Новые хозяйственные движения в крестьянской жизни

Front matter

66

64

Поиск по книге

roman

64

Вышедшая в третьем году книга В. Е. Постникова «Южно-русское крестьянское хозяйство» (Москва, 1891 г. Стр. 32 + 391) представляет из себя чрезвычайно подробное и обстоятельное описание крестьянского хозяйства в губерниях Таврической, Херсонской и Екатеринославской, преимущественно же в материковых (северных) уездах Таврической губернии. Описание это основано, во-первых, — и главным образом — на земско-статистических исследованиях трёх указанных губерний; во-вторых, на личных наблюдениях автора, произведённых им отчасти по долгу службы, отчасти с специальной целью изучения крестьянского хозяйства в 1887—1890 гг.

Попытка свести земско-статистические исследования по целому району в одно целое и изложить результаты их в систематической форме сама по себе представляет громадный интерес, так как земская статистика даёт громадный и детальнейший материал об экономическом положении крестьянства, но даёт в такой форме, что для публики эти исследования пропадают почти бесследно: земско-статистические сборники представ­ляют из себя целые томы таблиц (обыкновенно каждому уезду посвящён отдельный том), одна сводка которых в достаточно крупные и ясные рубрики требует специальных занятий. Необходимость сводки данных земской статистики и обработки их чувствуется уже давно. В последнее время с этой целью предпринято издание «Итогов земской статистики». План этого издания таков: берётся известный частный вопрос, характеризующий крестьянское хозяйство, и особое исследование посвящается сводке всех данных по этому вопросу, имеющихся в земской статистике; соединяются вместе данные, относящиеся и к чернозёмному югу России и к нечернозёмному северу, к губерниям исключительно земледельческим и к губерниям промысловым. По этому плану составлены два вышедшие тома «Итогов»; первый посвящён «крестьянской общине» (В. В.), второй — «крестьянским вненадельным арендам» (Н. Карышев). Позволи­тельно усомниться в правильности такого приёма сводки: приходится, во-первых, сводить вместе данные, относящиеся к различным хозяйственным районам с различными экономическими условиями (при этом отдельная характеристика каждого района пред­ставляет громадные трудности вследствие неоконченности земских исследований и пропусков многих уездов: трудности эти сказались уже во 2-ом томе «Итогов»; попытка Карышева распределить имеющиеся в земской статистике данные к различным оп­ределенным районам — не удалась); во-вторых, описывать отдельно известную сторону крестьянского хозяйства, не касаясь других сторон, — совершенно невозможно; отрывать известный вопрос приходится искусственно, и цельность представления теряет­ся. Крестьянские вненадельные аренды отрываются от аренды надельных земель, от общих данных об экономической группировке крестьян, о величине посевной площади; они рассматриваются только как часть крестьянского хозяйства, тогда как они пред­ставляют собой часто особый способ ведения частновладельческого хозяйства. Поэтому свод данных земской статистики по известному району с однородными хозяйствен­ными условиями был бы, мне кажется, предпочтительнее.

Излагая мимоходом свои мысли о более правильном приёме сводки земско-статистических исследований, мысли, на которые наводит сравнение «Итогов» с книгой Постникова, я должен, однако, оговориться, что Постников, собственно, не задавался целями сводки: он отодвигает на задний план цифирный материал и всё внимание обращает на полноту и выпуклость описания.

В своём описании автор почти с равным вниманием останавливается на вопросах характера экономического, административно-юридического (формы землевладения) и технического (межевой вопрос; система хозяйства; урожаи), но вопросы первого рода он намеревался выдвинуть на первый план.

«Должен признаться, — говорит г. Постников в Предисловии, — что я меньше оста­навливаю внимания на технике крестьянского хозяйства, чем это можно было сделать, но поступаю так потому, что условия экономического характера, на мой взгляд, играют более важную роль в крестьянском хозяйстве, чем техника. В нашей печати… обыкновенно игнорируют экономическую сторону… Очень мало внимания посвящается иссле­дованию коренных экономических вопросов, какими являются для нашего крестьян­ского хозяйства вопросы аграрный и межевой. Настоящая книга более отводит места выяснению именно этих вопросов и в особенности вопроса аграрного» (Предисловие, с. 9).

Вполне разделяя взгляд автора на сравнительную важность экономических и технических вопросов, я и намерен посвятить свою статью изложению лишь той части труда г. Постникова, в которой крестьянское хозяйство подвергается политико-экономическому исследованию.

Главные пункты этого исследования автор характеризует в предисловии следующим образом:

«Являющееся в последнее время большое употребление машин в крестьянском земледелии и заметное расширение размеров хозяйства у зажиточной части крестьянства дают нашей аграрной жизни новую фазу, развитию которой, без сомнения, дадут новый толчок тяжёлые хозяйственные условия настоящего года. Производительность кресть­янского труда и рабочая способность семьи значительно повышаются с увеличением размеров хозяйства и употреблением машин, что до сих пор упускалось из виду при определении площади, какую может обработать крестьянская семья…

Употребление машин в крестьянском хозяйстве вызывает существенные бытовые изменения: сокращая в земледелии запрос на рабочие руки и делая ещё более чувстви­тельной для крестьян существующую у нас перенаселённость земледелия, оно способ­ствует увеличению числа семей, которые, становясь лишними для села, должны искать заработка на стороне и фактически становиться безземельными. Введение крупных машин в крестьянское хозяйство вместе с тем поднимает, крестьянское благосостояние, при наличных приёмах земледелия и его экстенсивности, на такую высоту, о которой до сих пор нельзя было и думать. В этом обстоятельстве лежит залог силы новых хо­зяйственных движений в крестьянской жизни. Отметить и выяснить эти движения в южно-русском крестьянстве составляет ближайшую задачу настоящей книги» (Преди­словие, с. 10).

Прежде чем перейти к изложению того, в чём состоят, по мнению автора, эти новые хозяйственные движения, я должен сделать ещё две оговорки.

Во-первых, выше было замечено, что Постников сообщает данные о губерниях Хер­сонской, Екатеринославской и Таврической, но достаточной подробностью отличаются только данные, относящиеся к последней губернии и притом не ко всей: автор не даёт данных о Крыме, поставленном в несколько отличные хозяйственные условия, и огра­ничивается исключительно тремя северными материковыми уездами Таврической губернии — Бердянским, Мелитопольским и Днепровским. Я ограничусь данными только по этим трём уездам.

Во-вторых, Таврическая губерния населена кроме русских также немцами и болгарами, число которых, впрочем, невелико сравнительно с русским населением: в Днеп­ровском уезде 113 дворов немецких колонистов из 19586 дворов уезда, т. е. всего 0,6 %. В Мелитопольском уезде немцев и болгар (1874 + 285 =) 2159 дворов из 34978, т. е. 6,1 %. Наконец, в Бердянском уезде 7224 двора из 28794, т. е. 25 %. Всего по трём уездам колонистов 9496 дворов из 83358, т. е. около . След., в общем число колонистов очень незначительно, а в уезде Днепровском и совсем ничтожно. Автор описывает ко­лонистское хозяйство подробно, отделяя всегда его от русского. Все эти описания я опускаю, ограничиваясь исключительно хозяйством русских крестьян. Правда, цифир­ные данные соединяют вместе русских и немцев, но присоединение последних, по не­значительности их, не может изменить общих соотношений, так что вполне можно на основании этих данных характеризовать русское крестьянское хозяйство. Русское население Таврической губернии, заселившее этот край в последние 30 лет, отличается от крестьянства других русских губерний только своей большей зажиточностью. Общинное землевладение является в этой местности, по словам автора, «типичным и устойчивым»; одним словом, за выделением колонистов, крестьянское хозяйство в Тавриче­ской губернии не представляет никаких коренных отличий от общего типа русского крестьянского хозяйства.

roman

64

«В настоящее время, — говорит Постников, — всякое сколько-нибудь значительное южно-русское село (и то же, вероятно, можно сказать о большинстве местностей Рос­сии) представляет столько разнообразия в экономическом положении отдельных групп своего населения, что крайне трудно го­ворить о благосостоянии отдельных селений, как целых единиц, и рисовать это благо­состояние средними цифрами. Такие средние цифры указывают некоторые общие оп­ределяющие условия экономического быта крестьянства, но они не дают никакого по­нятия о всём разнообразии экономических явлений в действительности» (с. 106).

Несколько ниже Постников выражается с ещё большей определённостью:

«Разнообразие экономического благосостояния, — говорит он, — весьма сильно за­трудняет вопрос об общей зажиточности населения. Лица, бегло проезжающие чрез большие селения Таврической губернии, обыкновенно выносят заключения о большой зажиточности местных крестьян; но можно ли назвать село зажиточным, если в нём по­ловина крестьян состоит из богатеев, а другая постоянно бедствует? И какими призна­ками следует определять относительно большую или меньшую зажиточность того и другого селения? Очевидно, что средние цифры, характеризующие обстановку населе­ния всего села или района, недостаточны для заключения о крестьянском достатке. О последнем можно судить лишь по совокупности многих данных, расчленяя население на группы» (с. 154).

Может показаться, что в этом констатировании дифференциации в среде крестьян­ства нет ничего нового: о ней упоминается почти в каждом сочинении, посвящённом крестьянскому хозяйству вообще. Но дело в том, что обыкновенно, упоминая об этом факте, не придают ему значения, считают его несущественным или даже случайным, находят возможным говорить о типе крестьянского хозяйства, характеризуя этот тип средними цифрами, обсуждают значение разных практических мероприятий по отно­шению ко всему крестьянству. В книге Постникова виден протест против таких взгля­дов. Он указывает (и не раз) на «огромное разнообразие экономического положения отдельных дворов внутри общины» (с. 323) и вооружается против «стремления рассматривать крестьянский мир как нечто цельное и однородное, каким он и до сих пор ещё представляется нашей городской интеллигенции» (с. 351). «Земско-статистические исследования последнего десятилетия, — говорит он, — выяснили, что наша сельская община вовсе не представляет такой однородной единицы, какою она казалась нашим публицистам в 70-х годах, и что в последние десятилетия в ней проис­ходила дифференциация населения на группы с весьма различной степенью экономи­ческого достатка» (с. 323).

Своё мнение Постников подтверждает массой данных, разбросанных по всей книге, и мы должны теперь заняться систематической сводкой всех этих данных, чтобы про­верить правильность этого мнения, чтобы решить вопрос, кто прав — «городская ли интеллигенция», рассматривающая крестьянство как нечто однородное, или Постников, утверждающий, что разнородность огромная? и затем насколько глубока эта разнород­ность? препятствует ли она общей характеристике крестьянского хозяйства со стороны политико-экономической, на основании одних только средних данных? способна ли она изменить действие и влияние практических мероприятий по отношению к различ­ным разрядам крестьянства?

Прежде чем приводить цифры, дающие материал для разрешения этих вопросов, следует заметить, что все данные этого рода взяты Постниковым из земско-статистических сборников по Таврической губ. Первоначально земская статистика ог­раничивалась при переписях данными пообщинными, не собирая данных о каждом крестьянском дворе. Скоро, однако, заметили различия в имущественном положении этих дворов и предприняли подворные переписи — это было первым шагом на пути к более глубокому изучению экономического положения крестьян. Следующим шагом было введение комбинационных таблиц: исходя из убеждения, что имущественные различия крестьян внутри общины глубже различий разных юридических разрядов крестьян, статистики стали группировать все показатели экономического положения крестьян до известным имущественным разли­чиям, напр., разбивая крестьян на группы по числу десятин посева, по числу рабочего скота, по количеству надельной пашни на двор и т. д.

Таврическая земская статистика группирует крестьян по числу десятин посева. По­стников полагает, что такая группировка «представляется удачной» (с. 12), так как «в условиях хозяйства Таврических уездов размер посева является наиболее существен­ным признаком крестьянского благосостояния» (с. 12). «В южном степном крае, — говорит Постников, — развитие всякого рода неземледельческих промыслов у крестьян пока относительно ничтожно, и главным занятием огромного большинства сельского населения является в настоящее время земледелие, основанное на посеве хлебов». «По показанию земской статистики, в северных уездах Таврической губернии исключи­тельно занимаются промыслами 7,6 % коренного сельского населения и кроме того 16,3 % населения имеет при собственном земледелии подсобные промыслы» (с. 108). В самом деле, группировка по размерам посева даже и для других местностей России представляется гораздо более правильной, чем другие принятые земскими статистика­ми основания группировки, напр., по числу десятин надельной земли или надельной пашни на двор: с одной стороны, количество надельной земли не указывает прямо на состоятельность двора, потому что размер надела определяется числом ревизских или наличных душ мужского пола в семье и находится только в косвенной зависимости от состоятельности хозяина, потому, наконец, что крестьянин, может быть, не пользуется надельной землёй, сдаёт её, и при отсутствии инвентаря и не может ею пользоваться. С другой стороны, если главное занятие населения — земледелие, то определение посев­ной площади необходимо для учёта производства, для определения количества хлеба, потребляемого крестьянином, покупаемого им и поступающего в продажу, ибо без вы­яснения этих вопросов весьма важная сторона крестьянского хозяйства останется неосвещённой, будет неясен характер его земледельческого хозяйства, значение его сравнительно с заработками и т. д. Наконец, необходимо положить в основание группировки именно посевную площадь, чтобы иметь возможность сравнивать хозяй­ство двора с так называемыми нормами крестьянского землевладения и земледелия, с нормой продовольственной (Nahrungsfläche) и рабочей (Arbeitsfläche). Одним словом, группировка по посеву представляется не только удачной, но наилучшей и безусловно необходимой.

По размерам посева таврические статистики разделяют крестьян на 6 групп: 1) не сеющих; 2) засевающих до 5 дес; 3) — от 5 до 10 дес; 4) от 10 до 25 д.; 5) от 25 до 50 д. и 6) — более 50 дес. на двор. По трём уездам соотношение этих групп по числу дворов следующее:

Общие соотношения (эти %% даны о всём населении, включая и немцев) мало изменяются с выключением немцев: так, всего автор считает в Таврических уездах 40 % малосеющих (до 10 д.), 40 % среднесеющих (от 10 до 25 д.) и 20 % многосеющих. Исключение же немцев понижает последнюю цифру до (16,7 %, т. е. всего на 3,3 % ниже), повышая соответственно число малосеющих.

Определяя степень разнородности этих групп, начнём с землевладения и землепользования.

Постников даёт такую таблицу (суммы трёх указанных в ней разрядов земли автор не исчислял (с. 145)):

«Эти цифры показывают, — говорит Постников, — как более зажиточная группа крестьян в Таврических уездах не только пользуется большим наделом, что может происходить вследствие большого состава семей, но в то же время она является и наиболее покупающей землю и наиболее её арендующей» (с. 146).

По поводу этого следует только заметить, мне кажется, что возрастание надела от низшей группы к высшей не может быть вполне объяснено увеличением состава семей.

Постников даёт следующую таблицу о составе семей по группам для трёх уездов:

Из таблицы видно, что количество надельной земли на двор повышается от низшей группы к высшей гораздо быстрее, чем число душ обоего пола и работников. Иллюстрируем это, принимая цифры для низшей группы по Днепровскому уезду за 100:

Ясно, что определителем величины надела является, кроме состава семьи, и состоя­тельность двора.

Рассматривая данные о количестве купчей земли в различных группах, мы видим, что покупают землю почти исключительно высшие группы, с посевом выше 25 дес, и — главным образом — совершенно крупные посевщики, с посевом в 75 дес. на двор. Следовательно, данные о купчей земле вполне подтверждают мнение Постникова о разнородности групп крестьянства. Такое, например, сведение, которое даёт автор на с. 147, говоря, что «крестьянами Таврических уездов куплено 96146 дес. земли», — совершенно не характеризует явления: почти вся эта земля нахо­дится в руках незначительного меньшинства, наиболее обеспеченного уже надельной землёй, крестьян «зажиточных», как говорит Постников, а таких не более населения.

То же самое приходится сказать и об аренде. Вышеприведённая таблица содержит общую цифру арендованной земли, надельной и вненадельной. Оказывается, что раз­мер аренды с полной правильностью возрастает по мере большего обеспечения кресть­ян, что, следовательно, чем обеспеченнее крестьянин своей землёй, тем более арендует он земли, лишая таким образом беднейшие группы необходимой для них земельной площади.

Следует заметить, что это явление — общее для всей России. Проф. Карышев, под­водя итоги крестьянским вненадельным арендам по всей России, где только имеются земско-статистические исследования, формулирует прямую зависимость между разме­ром аренды и обеспеченностью арендатора как общий закон.

Впрочем, Постников даёт ещё более детальные цифры о распределении аренды (вненадельных и надельных земель вместе), которые я и привожу:

Мы видим и здесь, что средние цифры совершенно не в состоянии характеризовать явления: говоря, например, что в Днепровском уезде к аренде прибегает 56 % крестьян, мы сообщаем очень неполное представление об этой аренде, потому что в тех группах, которые имеют (как ниже будет показано) недостаточно своей земли, % арендаторов гораздо ниже — толь­ко 25 % в 1-ой группе, между тем как высшая группа, вполне обеспеченная своей зем­лей, почти вся прибегает к аренде (91 %). Разница в количестве арендованных десятин на 1 арендующий двор ещё значительнее: высший разряд арендует в 30—15—24 раза более низшего. Очевидно, что это изменяет и самый характер аренды, потому что в высшем разряде это уже коммерческое предприятие, а в низшем — может быть, опера­ция, вызванная горькой нуждой. Последнее предположение подтверждается данными об арендной плате: оказывается, что низшие группы дороже платят за землю, иногда даже вчетверо дороже сравнительно с высшим разрядом (в Днепровском уезде). На­помнить следует по этому поводу, что и возрастание арендной платы по мере пониже­ния размеров аренды не составляет особенности нашего юга: труд Карышева доказыва­ет общую применимость этого закона.

«Арендой земель в Таврических уездах, — говорит Постников по поводу этих дан­ных, — по преимуществу занимаются крестьяне зажиточные, имеющие достаточное количество надельной и собственной пашни; в особенности это следует сказать об аренде вненадельных земель, т. е. земель владельческих и казны, находящихся на более дальних расстояниях от селений. В сущности это и весьма естественно: для аренды бо­лее дальних земель нужно иметь достаточное количество рабочего скота, а крестьяне менее зажиточные не имеют его здесь в нужном размере и для обработки своих надель­ных земель» (с. 148).

Не следует думать, что подобное распределение аренды зависит от съёма земли в одиночку. Дело нисколько не изменяется при съёме земли обществом, не изменяется по той простой причине, что распределение земли делается по тем же основаниям, т. е. «по деньгам».

«По окладным книгам Управления государственными имуществами, — говорит По­стников, — в 1890 г. из 133852 дес. казённых земель трёх уездов, сдававшихся в аренду по контрактам, в пользовании крестьянских обществ состояло 84756 дес. удобной зем­ли, т. е. около 63 % всей площади. Но земля, арендуемая крестьянскими обществами, находилась в пользовании сравнительно небольшого числа домохозяев и притом пре­имущественно зажиточных. Подворная перепись земства указывает этот факт довольно рельефно» (с. 150):

«Таким образом, — заключает Постников, — в Днепровском уезде у зажиточной группы крестьян находилось в пользовании более всей арендованной пашни, в Бер­дянском уезде — более , а в Мелитопольском, где всего более арендуется казённой земли, даже более арендованной площади. У беднейшей же группы крестьян (засе­вающих до 10 дес.) находилось во всех уездах всего 1938 дес, или около 4 % арендован­ных земель» (с. 150). Автор даёт затем целый ряд примеров неравномерного распреде­ления снятой обществами земли, но приводить их излишне.

По поводу выводов Постникова о зависимости аренды от достатка арендаторов крайне интересно отметить противоположное мнение земских статистиков.

В начале книги Постников поместил свою статью: «О земско-статистических рабо­тах в губерниях Таврической, Херсонской и Екатеринославской» (с. 11—32). Здесь он рассматривает, между прочим, изданную Таврическим земством в 1889 году «Па­мятную книжку Таврической губернии», в которой были подведены краткие итоги все­му исследованию. Разбирая тот отдел этой книги, который посвящён аренде, Постников говорит:

«В наших многоземельных южных и восточных губерниях земская статистика обна­ружила довольно видный процент зажиточного крестьянства, которое, сверх собственного значительного надела, довольно много ещё арендует земли на стороне. Хозяйство здесь преследует не только удовлетворение собственных потребностей се­мьи, но ещё и получение некоторого излишка, дохода, благодаря которому крестьяне улучшают свои постройки, заводят машины, прикупают землю. Желание довольно ес­тественное и ничего греховного в себе не заключающее, так как никаких кулацких эле­ментов в нём ещё не выражается». [Кулацких элементов здесь действительно нет, но элементы эксплуатации, без сомнения, есть: арендуя землю в размере, далеко превы­шающем потребность, зажиточные крестьяне отбивают у бедных землю, нужную тем на продовольствие; расширяя размеры хозяйства, они нуждаются в добавочных рабо­чих силах и прибегают к найму.] «Но некоторые из земских статистиков, видимо счи­тая такие проявления в крестьянской жизни чем-то незаконным, стараются умалить их и доказать, что крестьянская аренда главным образом руководится нуждою в продо­вольствии и что если крестьяне достаточные и арендуют много земли, то % этих арен­даторов всё-таки постоянно уменьшается с увеличением размеров надела» (с. 17) — составитель «Памятной книжки» г. Вернер, чтобы доказать такую мысль, группировал по величине надела крестьян всей Таврической губернии, имеющих 1—2 работников и 2—3 штуки рабочего скота. Оказалось, что «с размером надела правильно понижается процент арендующих дворов и менее правильно размер арендуемой на двор земли» (с. 18). Постников совершенно справедливо говорит, что подобный приём совсем не доказателен, так как часть крестьян (только те, кто имеет 2—3 штуки рабочего скота) выделена произвольно, причём устранено именно зажиточное крестьянство, и кроме того — соединять вместе материковые уезды Таврической губернии и Крым — невоз­можно, ибо условия аренды в них не одинаковы: в Крыму — населения — беззе­мельные (так наз. десятинщики), в северных уездах — только 3—4 %. В Крыму почти всегда легко найти землю для аренды; в северных уездах — иногда невозможно. Инте­ресно отметить, что у земских статистиков других губерний замечались такие же попытки (конечно, одинаково неудачные) затушевать такие «незаконные» проявления крестьянской жиз­ни, как аренда с целью получения дохода. (См. Карышева, назв. соч.)

Если, таким образом, распределение вненадельной аренды у крестьян констатирует существование между отдельными крестьянскими хозяйствами различий не только ко­личественных (много арендует, мало арендует), но и качественных (арендует из нужды в продовольствии; арендует с коммерческой целью), — то ещё более приходится ска­зать это об аренде надельной земли.

«Всей надельной земли, — говорит Постников, — снимаемой крестьянами в аренду у крестьян же, зарегистрировано в 3-х Таврических уездах подворною переписью 1884—1886 гг. — 256716 дес, что составляет здесь всей крестьянской надельной пашни, и сюда ещё не вошла та площадь, которую крестьяне сдают внаймы разночин­цам, проживающим в селениях, а также писарям, учителям, духовным и др. лицам, не входящим в состав крестьянства и не подлежавшим опросу при подворной переписи. Вся эта масса земель арендуется почти всецело крестьянами зажиточных групп, что по­казывают следующие цифры. Переписью зарегистрировано число десятин надельной пашни, снимаемой у соседей домохозяевами:

Наибольшее же количество этой сдаваемой земли, как и самое число сдатчиков земель, принадлежит к группе несеющих, бесхозяйных и малосеющих крестьян. Таким образом, значительная часть крестьян Таврических уездов (приблизительно около всего населения) частью по нежеланию, но в большинстве случаев по неимению нужного для ведения хозяйства скота и инвентаря, не эксплуатирует всей своей надельной земли, сдаёт её в аренду и тем увеличивает землепользование другой более зажиточной половины крестьян. Большинство сдатчиков земель принадлежит, несомненно, к числу расстроенных, падающих домохозяев» (с. 136—137).

Подтверждением сказанного служит следующая табличка «по 2-м уездам Тавр. губ. (по Мелитопольскому уезду земская статистика не даёт сведений), показывающая относительное число домохозяев, сдающих наделы, и процент сдаваемой ими надельной пашни» (с. 135):

От землевладения и землепользования крестьян перейдём к распределению инвентаря. О количестве рабочего скота по группам Постников даёт такие данные — по всем трём уездам вместе:

Сами по себе эти цифры не характеризуют разрядов — это будет сделано ниже, при описании техники земледелия и при группировке экономических разрядов крестьян. Здесь отметим только, что различие групп крестьян по количеству имеющегося у них рабочего скота так глубоко, что у высших групп мы видим гораздо больше скота, чем может потребоваться на нужды семьи, а у низших — так мало (особенно рабочего скота), что самостоятельное ведение хозяйства становится невозможным.

Совершенно однородны данные о распределении мёртвого инвентаря. «Подворная перепись, зарегистрировавшая крестьянский инвентарь в плугах и буккерах, даёт следующие цифры для всего населения уездов» (с. 214):

Эта таблица показывает, какая громадная группа крестьян лишена возможности вести самостоятельное хозяйство. Как обстоит дело в высших группах, это видно из следующих данных о количестве инвентаря, приходящегося на двор в различных группах по посеву:

По количеству инвентаря высшая группа превосходит низшую (группу с посевом до 5 дес. автор совсем отбросил) в 4—6 раз; по числу же работников она превышает ту же группу в раза, т. е. менее чем вдвое. Уже отсюда следует, что высшая группа должна прибегать к найму рабочих, между тем как в низшей половина дворов лишена пахотного инвентаря ( Эта «низшая» группа — третья снизу) и, следовательно, возможности самостоятельного хозяйничанья.

Естественно, что вышеуказанные различия в количестве земли и инвентаря обусловливают собой и различия в размере посевной площади. Количество десятин посева, приходящееся на каждый двор 6-ти групп, было приведено выше. Общее количество посевной площади крестьянства Таврической губернии распределяется между группами следующим образом:

Цифры эти говорят сами за себя. Следует только добавить, что средней посевной площадью, при которой семья может жить только земледелием, Постников считает (с. 272) — 16—18 дес. посева на двор.

Таблица 1

{|style="font-size:90%; width:80%;" align="center" |rowspan=2 style="text-align:center;"| |colspan=3 style="text-align:center;"| Уезды |rowspan=2 style="text-align:center;"| Приходится на 1 двор в среднем десятин посева по всем 3 уездам |- |style="text-align:center;"| Бердян­ский |style="text-align:center;"| Мелито­поль­ский |style="text-align:center;"| Дне­пров­ский |- |style="vertical-align:bottom; text-align:center;"| |style="vertical-align:bottom; text-align:center;"| % |style="vertical-align:bottom; text-align:center;"| % |style="vertical-align:bottom; text-align:center;"| % |style="vertical-align:bottom; text-align:center;"| |- |style="vertical-align:bottom; text-align:left;"| Не сеющих |style="vertical-align:bottom; text-align:center;"| |style="vertical-align:bottom; text-align:center;"| |style="vertical-align:bottom; text-align:center;"| |style="vertical-align:bottom; text-align:center;"| — |- |style="vertical-align:bottom; text-align:left;"| Сеющих |style="vertical-align:bottom; text-align:center;"| 12 |style="vertical-align:bottom; text-align:center;"| 11,5 |style="vertical-align:bottom; text-align:center;"| |style="vertical-align:bottom; text-align:center;"| 3,5 |- |style="vertical-align:bottom; text-align:left;"| Сеющих д. |style="vertical-align:bottom; text-align:center;"| 22 |style="vertical-align:bottom; text-align:center;"| |style="vertical-align:bottom; text-align:center;"| |style="vertical-align:bottom; text-align:center;"| 8 |- |style="vertical-align:bottom; text-align:left;"| Сеющих д. |style="vertical-align:bottom; text-align:center;"| 38 |style="vertical-align:bottom; text-align:center;"| |style="vertical-align:bottom; text-align:center;"| 41,8 |style="vertical-align:bottom; text-align:center;"| 16,4 |- |style="vertical-align:bottom; text-align:left;"| Сеющих д. |style="vertical-align:bottom; text-align:center;"| 19 |style="vertical-align:bottom; text-align:center;"| 16,6 |style="vertical-align:bottom; text-align:center;"| 15,1 |style="vertical-align:bottom; text-align:center;"| 34,5 |- |style="vertical-align:bottom; text-align:left;"| Сеющих более 50 д. |style="vertical-align:bottom; text-align:center;"| |style="vertical-align:bottom; text-align:center;"| |style="vertical-align:bottom; text-align:center;"| |style="vertical-align:bottom; text-align:center;"| |}

Таблица 2

{|style="font-size:90%; width:90%; border-left:hidden; border-right:hidden; border-bottom:hidden;" align="center" class="standard" |rowspan="3" style="text-align:center;" | |colspan="12" style="text-align:center;" | Приходится на двор в среднем десятин пашни |- |colspan="4" style="text-align:center;"|Уезд Бердянский||colspan="4" style="text-align:center;"|Уезд Мелитопольский||colspan="4" style="text-align:center;"|Уезд Днепровский |-style="vertical-align:bottom;" |

надельной

|

купчей

|

арендованной

|

всего

|

надельной

|

купчей

|

арендованной

|

всего

|

надельной

|

купчей

|

арендованной

|

всего

|-style="text-align:center;" |style="text-align:left;"|Не сеющие ||||||||||||| —|||||||||| |-style="text-align:center;" |style="text-align:left;"|Засев. д. ||||||||||||||||||||||| |-style="text-align:center;" |style="text-align:left;"|Засев. д. |||—|||||||| ||||||||||||10,3 |-style="text-align:center;" |style="text-align:left;"|Засев. д. |14,1||||||||12,8||||||||12,5||||||18,9 |-style="text-align:center;" |style="text-align:left;"|Засев. д. |27,6||||||||23,5||||13,4||||16,6||||17,4||36,3 |-style="text-align:center;" |style="text-align:left;"|Засев. более 50 д. |36,7||31,3||||116,4||36,2||21,3||42,5||||17,4||||||91,4 |- style="text-align:center;" |style="text-align:right;"|По уезду |14,8||||||||14,1||||||||11,2||||||19,9 |}

Таблица 3

{| style="font-size:90%; width:95%; text-align:center" align="center" |rowspan="3"| ||colspan="6" align="center"|Приходится на 1 семью в среднем |- |colspan="2"|||colspan="2"|||colspan="2"| |- | душ об. пола || работ­ников || душ || работн. || душ || работн. |- |style="text-align:left"|У не сеющих | || 0,9 || || 0,9 || 4,6 || |- |style="text-align:left"|У засев. | || 1,1 || || || 4,9 || 1,1 |- |style="text-align:left"|У засев. д. | || 1,2 || || 1,2 || 5,4 || 1,2 |- |style="text-align:left"|У засев. д. | || 1,6 || || 1,5 || 6,3 || 1,4 |- |style="text-align:left"|У засев. д. | || 1,8 || || 1,9 || 8,2 || 1,9 |- |style="text-align:left"|У засев. более 50 д. | 10,6 || 2,3 || 10,8 || 2,3 || 10,1 || 2,3 |- |colspan="7"|

|- |style="text-align:right"| По уездам | 6,6 || 1,5 || 6,5 || 1,5 || 6,2 || 1,4 |}

Таблица 4

{| style="font-size:90%; width:55%; text-align:center" align="center" |||надельн. земли||работн.||душ об. пола |- |style="text-align:left"|У не сеющих |100||100||100 |- |style="text-align:left"|У засев. д. |||110||106 |- |style="text-align:left"|У д. |136||120||117 |- |style="text-align:left"|У д. |195||140||137 |- |style="text-align:left"|У д. |259||190||178 |- |style="text-align:left"|У более 50 д. |272||230||219 |}

Таблица 5

{|style="font-size:90%; width:100%; text-align:center" align="center" |rowspan="2"| ||colspan="3"|Уезд Бердянский||colspan="3"|Уезд Мелитопольский||colspan="3"|Уезд Днепровский |-style="text-align:left; vertical-align:bottom"| |

% аренд. дворов

|

Пашни на аренд. двор

|

Цена 1 дес.

|

% аренд. дворов

|

Пашни на аренд. двор

|

Цена 1 дес.

|

% аренд. дворов

|

Пашни на аренд. двор

|

Цена 1 дес.

|- |style="text-align:left"|У сеющих д. | 18,7 || || |style="border-left:1px solid #000000"| 14,4 || || 5,50 |style="border-left:1px solid #000000"| || || 15,25 |- |style="text-align:left"|У д. | 33,6 || || |style="border-left:1px solid #000000"| 34,8 || || 5,52 |style="border-left:1px solid #000000"| || || |- |style="text-align:left"|У д. | || || |style="border-left:1px solid #000000"| 59,3 || || 5,74 |style="border-left:1px solid #000000"| || || |- |style="text-align:left"|У д. | 60,6 || 16,1 || |style="border-left:1px solid #000000"| 80,5 || 16,9 || 6,33 |style="border-left:1px solid #000000"| || || |- |style="text-align:left"|У более 50 д. | 78,5 || || |style="border-left:1px solid #000000"| 83,8 || 47,6 || 3,93 |style="border-left:1px solid #000000"| || 48,6 || |- |colspan="10"|

|- |style="text-align:right"|По уездам | 44,8 || 11,1 || |style="border-left:1px solid #000000"| || 12,4 || 4,86 |style="border-left:1px solid #000000"| 56,2 || 12,4 || |}

Таблица 6

{|style="font-size:70%; width:100%; border-left:hidden; border-right:hidden; border-bottom:hidden; text-align:center" align="center" class="standard" |rowspan="3"| |colspan="3"| |colspan="3"| |colspan="3"| |colspan="4"|По трём уездам |- |colspan="2"|Число||rowspan="2"|На аренд. двор||colspan="2"|Число||rowspan="2"|На аренд. двор |colspan="2"|Число||rowspan="2"|На аренд. двор||colspan="2"|Число||rowspan="2"|в %||rowspan="2"|На аренд. двор |- |аренд. двор||аренд. дес.||аренд. двор||аренд. дес.||аренд. двор||аренд. дес.||аренд. двор||аренд. дес. |- |style="text-align:left"|Сеющие д. | || || | || || | || || | || || || |- |style="text-align:left"|Сеющие д. | || || | || || | || || | || || || |- |style="text-align:left"|Сеющие д. | || || | || || | 338 || 1 500 || | 1 732 || || || |- |style="text-align:left"|Сеющие д. | || || | || || 12,7 | 186 || 1 056 || | 1 245 || 13 375 || || 10,7 |- |style="text-align:left"|Сеющие более 50 д. | || || 28,3 | || 15 365 || 34,9 | || 1 724 || 21,8 | || 20 283 || || 32,1 |- |style="text-align:right"|Сумма | 1 453 || 10 057 || | 2 002 || 29 657 || 14,8 | 681 || 4 593 || | 4 136 || 44 307 || 100 || 10,7 |}

Таблица 7

{|style="font-size:90%; width:90%; text-align:left" align="center" | Засевающими дес. на двор | || дес., т. е. || % |- | Засевающими от 10 до 25 дес. на двор | || дес., || |- | Засевающими дес. на двор | ||150 596 дес., || |- |colspan="4"|

|- |style="text-align:right"|Всего | ||256 716 дес. || 100 % |}

Таблица 8

{|style="font-size:90%; width:80%; text-align:center" align="center" |rowspan="2"| ||colspan="2"|||colspan="2"| |- |% домохозяев, сдающих надельную землю||% сдаваемой надельной земли |% домохозяев, сдающих надельную землю||% сдаваемой надельной земли |- |style="text-align:left"|Не сеющие | || || || 97,1 |- |style="text-align:left"|Засев. д. | || || || 38,4 |- |style="text-align:left"|Засев. д. | || 23,6 || || 17,2 |- |style="text-align:left"|Засев. д. | 21,5 || || || |- |style="text-align:left"|Засев. д. | || || || |- |style="text-align:left"|Засев. более 50 д. | 12,7 || || || 13,8 |- |colspan="7"|

|- |style="text-align:right"|По уездам | 32,7 || 11,2 || 25,7 || 14,9 |}

Таблица 9

{|style="font-size:90%; width:90%; text-align:center" align="center" |rowspan="2"| ||colspan="2" align="center"|||colspan="3" align="center"|Приходится на 1 двор в среднем||rowspan="2"|% дворов, не имеющих рабоч. скота |- |лошадей||волов||рабоч. скота||прочего|| |- |style="text-align:left"|У не сеющих | — || — || || || || |- |style="text-align:left"|У. засев. д. | || || || || || |- |style="text-align:left"|У засев. д. | || || || || || |- |style="text-align:left"|У засев. д. | || 24 943 || || || || |- |style="text-align:left"|У засев. д. | || 19 030 || || || 13,9 || |- |style="text-align:left"|У засев. более 50 д. | || 11 648 || 10,5 || 19,5 || || |- |colspan="7"|

|- |style="text-align:right"|Всего | 195 962 || 67 627 || || || || — |}

Таблица 10

{|style="font-size:90%; width:70%; text-align:center" align="center" |rowspan="2"| ||colspan="3"|% дворов |- |не имеющих пахотных орудий||имеющих только буккер||имеющих плуг и др. |- |style="text-align:left"|Уезд Бердянский | || || |- |style="text-align:left"|Уезд Мелитопольский | 37,8 || 28,2 || |- |style="text-align:left"|Уезд Днепровский | 39,3 || || 53,7 |}

Таблица 11

{|style="font-size:90%; width:80%; text-align:center" align="center" |rowspan="3"| ||colspan="6" align="center"|Приходится инвентаря на двор |- |colspan="2"|||colspan="2"|||colspan="2"| |- |Перево­зочного (бри­чек и пр.)||Пахотного (плугов и буккеров)||Пере­возоч­ного||Пахот­ного||Пере­возоч­ного||Пахот­ного |- |style="text-align:left"| У засев. д. | 0,8 || 0,5 || 0,8 || 0,4 || 0,8 || 0,5 |- |style="text-align:left"| У засев. д. | 1,2 || 1,3 || 1,2 || || || |- |style="text-align:left"| У засев. д. | 2,1 || || || 1,6 || 1,7 || 1,5 |- |style="text-align:left"| У засев. более 50 д. | 3,4 || 3,3 || 3,2 || 2,8 || 2,7 || 2,4 |}

Таблица 12

{|style="font-size:90%; width:80%; text-align:center" align="center" | ||Десятин посева||в %|| || |- |style="text-align:left"| У сеющих д. | || |rowspan="2"| |rowspan="2"| 12 % посева у 40 % населения |- |style="text-align:left"| У сеющих д. | || |- |style="text-align:left"| У сеющих д. | || || || 38 % посева у 40 % населения |- |style="text-align:left"| У сеющих д. | || |rowspan="2"| |rowspan="2"| 50 % посева у 20 % населения |- |style="text-align:left"| У сеющих более 50 д. | || |- |colspan="4"|

|- |style="text-align:right"| Всего | 1 439 267 ||   % |}

roman

64

В предыдущей главе были сведены данные, характеризующие степень имуществен­ного обеспечения крестьян и размеры их хозяйства в разных группах. Теперь следует свести данные, определяющие характер хозяйства крестьян различных групп, способ и систему ведения хозяйства.

Остановимся прежде всего на том положении Постникова, что «производительность крестьянского труда и рабочая способность семьи значительно повышаются с увеличе­нием размеров хозяйства и употреблением машин» (с. 10). Автор доказывает это поло­жение, исчисляя, сколько приходится работников и рабочего скота на данную посевную площадь в разных экономических группах. При этом пользоваться данными о составе семей невозможно, так как «низшие экономические группы часть своих работников от­пускают на сторону в батраки, а высшие группы принанимают к себе батраков» (с. 114). Таврическая земская статистика не дает числа нанимаемых и отпускаемых ра­бочих, и Постников вычисляет приблизительно это количество, исходя из данных зем­ской статистики о количестве дворов, нанимавших работников, и из расчета, сколько необходимо работников на данный размер пахотной площади. Постников признает, что эти вычисленные данные не могут претендовать на полную точность, но он думает, что его расчет может значительно изменить состав семьи только в 2-х высших группах, потому что в остальных число наймитов небольшое. Сравнивая вышеприведенные дан­ные о составе семей с нижеследующей таблицей, читатель может проверить правиль­ность этого взгляда: