетъ, злой мальчишка будетъ васъ обижать.

Впрочемъ дѣтство короля прошло въ совершенномъ пренебреженіи. Королева-мать, которая по словамъ ея мужа, была: мужественна, высокомѣрна, тверда, скрытна, тщеславна, упряма, мстительна и недовѣрчива, хотѣла какъ можно дольше удержать королевскую власть, сдѣлавшуюся для нея необходимостью. По этому, вмѣсто того, чтобы дать сыну высокія познанія, столь нужныя для царствованія, она оставила его въ совершенномъ невѣжествѣ, такъ что его воспитаніе было хуже воспитанія человѣка средняго класса. Будучи въ обществѣ Кончини и Галигай, которыхъ молодой король не терпѣлъ, она видѣлась съ нимъ только тогда, когда его приводила къ ней обязанность, и большею частью принимала его холодно. Однажды случилось даже, что Людовикъ XIII, входя къ матери, наступилъ на ногу любимой ея собачки; собака укусила его. Молодой принцъ, увлеченный болью, ударилъ ее ногою. Собака визжа убѣжала; тогда Марія Медичи взяла ее на руки и стала ласкать и цѣловать обиженную свою любимицу. Юный король, глубоко пораженный этимъ равнодушіемъ матери, тотчасъ вышелъ и сказалъ Люнну:

— Посмотри, Альбертъ, она больше любитъ свою собаку, нежели меня.

Шарль-Альбертъ-де-Люннъ, единственный можетъ быть любимецъ Людовика XIII, который бы не пережилъ дружбы короля, вѣроятно потому, что былъ единственнымъ товарищемъ, котораго допускали къ молодому королю, и то потому только, что въ немъ видѣли человѣка пустаго и неопаснаго. Въ самомъ дѣлѣ, чего опасаться отъ человѣка столь низкаго происхожденія, что даже не всѣ признавали за нимъ титулъ простаго дворянина, съ которымъ онъ и двое его братьевъ явились при дворѣ?

Вотъ что разсказываютъ объ ихъ происхожденіи: У короля Франциска I былъ, въ числѣ придворныхъ музыкантовъ, одинъ лютнистъ, нѣмецъ, по имени Альбертъ, бывшій въ большой милости по своему таланту и уму. Когда король въ первый разъ въѣзжалъ въ Марсель, онъ далъ его брату, бывшему тогда священникомъ, мѣсто каноника. Этотъ священникъ имѣлъ двухъ побочныхъ сыновей; старшаго онъ отдалъ въ школу чтобы сдѣлать изъ него ученаго, а младшаго приготовилъ къ военной службѣ.

Старшій сдѣлался врачомъ, принялъ имя Люннъ, отъ дома, который ему принадлежалъ, близь Морна, слѣдовалъ за королевой Наварской до смерти ея, и разбогатѣвъ, далъ ей взаймы до 12000 экю.

Младшій былъ стрѣлкомъ короля Карла IX, дрался въ Венсеннскомъ лѣсу, въ присутствіи цѣлаго двора, и убилъ своего противника, что доставило ему такую славу, что Данвилль, губернаторъ Лангедока, взялъ его съ собой, далъ ему лейтенантство Понъ-Сенъ-Эспри, и наконецъ сдѣлалъ его губернаторомъ въ Бокеръ, гдѣ онъ и умеръ, оставивъ трехъ сыновей и четырехъ дочерей.

Сыновья эти были; Альбертъ, Кадсне и Брантесъ. Всѣ трое были представлены Лаваренномъ Бассомпіеру. Бассомпіеръ, которому Лавареннъ оказалъ большія услуги при жизни покойнаго короля, исполнилъ, что рѣдко бываетъ, просьбу человѣка, уже не бывшаго въ милости. Онъ помѣстилъ Альберта при королѣ, а братьевъ его при маршалѣ де-Сувре, который сдѣлалъ ихъ товарищами Куртанво, своего сына.

Альбертъ былъ милостиво принятъ королемъ, и скоро сталъ пользоваться его благосклонностью.

До тѣхъ поръ Людовикъ XIII, оставленный всѣми, неимѣвшій другаго общества, какъ псаря и сокольничаго, другаго развлеченія, какъ птичій дворъ, устроенный съ его саду, другаго удовольствія, какъ вести самому, съ кнутомъ въ рукахъ, лошадокъ съ телѣжками, наполненными пескомъ, для построенія крѣпостей, служившихъ ему забавой; другаго занятія, какъ музыка, которую онъ страстно любилъ, и нѣсколько механическихъ искуствъ, которыя онъ изучалъ одинъ. Теперь онъ скоро и сильно привязался къ Альберту, искусному во всѣхъ тѣлесныхъ упражненіяхъ, и оживившему его, до тѣхъ поръ грустную и однообразную жизнь.

Особенно понравилось королю въ Альбертѣ искуство его учить ястребовъ, которыхъ они вмѣстѣ ловили въ Тюильрійскихъ и Луврскихъ садахъ. Поэтому королева-мать, видя, что король занятъ, радовалась дружбѣ его съ Люнномъ, который, по ея мнѣнію, долженъ былъ отвлечь умъ ея сына отъ государственныхъ дѣлъ.

Около этого времени, то есть въ началѣ 1615 года, королю было объявлено, что онъ долженъ жениться на Аннѣ Австрійской, дочери Филиппа III и королевы Маргариты.

Людовикъ XIII показывалъ мало склонности къ удовольствіямъ, Природа сдѣлала его набожнымъ и меланхолическимъ. Ему минуло четырнадцать лѣтъ, когда его женидьба была рѣшена; между тѣмъ, какъ въ эти лѣта его отецъ бѣгалъ, какъ онъ самъ говорилъ, по лѣсамъ и горамъ, гоняясь за женами и дѣвами, съ этимъ жаромъ пылкой крови, которая продолжала кипѣть въ немъ и подъ сѣдинами, — юный король былъ озабоченъ этимъ бракомъ, признавая узы его священными и неразрывными, и вмѣсто того, чтобъ увлечься свойственною его лѣтамъ пылкостью страстей, онъ велъ себя въ этомъ дѣлѣ съ самолюбіемъ и недовѣріемъ человѣка, не хотѣвшаго быть обманутымъ.

Едва онъ узналъ въ Бордо, что невѣста его приближается къ Бидассоа, гдѣ долженъ былъ произойти размѣнъ принцессъ, (потому, что въ тоже время какъ Людовикъ XIII женился на Аннѣ Австрійской, Генріетта Французская, называемая Madame, выходила за инфанта Филиппа), снь послалъ Люнна на встрѣчу молодой принцессѣ, подъ тѣмъ предлогомъ, чтобы вручить ей письмо, но въ сущности для того, чтобъ узнать, дѣйствительно ли она такъ хороша, какъ о ней говорили.