Надежда и любовь, или Шутки в сторону (Григорьев) — ДО

НАДЕЖДА И ЛЮБОВЬ или ШУТКИ ВЪ СТОРОНУ.

КОМЕДІЯ-ВОДЕВИЛЬ, ВЪ ДВУХЪ ДѢЙСТВІЯХЪ.

ДѢЙСТВУЮЩІЯ ЛИЦА:

ПЕТРЪ ПЕТРОВИЧЪ КОРЕЛЬСКІЙ.

СОФЬЯ ИВАНОВНА, его жена.

ЛЮБОВЬ, НАДЕЖДА, дочери отъ перваго брака.

ЕЛИСАВЕТА СТЕПАНОВНА, двоюродная сестра Корельской. пожилая дѣвица.

ВАСИНЬКА, крестникъ Корельскаго живущій у него въ домѣ, 16-ти лѣтъ.

СТЕПАНИДА МАРКОВНА, вдова Маіорша, пріятельница Корельскихъ.

АЛЕКСАНДРЪ ЛЬВОВИЧЪ ВОИНОВЪ, кавалерійскій офицеръ, племянникъ ее.

ИВАНЪ СЕМЕНОВИЧЪ СУДАКОВЪ, стряпчій, ФЕДОРЪ ФЕДОРОВИЧЪ АНАПОВЪ, отставной ротмистръ, пріятели Корельскаго.

ВАРИНЬКА, сестра Воинова, 8-ми лѣтъ.

ГАВРИЛО, слуга Корельскаго.

АННУШКА, его жена.

Дѣйствіе происходитъ на дачѣ Корельскаго. Первое въ гостиной, — второе — въ саду.

ДѢЙСТВІЕ ПЕРВОЕ.

Театръ представляетъ гостиную богато-убранную, на средней декораціи нѣсколько растворенныхъ оконъ, выходящихъ въ садъ; по обѣимъ сторонамъ кабинеты.

ЯВЛЕНІЕ I.

ГАВРИЛО (на лѣвой сторонѣ ставитъ восковыя свѣчи въ канделабры) АННУШКА (дѣлаетъ тоже).

Гаврило. Ты говоришь, что я буду въ дуракахъ?… эге! ну, такъ врешь же ты любезная женушка! (подходитъ къ ней и цѣлуетъ нѣсколько разъ въ плечо). Я на зло тебѣ цѣлую, да, цѣлую. Видишь? а? что взяла? (продолжаетъ цѣловать). Нѣтъ, братъ, вѣдь и я тоже человѣкъ-то съ характеромъ! меня не испугаешь! ты знаешь: мужъ захотѣлъ, такъ жена молчи и дѣлай что велятъ! (тоже) чувствуешь? (тоже) понимаешь?

Аннушка (вставляя свѣчи). Чувствую, чувствую, только отстань, ради Бога, не то вѣдь я тебя свѣчкою по лбу тресну! (замахивается, Гаврило отходитъ).

Гаврило. А! ты хочешь чтобъ у меня вскочилъ рогъ? да нѣтъ, мой дружекъ, у меня тутъ крѣпко! (показывая на лобъ). Такой мужъ какъ я, постоитъ за себя.

Аннуушка. Да перестанешь ли ты пустяки-то болтать? Васинька, барскій крестникъ, ужъ прибѣгалъ сказать мнѣ, что скоро будутъ съѣзжаться къ обѣду.

Гаврило. Васинька? охъ, ужъ этотъ мнѣ Васинька, такъ и рыщетъ за тобой вездѣ, какъ заяцъ.

Аннушка. Ахъ! онъ премиленькій мальчикъ! —

Гаврило. Да, да, хорошъ мальчикъ! гдѣ ты, тамъ и юнъ, разбойникъ! смотри жена, если онъ опять, какъ на прошлой недѣлѣ, тебя поцѣлуетъ, такъ ужъ я его такъ поцѣлую, что онъ и дома не скажется.

Аннушка. Да помилуй, чего ты боишься? вѣдь ему еще только 16-ть лѣтъ? —

Гаврило. Гмъ! а тебѣ бы я чай хотѣлось, чтобъ ему было годковъ двадцать? много будетъ!

Нѣтъ, нѣтъ, пока ему шестнадцать,

Такъ я хочу его сбыть съ рукъ,

А какъ ему ужъ будетъ двадцать,

Такъ плохо будетъ мнѣ мой, другъ.

Я боязливъ, (не попустому),

И нынче въ нашей сторонѣ,

Не вѣрятъ и отцу родному,

Не только молодой женѣ.

Однимъ словомъ, я подражаю моему барину. Ему не любо какъ отставной ротмистръ дѣлаетъ глазки барынѣ, и мнѣ также.

Аннушка. Ахъ, какъ жаль, что я рано вышла за мужъ! О! Елисавета Степановна очень умна; она до сихъ поръ еще дѣвица.

ЯВЛЕНІЕ II.

ТѢ ЖЕ и ВОИНОВЪ.

Гаврило. А, Александръ Львовичъ, милости просимъ!

Аннушка. Вотъ тебѣ разъ, ужъ вы и пріѣхали?

Воиновъ. Здравствуй, милая Аннушка. Ну, что, здоровы ли всѣ ваши?

Аннушка. Слава Богу-съ.

Воиновъ. А скажи пожалуста, что дѣлаетъ Любовь Петровна? весела ли она, здорова ли?

Аннушка. Да Богъ знаетъ, все по прежнему.

Воиновъ. Не говорила ли чего обо мнѣ?

Аннушка. О, сестрица ея, Надежда Петровна, безпрестанно твердитъ ей объ васъ, да кажется все не въ прокъ. Любовь Петровна ужасно боится мущчинъ. Право, мнѣ кажется, что барынина сестра Елисавета Степановна учитъ Любовь Петровну убѣгать васъ.

Воиновъ. Помилуй, я ей, кажется, ничего не сдѣлалъ.

Аннушка. Ахъ, Александръ Львовичъ, всѣ знаютъ, что она дѣвица пожилая, такъ ей и досадно какъ молодые мущины не обращаютъ на нее вниманія.

Гаврило. За то ужъ стряпчій нашего барина, почтенный Иванъ Семенычъ, отъ всего сердца полюбилъ Елисавету Степановну.

Воиновъ. Неужели?

Гаврило. Ей Богу-съ, ужъ онъ давнымъ давно здѣсь.

Воиновъ. Прошу покорно! ну, а что же она?

Аннушкл. Да она и глядѣть на него не хочетъ.

Гаврило. Потому, что его-то благородію около пятидесяти.

Воиновъ. Ну, такъ дай имъ Богъ совѣтъ и любовь. Однако, отъ чего повидать Петра Петровича.

Гаврило. Онъ съ Иваномъ Семенычемъ толкуетъ теперь о своихъ дѣлахъ.

(Звонокъ съ лѣвой стороны)

Аннушка. Ахъ, баринъ звонитъ! (мужу) бѣги!

Воиновъ. Послушай, милая Аннушка, нельзя ли мнѣ теперь увидѣть Надежду Петровну?

А ни ушка. Разумѣется можно. Она ужъ разъ десять прибѣгала сюда спрашивать, не пріѣхалъ ли кто; чудо, какая милая барышня! всегда весела и довольна всѣми.

Воиновъ. Такъ поди же, скажи ей, что я пріѣхалъ.

Аннушка. Извольте, извольте, (увидя Надежду). Впрочемъ нужно трудиться, посмотрите, вотъ она бѣжитъ опрометью по всѣмъ комнатамъ, вѣрно ужъ узнала что вы здѣсь (уходитъ въ садъ).

ЯВЛЕНІЕ III.

ТѢ ЖЕ и НАДЕЖДА (вбѣгаетъ весело).

Надежда (Воинову).

Кто любитъ погрустить,

Тотъ жизнь свою погубитъ,

А кто грустить не любитъ,

Тотъ счастливъ можетъ быть.

Воиновъ (цѣлуя руку). Здравствуйте, здраствуйте, милая Наденька!

Надежда. Здравствуйте, Г. Офицеръ!

Вы славный офицеръ,

Надежда это знаетъ,

И отъ души жалаетъ

Всѣхъ благъ, превыше мѣръ.

Военнымъ и невѣстъ

Надежда предлагаетъ,

А часто обѣщаетъ

И звѣздочекъ и звѣздъ.

Воиновъ. Ахъ, и вамъ за это буду вѣчно благодаренъ! нѣтъ ли у васъ чего новенькаго?

Надежда. Пока еще, кажется, ничего; ну, да это ничего, Вы храбрый офицеръ съ усами, а я ваша надежда, такъ капризная любовь не долго будетъ умничать надъ нами. Если, какъ вы говорите, мирные переговоры не помогаютъ, такъ я, пожалуй, пойду съ вами на штурмъ, и тогда вы увидите, что побѣда будетъ наша.

Воиновъ. Ахъ, милая Надинька, я желалъ бы въ этомъ случаѣ обойтись безъ военныхъ дѣйствій.

Надежда. Нѣтъ, если мы будемъ съ вами все ретироваться, такъ ваши походы, пріѣзды и разъѣзды кончатся чистою отставкой

Воиновъ. Но, можетъ быть, любовь моя…

Надежда. Боже мой! да одна ваша любовь, безъ нашей, просто ни куда не годится. И знаете ли вы, что ужъ изъ вашей любви, я сочинила нынче планъ для сказки.

Воиновъ. Вотъ прекрасно!

Надежда. Да, и по этому плану вы непремѣнно обязаны дѣйствовать. Слушайте: положимъ, что вы какой нибудь древній, сильный богатырь; вотъ вы узнали это, что существуетъ па свѣтѣ одна княжна, красавица, которой отецъ имѣетъ три царства. Первымъ управляетъ онъ самъ, вторымъ его жена, а третьимъ дочь, въ которую, вы, какъ богатырь, заочно влюбились. Итакъ, чтобъ завладѣть этой красавицей, вы идете съ оружіемъ въ рукахъ на первое царство. —Отецъ, увидя такого сильнаго героя, сдается вамъ безъ боя, и вы торжественно идете чрезъ его владѣнія; приходите во второе, гдѣ владычествуетъ мать красавицы, но и та, какъ женщина слабая, не смѣя начать войны, тоже добровольно уступаетъ вамъ поле сраженія; такимъ образомъ, вы теперь приближаетесь къ третьему царству, въ которомъ обитаетъ ваша красавица; но едва вы только явились туда, какъ вдругъ встрѣчаете на пути ужасныхъ враговъ, а именно: предубѣжденіе, гордость и самую убійственную холодность. Вотъ, вы остановились и сказали самому себѣ: не въ силахъ преодолѣть такихъ препятствій! потомъ, сѣли подъ дубомъ и задумали крѣпкую думу.

(Изъ Фигаро).

Вотъ чело твое, склонилось,

Ты грустишь

И день и ночь,

2 (Вдругъ волшебница явилась

(Въ грусти витязю помочь.

Ты ей искренно признался.

Ты не скрылъ своей любви,

2 (И съ надеждою помчался

(Въ храмъ красавицы — любви!

Воиновъ. Милая, добрая Надинька! такъ теперь вся моя надежда только на васъ однѣхъ (цѣлуетъ руку).

ЯВЛЕНІЕ IV.

ТѢ ЖЕ и ЛЮБОВЬ.

Любовь. Что я вижу! Ахъ боже мой! и тебѣ не стыдно сестрица?

Надежда. Ни сколько. Мы съ Александромъ Львовичемъ самые короткіе друзья.

Воиновъ (въ замѣшательствѣ). Любовь Петровна, клянусь вамъ, что я....

Любовь (взглянувъ на него). Сестра, это вольное обращеніе никуда не годится. Это стыдно, это ни на что не похоже! (уходитъ въ садъ).

Надежда. Да постой же, куда ты торопишься? Сестра? Любенька? Ушла! хорошо же, мы ей дадимъ себя знать.

Воиновъ. Она разсердилась. Неужли за то, что я поцѣловалъ вашу руку?

Надежда. О, не пугайтесь этого, теперь ужъ мы будемъ нападать на ее холодность со всѣхъ сторонъ, и какъ можно отважнѣе.

ЯВЛЕНІЕ V.

ТѢ ЖЕ, КОРЕЛЬСКІЙ во фракѣ, за нимъ ГАВРИЛО.

Корельскій. Поди, Гаврило, и принеси сюда закуску.

Гаврило. Сейчасъ, сударь (уходитъ).

Корельскій. А! Александръ Львовичъ! Здорово, здорово, нарѣченный сынокъ! (обнимаетъ и цѣлуетъ его).

Воиновъ. Здравствуйте, Петръ Петровичъ! поздравляю васъ со днемъ вашего рожденія!

Корельскій. Спасибо, другъ, спасибо. Ну, а будетъ ли сюда къ намъ ваша старушка тетушка?

Воиновъ. О, непремѣнно, и вмѣстѣ съ Варинькой.

Корельскій. Очень радъ, очень радъ.

Надежда (подбѣгая къ рукѣ отца). Здравстуйте, папенька!

Корельскій (цѣлуя ее въ лобъ). А! мамзель! Я только и нижу тебя съ Александромъ Львовичемъ. Смотри, ужъ не хочешь ли ты отбить его у сестры своей?

Надежда. Что вы это, папенька! и вамъ не грѣхъ такъ дурно думать о своей дочери? ну, признаюсь, я отъ васъ, этого не ожидала.

Корельскій. А я такъ отъ тебя всего ожидаю, ты черезъ чуръ умна и затѣйлива, съ тобою надо быть очень осторожнымъ.

Надежда (обращаясь къ Воинову). Милостивый Государь, вы слышите? если вы человѣкъ благородный, то сейчасъ обнажите вашу саблю и омойте кровью нанесенную мнѣ обиду!

Корельскій Ой! ой! виноватъ, виноватъ, сударыня, я совсѣмъ не на вашъ счетъ хотѣлъ это сказать.

Надежда. То-то же, папенька, вы не думайте, у такой Дѣвушки какъ я, всегда найдутся защитники.

Корельскій. Вѣрю, вѣрю; и чтобъ въ самомъ дѣлѣ не дошло до сабель, такъ ужъ я впередъ не коснусь до этой слабой струны. (Воинову) Ну что, успѣшны ли ваши дѣла? признаюсь, я душевно желаю этой свадьбы! Да, я хочу хоть этимъ заплатить долгъ покойному твоему батюшкѣ, который въ военной службѣ всегда и во всѣмъ дѣлился со мною какъ съ братомъ.

Воиновъ. Ахъ, почтенный Петръ Петровичъ, признаюсь вамъ, я еще пока не смѣю назвать себя побѣдителемъ.

Надежда. Не безпокойтесь папенька, съ моею помощію онъ скоро достигнетъ своей цѣли, я вамъ за это ручаюсь.

Корельскій (ей). Ну, ужъ ты сударыня слишкомъ много на себя берешь. (Воинову). Такъ, стало быть, судьба ваша ни чуть не завиднѣе моего почтеннаго Ивана Семеныча.

Воиновъ. Да, кажется. Но скажите, неужели онъ точно ищетъ руки Елисаветы Степановны?

Корельскій. О, да это преотчаянный старичишка. Вотъ онъ сейчасъ открылся мнѣ, что если его изустныя просьбы опять пойдутъ подъ сукно, то онъ непремѣнно заведетъ сердечную тяжбу съ своею 35-ти лѣтней красавицей. Впрочемъ, что касается до васъ, Александръ Львовичъ, то увѣряю, что съ моей стороны все будетъ сдѣлано, кромѣ только принужденія.

Воиновъ. Сохрани Боже! я и самъ бы никогда не согласился прибѣгать къ такому средству.

Корельскій. Именно. Худой тотъ отецъ, который въ этомъ случаѣ употребляетъ власть. Нѣтъ, сердцемъ повелѣвать нельзя.

ЯВЛЕНІЕ VI.

ТѢ ЖЕ и КОРЕЛЬСКАЯ.

Корельская. Ахъ, Александръ Львовичъ. Вы ужъ пріѣхали? Какъ я рада!

Воиновъ (цѣлуя ея руку). Покорно васъ благодарю. Какъ ваше здоровье?

Корельская. Славу Богу! о чемъ это вы толкуете? —

Норильскій. Да вотъ, Соничка, все объ нашихъ невѣстахъ; чертъ знаетъ, два жениха на лицо, а днѣ, какъ кажется, и ухомъ не ведутъ.

Корельская. Ну, да ужъ и я, признаться сказать, всякій день хлопочу объ томъ же. Знаете ли что? я подозрѣваю, что Любенька перемѣнилась съ мущинами въ угожденіе моей двоюродной сестрицы и потому, кажется, намъ прежде надо постараться сбыть ее съ рукъ.

Надежда. Конечно, это бы хорошо, да мудрено. Елисавета Степановна и смотрѣть не хочетъ на Ивана Семеныча.

Корельская. И то правда, она самая разборчивая невѣста. Ужъ сколько я ее не урезонивала, говорила даже, что прошло то время когда она могла браковать жениховъ; но какъ только зайдетъ рѣчь объ Иванѣ Семенычѣ, то она отвѣчаетъ одно: онъ для меня слишкомъ старъ, онъ стряпчій, онъ крючкотворецъ.

Корельскій. Ну, а она, послѣ этаго, просто дура! Иванъ Семенычъ, человѣкъ препочтенный, дѣловой, конечно хоть онъ и имѣетъ нѣкоторыя странности, однако въ ея лѣта лучше этого жениха и со свѣчкой не найти.

Надежда. Ахъ, Боже мой! вотъ счастливая мысль. Папенька, маменька, я нашла одно средство помочь Александру Львовичу. —

Всѣ. Что? что такое? —

Надежда (обдумывая). Погодите, погодите… точно такъ… это нѣсколько поможетъ…

Корельская. Да что же такое?

Корельскій. Сказывай скорѣе…

Надежда (Воинову). Ваша Варинька скоро будетъ сюда?

Воиновъ. Вѣроятно.

Надежда. Хорошо же, мы ее многому научимъ. Пойдемте теперь въ садъ, я постараюсь тамъ все обдумать. А вы папенька, и маменька, извините, заботьтесь объ Иванѣ Семенычѣ, да объ Елисаветѣ Степановнѣ, а ужъ я вамъ не открою этого средства, потому что это, право, не ваше дѣло. Пойдемте, пойдемте! (поетъ Воинову безъ Оркестра).

Вы славный Офицеръ,

Надежда это знаетъ,

И отъ души желаетъ

Всѣхъ благъ превыше мѣръ! (оба убѣгаютъ).

ЯВЛЕНІЕ VII.

КОРЕЛЬСКІЙ, КОРЕЛЬСКАЯ, потомъ ГАВРИЛО.

(съ подносомъ, на которомъ стоятъ разныя закуски).

Корельскій. Экая вѣдь вертушка! —

Корельская. Ахъ, ея всегдашняя веселость восхищаетъ меня.

Корельскій. Да, да, я давно замѣтилъ, что она матушкина дочка.

Корельская. Что жъ, ". если я также всегда весела, то, кажется, въ этомъ худаго нѣтъ, мой другъ?…

Корельскій. Конечно. Только ужъ ты иногда отъ чего-то бываешь черезъ чуръ весела.

Корельская. Живя на дачѣ грѣшно не веселиться. Скажи же мнѣ мой другъ, кого-да кого ты нынче съ себѣ пригласилъ?

Корельскій. Какъ кого? вотъ, Александра Львовича, его тетушку Степаниду Марковну съ Варинькой, Ивана Семеныча, и только.

Корельская. Какъ только? А ротмистра Федора Федоровича Анапова, развѣ ты забылъ пригласить? —

Корельскій (съ недовольнымъ видомъ). Ахъ, да… точно забылъ… (про себя) нѣтъ, этотъ усачъ мнѣ не понутру.

(Гаврило входитъ и поставивъ на задній столъ закуску, уходитъ въ садъ).

Корельская. Какъ же, мой другъ, вѣдь онъ знаетъ, что сегодня твое рожденіе, а ты какъ нарочно и забылъ объ немъ.

Корельскій. Знаетъ! да почему же онъ знаетъ?

Корельская. Почему, потому что я ему третьяго дня еще сказала.

Корельскій (про себя). Чертъ бы его взялъ! —

Корельская. Какъ же это можно забывать объ такихъ людяхъ.

Вѣдь хорошо, что я еще сказала!

Корельскій.

Да можно бы, я чай, и не сказать.

Корельская.

Мой другъ, его давно я не видала!

Корельскій (про себя).

Дай Господи и вѣкъ чтобъ не видать.

Корельская.

Когда со мной сидѣть ему случится,

То онъ всегда благодаритъ за честь.

Корельскій (про себя).

Нѣтъ, если съ ней онъ будетъ все садиться,

Тогда и мнѣ придется на мель сѣсть.

ЯВЛЕНІЕ VIII.

ТѢ ЖЕ и СУДАКОВЪ.

Корельская. А! вотъ, наконецъ, нашъ Иванъ Семенычъ оставилъ дѣла и явился сюда. Здравствуйте, Иванъ Семенычъ.

Судаковъ (низко кланяется и подходитъ къ рукѣ). Честь имѣю, сударыня, Софья Ивановна, принести вамъ мое поздравленіе съ новорожденнымъ, желаю вамъ всякаго благополучія, и остаюсь по гробъ мой, вашимъ, милостивая государыня, всепокорнѣйшимъ слугою и проч. и проч. и проч.

Корельская. Благодарю васъ.

Судаковъ. Не за что, матушка не за что… (обращаясь съ бумагою къ Карельскому). И такъ почтеннѣйшій Петръ Петровичъ, на не правое рѣшеніе вашего дѣла Ярославской межевой конторы, я указалъ законпымъ порядкомъ, а именно: (читаетъ) «Что какъ оная контора разсматривая дѣло, рѣшила прошлаго 853-го года Декабря 4 дня, со всѣмъ въ противность манифеста 1793 года Октября 2 дня, Статьи 10 и Указа 1802 года Апрѣля 7 числа. То мы, будучи таковымъ ея рѣшеніемъ недовольны, просимъ по апелляціи правительствующаго сената въ межевомъ Департаментѣ, въ чемъ и свидѣтельство наше изъ межевой же Канцеляріи полученное, приложено при сей жалобѣ, Всеподданнѣйше просимъ». Да потомъ и пошла писать! хе! хе! хе!

Корельскій. Ай-да Иванъ Семенычъ! спасибо, спасибо почтеннѣйшій! не угодно ли теперь пока до обѣда закусить? милости просимъ…

Судаковъ (подходя къ закускѣ). Да, это таки такъ сказать не мѣшаетъ. Неправда ли матушка, Софья Ивановна? —

Корельская. Разумѣется, обѣдать будемъ не прежде четырехъ часовъ, а вы же нынче поработали.

Судаковъ (Корельскому). Петръ Петровичъ! а вы-то что же?

Корельскій. Я не прочь (закусываетъ съ нимъ). Жена, а гдѣ мой крестникъ Вася, что я его не вижу?

Корельская. Не знаю, вѣрно бѣгаетъ по саду.

Судаковъ (наливая рюмку). А что матушка Софья Ивановна, какъ въ своемъ здоровьѣ Елисавета Степановна?

Корельская. Слава Богу, кажется, здорова.

Судаковъ (вздохнувъ). Ахъ! горе мнѣ грѣшному! по милости ея всѣ мои сердечныя просьбишки уничтожаются. Однакожъ, позвольте эту рюмочку за ея драгоцѣнное здоровье…

Корельская. Какъ вамъ угодно,

Судаковъ (увидя Елисавету). Ахъ! вотъ кстати.

ЯВЛЕНІЕ IX.

ТѢ ЖЕ и ЕЛИСАВЕТА СТЕПАНОВНА.

Судаковъ (кланяясь). Желаю вамъ всякаго здравія, матушка Елисавета Степановна (пьетъ и съ кускомъ сыра отходитъ отъ стола).

Елисавета (сухо). Покорно васъ благодарю. — Сестрица, вы хотѣли гулять по саду, пойдемте…

Судаковъ (тихо Карельскому). Петръ Петровичъ, батюшка, не упускайте благопріятнаго случая, авось либо милостивое рѣшеніе воспослѣдуетъ.

Корельскій (тихо ему). Хорошо, хорошо (Судаковъ уходитъ въ садъ).

Корельская. Пожалуй пойдемъ, только…

Корельскій. Только подождите немного. (Елисаветѣ) Послушай Елисавета Степановна, долго ли ты будешь мучить бѣднаго Ивана Семеныча?

Елисавета. Ахъ Боже мой, да вамъ какое дѣло?

Корельскій. Вотъ хорошо! вѣдь надо же и совѣсть знать. Онъ тебя любитъ, хочетъ жениться, а ты на зло безчувственна какъ камень.

Корельская. Въ самомъ дѣлѣ сестрица, онъ ни чѣмъ не хуже тебя.

Елисавета. Вотъ прекрасно, выйду я за старика!

Корельскій. Да ты-то что за молодая? вѣдь ужъ тебѣ подсорокъ.

Елисавета. А ему подпятьдесятъ.

Корельскій. Да онъ мужчина, это большая разница.

Елисавета. Однакожъ, все я могу найти себѣ жениха поучніе вашего Ивана Семеныча.

Корельскій. Эхъ, перестань искать, худо будетъ. Вѣдь басня Ивана Андреевича Крылова правду говоритъ....

Елисавета. Что за вздоръ! какая басня?

Корельскій. А вотъ какая....

Дѣвица нѣсколько годовъ,

Собою всѣхъ обворожала,

Но и достойныхъ жениховъ,

Все выбирая браковала.

А какъ пора ея прошла,

Какъ жизнь подвинулась къ полвѣку,

2 ("Такъ рада, рада ужъ была

2 ("Что вышла за калѣку!

Елисавета (сердито). Сестрица, угодно вамъ идти? не то я пойду гулять одна.

Корельская (мужу). Обидѣлась (ей). Пойдемъ, пойдемъ, только пожалуста сыщи мой зонтикъ, онъ кажется у меня въ спальнѣ.

(Елисавета уходитъ).

ЯВЛЕНІЕ X.

КОРЕЛЬСКІЙ, КОРЕЛЬСКАЯ, потомъ СУДАКОВЪ.

Корельскій. Прошу покорно! ну что ты тутъ станешь дѣлать; мнѣ кажется что ее самъ дѣдушка домовой не урезонитъ.

Корельская. Постой, мой другъ, теперь дадимъ волю Ивану Семенычу. Авось онъ будетъ счастливѣе насъ.

Судаковъ (показываясь въ дверяхъ). Ну, что мои любезные? на какихъ кандиціяхъ кончилась аудіенція?

Корельскій. Извольте-ка вы теперь сами похлопотать около нее, а мы отправимся въ садъ.

Корельская. Да, да, это будетъ для васъ гораздо полезнѣе.

Судаковъ. Ну, а что какъ она да не приметъ моего прошеньица?

Корельскій. Приметъ, приметъ, прощайте пока. Пойдемъ жена.

Корельская. Пойдемъ, желаю вамъ счастливаго успѣха.

(Оба уходятъ).

Судаковъ (одинъ). Гмъ! одинъ, съ глазу на глазъ, т. е. выходитъ на очную ставку, не дурно-съ! формулярный списокъ моего сердца ей извѣстенъ, да и я нахожу, что оный — по всѣмъ до нынѣ существующимъ законамъ вѣренъ и безпорочемъ. Гмъ! приступимъ благославясь.

Хоть съ ней ладить мудрено,

Но какъ всѣ мы за одно,

Такъ теперь ужъ все равно,

Здѣсь извѣстенъ я давно.

Дѣло ей объяснено,

Растолковано умно,

Такъ авось-либо оно,

Будетъ дѣльно рѣшено.

Да и мной доведено,

Ей любя подтверждено,

Все, что мнѣ судьбой дано,

Будетъ ей поднесено.

Но бѣда, коли должно,

Все что здѣсь заключено, (показавъ на сердце).

Все что мною скрѣплено,

Вновь запрятать подъ сукно!

ЯВЛЕНЕ XI.

СУДАКОВЪ и ЕЛИСАВЕТА (съ зонтикомъ).

Елисавета. Сестрица, вотъ вашъ зонтикъ (увидя Судакова). Ахъ!

Судаковъ. Ахъ! (медленно подходитъ). Позвольте справиться Елисавета Степановна, неужели моя многострадальная физіономія заставила васъ ахнуть?

Елисавета (въ сторону). Ахъ. Боже мой! Я совсѣмъ нынче Не нахожу словъ съ этимъ бѣднымъ старикомъ (молчаніе).

Судаковъ. Изволите быть въ разсужденіи?… (качая головой). Матушка, Елисавета Степановна! неужели драгоцѣнный Цвѣтъ вашей юности осужденъ навсегда поблекнуть понапрасну? неужели моя претензія, освященная законною любовію не будетъ принята и выслушена? неужели наша сердечная тяжба не кончится до скончанія вѣка?

Елисавета. Вѣдь не я, а вы ее начали. Такъ кто же виноватъ.

Судаковъ (съ чувствомъ). Ахъ! во всемъ виновато, это несчастное 9-ти классное сердце! оно невольно притянуло меня къ вашимъ прелестямъ!

Елисавета. Такъ чего же хочетъ отъ меня ваше сердце?

Судаковъ (жалобно). Чтобъ не доводить наше дѣло до высшей инстанціи; пощадите мою чувствительность, согласитесь!

(Молчаніе. Въ это время сквозь окно видно что Васинька бѣгаетъ, черезъ сцену и ловитъ Аннушку).

Елисавета (про себя). Право онъ мнѣ жалокъ. (Ему) На что же я по вашему должна согласиться?

Судаковъ. На святое и торжественное бракосочетаніе.

Елисавета. Нѣтъ, Иванъ Семенычъ, ужъ вы многаго хотите. Прощайте!

Судаковъ (въ горячностію). Матушка, побоитесь хоть Всевышняго, такое неправое рѣшеніе заставитъ меня прыгнуть въ окошко?

Елисавета. Какъ въ окошко?

Судаковъ (загораживаетъ ей дорогу). Прыгну, матушка, и Богъ вамъ свидѣтель что убьюсь до смерти!

Елисавета. Что я слышу!

Судаковъ. И васъ, тогда по всѣмъ законнымъ правамъ осудятъ какъ убійцу титулярнаго совѣтника.

Елисавета. Ахъ, пожалуйста не пугайте меня.

Вы время тратите со мной,

Себя напрасно безпокоя…

Судаковъ.

2 (Такъ возвратите жъ мой покой.

2 (Иль я вамъ вѣкъ не дамъ покоя!

Елисавета.

Вы безпокойный старичекъ,

И затѣваете пустое.

Судаковъ (печально).

2 (Такъ я жъ убійственный скачекъ

2 (Свершу изъ этого покоя!

(Елисавета уходитъ).

Судаковъ. Ушла! (рѣшительно идетъ къ окну). Нѣтъ, высоко! Пойду сочиню лучше на нее жесточайшую аппеляцію. (Уходитъ).

ЯВЛЕНІЕ XII.

ЛЮБОВЬ и НАДЕЖДА (идутъ подъ ручку).

Надежда. Сестрица, ей Богу, онъ цѣловалъ мою руку съ добрымъ намѣреніемъ. Да и не мое поведеніе дурно, а твое Любенька.

Любовь. Вотъ прекрасно! отъ чего? почему?

Надежда. Потому, что тебѣ такъ холодно обходиться съ Александромъ Львовичемъ весьма неприлично.

Любовь. А мнѣ кажется, что я съ нимъ обхожусь такъ какъ должно; если же не вѣрю его любви, такъ это еще ничего не доказываетъ.

Надежда. Ну, такъ и не нужно было сердиться, когда онъ цѣловалъ мою руку. Притомъ знаешь ли, вѣдь мы это мирились, когда ты насъ застала.

Любовь. Мирились! а развѣ ты была съ нимъ въ ссорѣ?

Надежда, Въ ужасной! видишь ли, я, чтобъ узнать точно ли онъ тебя побитъ, начала осуждать твою холодность, доказывала, что ты неспособна ничего чувствовать, что ты просто надменная кокетка. Но онъ вдругъ разсердился на меня, и началъ преотчаянно доказывать противное, увѣрялъ: что ты умна, прелестна, добра, а что если мало вѣришь его любви, такъ это только потому, что конечно, Елисавета Степановна вооружаетъ себя на молодыхъ мущинъ.

Любовь (съ довольнымъ видомъ). Какой вздоръ! я не отъ нее одной слышала, что они и вѣтрены и не постоянны.

Надежда. Можетъ быть только ужъ Александра Львовича должно выключить изъ этого списка. Ей Богу онъ прекрасный человѣкъ!

ЯВЛЕНІЕ XIII.

ТѢ ЖЕ, ВОИНОВЪ и ВАРИНЬКА.

Воиновъ (ведя ее за руку). Любовь Петровна, позвольте представить вамъ вашу любимицу.

Любовь (бросается ее цѣловать). Ахъ, Боже мой! милая Варинька.

Надежда (также цѣлуетъ ее). Варинька!

Воиновъ (Любви). Какъ только она пріѣхала, то сейчасъ попросила ее проводить къ вамъ.

Любовь (застѣнчиво). Покорно васъ благодарю… милая Варинька.

Варинька. Здравствуйте, здравствуйте, дѣвушки! слава Богу, насилу меня тетинька привезла къ вамъ; о, у васъ на дачѣ гораздо веселѣе, нежели у насъ дома. Да и братецъ Александръ Львовичъ признается, что ему съ вами быть вдвое пріятнѣе нежели дома съ тетинькой, которая только что чулокъ вяжетъ.

Надежда. Ну. а что же въ это время дѣлаетъ твой братецъ?

Варинька. Разумѣетря что: все скучаетъ, да вспоминаетъ объ васъ Любовь Петровна. Вѣрно вы ему очень, очень понравились.

Надежда. А обо мнѣ, неужели онъ дома не вспоминаетъ?

Варинька. Вспоминаетъ, да все не такъ часто, какъ объ васъ Любовь Петровна. Ей Богу, мнѣ даже странно, что вы у него съ ума нейдете. Называетъ все васъ хорошенькой, да красавицей, вѣрно онъ васъ очень любитъ. (Любовь отъ ея словъ примѣтно смущается).

Надежда. Да почему же ты это думаешь?

Варинька. Какъ почему? онъ даже рисуетъ ея портретъ. (Любви) И если бъ вы знали какъ онъ похожъ на васъ Любовь Петровна! Премило, вотъ точно вы! (Надеждѣ) а вашего портрета онъ не рисуетъ, вѣрно вы ему не такъ нравитесь.

Надежда (замѣчая за сестрой, поглядываетъ на Воинова). Вотъ что! по для чего же онъ нарисовалъ ея портретъ?

Варинька. Ну, вотъ ужъ это мнѣ и стыдно сказать…

Надежда. Скажи, скажи, милая Варинька.

Варинька. Сказать? ну, пожалуй. Вотъ видете ли, онъ возьметъ ея портретъ, да все и цѣлуетъ! потомъ начнетъ говорить: Боже мой, еслибъ я то же самое могъ дѣлать съ оригиналомъ! (Любви) Любовь Петровна, растолкуйте мнѣ пожалуйста, что такое значитъ оригиналъ? я догадалась, что братцу ужасно хочется его поцѣловать.

Надежда (тихо Любви). Слышишь сестрица? вотъ тебѣ ясное доказательство, что Александръ Львовичъ не похожъ на другихъ.

Любовь (поглядѣвъ украдкой на Воинова). Ахъ, Боже мой! Надинька, я на тебя сегодня очень, очень сердита! Варинька, пойдемъ мой другъ.

Варинька. Куда же? къ вамъ въ комнату?

Любовь. Да, да, пойдемъ скорѣе.

Варинька. Ну, пойдемте. Прощайте Надинька! прощайте братецъ! (обѣ уходятъ).,

Надежда. Ха! ха! ха! Славно же ей досталось отъ насъ. Разсказы о ея портретѣ она ужъ теперь не забудетъ.

Воиновъ. Какъ! неужели вы думаете, что ничего не значущая копія?..

Надежда. Произвела большую тревогу въ сердцѣ оригинала.

Вариньки болтанье.

Право нравилося ей.

Такъ свои старанья

Мы усилимъ поскорѣй;

Счастливымъ началомъ,

Будетъ счастливъ и конецъ;

2 (И съ оригиналомъ

(Вы пойдете подъ вѣнецъ!

Воиновъ. Дай Богъ! тогда я вѣчно буду вамъ обязанъ за это счастіе.

Надежда. Ахъ, Боже мой! вотъ еще прекрасная мысль — пришла мнѣ въ голову!

Воиновъ. Что? что, такое?

Надежда (разсуждая). Да… Да… точно… это будетъ премило… совершенно въ новомъ родѣ!

Воиновъ. Да что такое? откройте мнѣ ради Бога…

Надежда. Погодите, погодите, дайте обдумать хорошенько..

Воиновъ. Ахъ! да мнѣ хочется узнать, что такое вы выдумали скажите…

ЯВЛЕНІЕ XIV.

ТѢ ЖЕ, ГГ. КОРЕЛЬСКІЯ, СУДАКОВЪ, МАІОРША (съ чулкомъ) АНАПОВЪ, ЕЛИСАBЕTА, НАДИНЬКА.

Корельскій. Милости просимъ, дорогіе гости, не угодно ли будетъ въ ожиданіи обѣда закусить чего побудь? а вы молодежь что тутъ дѣлаете? мы вотъ всѣ ломаемъ головы, чтобы придумать какую нибудь забаву на нынѣшній день. Пособите ка намъ.

Воиновъ. Нѣтъ, извините, и не тѣмъ занять.

Корельскій. Да, да, понимаю.

Анаповъ (Воинову). А! здравствуй Александръ.

Воиновъ. Здравствуйте, Федоръ Федоровичъ.

Корильскій. Ну, что же, рѣшайте господа, надо же что нибудь придумать.

Маіорша (вяжетъ). Да вотъ батюшка, твоя Надинька что то призадумалась.

Анаповъ (любезничая). Я полагаю всѣмъ намъ надо будетъ, обратиться съ просьбою къ прелестной хозяюшкѣ, лучше ее едва ли кто изъ насъ придумаетъ какую нибудь новость.

Корильская. Благодарю васъ за комплементъ, мое воображеніе не такъ сильно на выдумки.

Корильскій (разлучая ихъ, входя въ средину). Да, точно, ей ничего не выдумать; не угодно ли потрудиться вамъ ротмистръ.

Анаповъ. Право, я не мастеръ, Петръ Петровичъ.

Корельскій (отводитъ его отъ жены). Такъ и она тоже плохая мастерица.

Маіорша. Стало быть, вѣрно придется вамъ играть въ карты.

Судаковъ (ухаживая за Елисаветой) Въ карты? сохрани Боже! азартныя игры запрещены законами! (Елисаветѣ) не придумаете ли вы что нибудь, Елисавета Степановна?

Елисавета. Нѣтъ, Иванъ Семенычъ.

Судаковъ (отходитъ). Г-мъ! такъ-съ.

Маіорша. Я вамъ говорила, что займемтесь чтеніемъ. У меня же есть чудесная книжка, написанная стихами. Мнѣ давно хочется ихъ послушать.

Корельскій. Что вы! что вы! въ день моего рожденія, Степанида Марковна, я не намѣренъ спать богатырскимъ сномъ.

Амановъ. Ну, такъ Иванъ Семенычъ что нибудь придумаетъ.

Судаковъ. Нѣтъ-съ; я теперь занятъ апелляціонной жалобой, на жестокое, несправедливое сердцѣ одной здѣшней персоны…(показывая на Елисавету).

Елисавета. О, несносный человѣкъ (уходитъ).

Надежда (вскочивъ со стула). Александръ Львовичъ, радуйтесь! папенька! маменька! благодарите меня, я нашла для васъ и для гостей чудесную забаву! —

Всѣ. Неужели?

Надежда.

Ахъ! полноте, не хлопочите,

Я тотчасъ всѣмъ вамъ удружу.

Гости.

Да что жъ вы вздумали, скажите?…

Надежда.

2. Извольте, все вамъ разскажу:

Моя забава всѣхъ измѣнитъ,

Займетъ, утѣшитъ, оживитъ,

женатыхъ — снова переженитъ,

2 Холодныхъ вдругъ воспламенитъ!

(Обращаясь къ кавалерамъ).

Но, господа, хоть противъ воли,

А надо васъ предупредить,

2 (Что ужъ всѣ первыя тутъ роли,

(Должны вы дамамъ уступить.

Корельскій (качая головой).

Охъ, вы первѣйшія особы!

Вездѣ давай вамъ первымъ ходъ,

Иной быть первой и грѣшно бы,

А все роль первую беретъ.

За что же Богъ обидѣлъ насъ-то,

Оставя при вторыхъ роляхъ?

Судаковъ.

2 (За то, чтобы отъ первыхъ — часто

(Вторымъ, быть въ первыхъ дуракахъ.

Надежда. Полноте острить, Иванъ Семенычъ. (отцу) Папенька! только для этой новой игры, я имѣю нужду въ цвѣтахъ.

Корильскій. О, цвѣтовъ 1у меня въ саду вдоволь, пожалуй нарви себѣ если надо. Только говори намъ скорѣй, что это за новая выдумка?

Надежда. Слушайте же: это игра очень интересная, которая совершится посредствомъ цвѣтовъ; дамы первыя должны выбрать себѣ кавалеровъ, но не самовольно, а какихъ сама судьба по цвѣтамъ имъ назначитъ. Послѣ этого, въ продолженіи всего дня и вечера, кавалеръ и дама должны считать себя на время какъ настоящими супругами. Только женскій полъ, въ этомъ случаѣ, долженъ имѣть преимущество, а именно: каждый мужчина, обязанъ исполнять всѣ желанія, всѣ прихоти своей временной супруги и отнюдь не долженъ смѣть роптать или жаловаться на нее. Однимъ словомъ, оба должны быть непремѣнно довольны другъ другомъ, и благодарить судьбу за свое счастіе.

Гости. Прекрасно! прекрасно!

Надежда. А такъ какъ Варинька здѣсь моложе всѣхъ, то я назначаю ее къ раздачѣ жребія. Она, какъ слѣпая Фортуна, будетъ раздавать намъ цвѣты по своему произволу (тихо отцу). Папенька, эта веселая игра можетъ принести большую пользу Александру Львовичу и вашему Ивану Семенычу, потому, что Вариньку мы подговоримъ дать имъ одинакіе цвѣты.

Корельскій (также тихо ей). Да, да, это точно принесетъ имъ большую пользу (про себя). Однако, я постараюсь, чтобъ жена моя въ этой шуткѣ не досталось другому. (Обращаясь къ гостямъ). Что господа? вѣдь выдумка то славная!

Всѣ. О, безподобная! честь и слава Недеждѣ Петровнѣ!

Надежда (присѣдая). Благодарю васъ всѣхъ! папенька, такъ я сейчасъ же побѣгу съ Васинькой нарватъ цвѣтовъ.

Корельскій. Бѣги, бѣги скорѣе.

Надежда (громко). Аннушка! Аннушка! гдѣ ты? поди сюда!

Аннушка (вбѣгаетъ). Я здѣсь, что вамъ угодно?

Надежда. Сыщи поскорѣй двѣ небольшія картонки, и принеси сюда.,

Аннушка. Очень хорошо-съ, сейчасъ! (уходитъ).

Надежда (Воинову). Александръ Львовичь! мнѣ прежде, однако, надо вамъ сказать два слова (тихо ему). Постарайтесь подговоритъ Вариньку, чтобъ она, дала вамъ одинакій цвѣтокъ съ вашей невѣстой. Прощайте! (вслухъ). Васинька, пойдемъ же теперь въ садъ за цвѣтами.

Васинька. Пойдемте, пойдемте.

Надежда (гостямъ). Ну, господа, прощайте пока, желаю вамъ всѣмъ счастливой судьбы! (уходитъ съ Васинѣкой).

Маіорша (взявши чулокъ). Ну, батюшка, Потръ Петровичъ, Эта дочка у тебя умна по полѣтамъ. Вѣдь экая выдумщица! Откуда что берется.

Анаповъ. Прелѣстная дѣвица!

Судаковъ. Да — съ, надо честь отдать, безподобная дѣвица!

Воиновъ. И при всемъ этомъ, она имѣетъ весьма доброе сердце..

Корельскій. Да, да, она здѣсь почти всѣхъ перещеголяла.

Анаповъ (обращаясь къ Корельской). Ахъ, у такой доброй и прелестной матери какъ Софья Ивановна, не можетъ не быть умныхъ, милыхъ дѣтей.

Корельская, (кокетничая). Право вы всегда вашими похвалами заставляете меня краснѣть…

Корельскій (опятъ ревнуя, разлучаетъ ихъ). Любезный ротмистръ, въ самомъ дѣлѣ, что вамъ за радость приводить ее въ краску? она у меня этого смерть не любить. Жена, поди-ка посмотри, что дѣлаетъ дочь, да узнай, все ли у насъ готово къ обѣду.

Корельская (про себя). О, ревнивецъ)! (маіоршѣ). Степанида Марковна, вы всегда любуетесь нашимъ шитьемъ, такъ не угодно-ли, я покажу вамъ новую работу моихъ дочерей?…

Маіорша (встаетъ, переставая вязать). Душевно рада, моя матушка! я таки благодарю бога, въ шитьѣ толкъ знаю не хуже нынѣшнихъ бѣлошвеекъ.

Корельская. Такъ пойдемте же…

Корельскій (кричитъ въ слѣдъ). Сонюшка! да пришли ко мнѣ скорѣе Вариньку.

Корельская. Хорошо, хорошо (обѣ уходятъ).

Воиновъ (тихо Карельскому). Ахъ, Пертъ Петровичъ! дай Богъ, чтобъ эта умная выдумка привела насъ къ желаемой цѣли.

Корельскій. Надѣйтесь, богъ милостивъ.

Анаповъ (обращаясь къ Судакову). Ну, что почтеннѣйшій Иванъ Семенычъ, какъ вы думаете, къ какимъ дамамъ мы нынче попадемъ въ кавалеры?

Судаковъ (пожимая плечами) А Богъ вѣсть, г. ротмистръ! госпожа Фортуна весьма прихотливая особа.

Анпловъ. Однако жъ, я надѣюсь, что сегодня Фортуна насъ съ вами не обидитъ.

Судаковъ. Охъ, и я надѣюсь, да затѣя-то эта больно щекотлива, не нажить бы грѣха?

ЯВЛЕНІЕ XV.

ТѢ ЖЕ и ВАРИНЬКА (вбѣ;гаетъ).

Варинька. Вотъ и я здѣсь! что вамъ угодно, Петръ Петровичъ?

Корельскій. А! милая Варгшька! послушай-ка, что я тебѣ кажу; ты сейчасъ будешь намъ всѣмъ для новой игры раздавать цвѣты, такъ изволь быть здѣсь и приготовиться къ своей роли.

Варинька. Какъ! я буду вамъ раздавать цвѣты? ахъ, какъ ко я этому рада! (прыгаетъ и цѣлуетъ руку у Корельскаго). Покорно васъ благодарю, что вы не забыли меня.

Корельскій (тихо ей). Только смотри, дай своему братцу одинакій цвѣтокъ съ Любенькой, это такъ должно.