Из семейной хроники (Самарин) — ДО

ИЗЪ СЕМЕЙНОЙ ХРОНИКИ.

Комедія въ 3-хъ дѣйствіяхъ.

ДѢЙСТВУЮЩІЯ ЛИЦА:

Андрей Михайловичъ Стежневъ, 26 лѣтъ. Богатый помѣщикъ.

Марья Маревна, 30 лѣтъ. Вдова изъ крестьянокъ, живущая при домѣ.

Марій Ѳедоровичъ, староста, отецъ Марьи Маревны.

Семенъ, 24 лѣтъ. Буфетчикъ.

Николай, 26 лѣтъ. Камердинеръ Стежнева.

Ѳедоръ, лакей.

Алена, изъ крестьянскихъ дѣвокъ, горничная при Марьѣ Маревнѣ.

Дѣйствіе въ 40-хъ годахъ, въ Вяткѣ, въ селѣ Кряжа, имѣніи Стежнева. Между первымъ и вторымъ актами — проходитъ мѣсяцъ, а между вторымъ и третьимъ — два мѣсяца.

Къ представленію дозволено. С.-Петербургъ, 6-го ноября 1876 г.

Цензоръ драматическихъ сочиненій Кейзеръ фонъ-Нильнгеймъ.

ДѢЙСТВІЕ ПЕРВОЕ.

Чайная комната. Въ срединѣ дверь входная и съ лѣвой стороны дверь; съ правой — два окна. Мебель краснаго дерева. На 1-мъ планѣ, съ лѣвой стороны, — каминъ, передъ нимъ круглый столъ съ приборомъ для чая. Утро.

СЦЕНА I.

Марья Маревна, въ богатомъ пеньюарѣ, выходитъ изъ боковой двери, за ней Алена.

Марья Маревна (потягиваясь и зѣвая).

Да хорошо… сказала, что хорошо.... ну, и ладно.... Уфъ!… (садится на кресла, зѣвая).

Алена (плача).

Да я къ тому говорю, Марья Маревна, что твой тятенька больно ужъ озарничаетъ.... за что взъѣлся на отца?… Ну.... вѣстимо, пьетъ.... мать колотитъ.... ну и все эдакое.... онъ у насъ окаянный какой-то, сибирный.... а другіе нешто лучше?… Съ поклономъ уходятъ, его нужды справляютъ…, а нашъ нѣтъ! Вишь ты; «я тебя на поселеніе угожу!…» За чтожъ?… Помилуйте!…

Марья Маревна (безучастно).

Да что ты ревешь, дура!… Сказала, что поговорю.

Алена.

Баринъ-то.... твой-то Андрей Михалычъ, больно ужъ все изъ его рукъ смотритъ.... Что Марей сказалъ, тому и быть!… Вотъ что бѣдко!…

Марья Маревна (развалясь и зѣвая).

Ну, и Андрюшѣ скажу.... Не приставай — улажу....

Алена (цѣлуя ее).

Миленькая!.. Милая!… (спохватываясь) Ты не серчай на мою простоту.... вѣдь никого нѣтъ.... А я, какъ передъ Богомъ, говорю… я тебя чту!… Какъ ты еще, Марья Марена, на деревнѣ жила, я тебя любила.... право — слово любила!… (помолчавъ) Такъ замолвишь, Марья Маревна?

Марья Маревна (нетерпѣливо).

Экъ — пристала!

Алена.

Да ты, Марья Маревна, не серчай.... каковъ ни на есть, всежъ отецъ!… (помолчавъ) А твоя Андрей Михалычъ загулялъ… и дома не ночевалъ....

Марья Маревна.

Богъ съ нимъ! Надо ему, голубчику, и поразвеселиться.... не всеже съ нами дурами бесѣду вести.... (зло улыбаясь) «Отупѣть можно…» самъ говоритъ.... ну, и Господь съ нимъ!

Алена.

Это вѣрно. Чай, у этого нѣмца въ карты дуется?

Марья Маревна.

Къ нему поѣхалъ.

Алена.

Такъ, (помолчавъ) Чай кушать будешь?…

Марья Маревна.

Конечно, буду.

Алена.

Такъ я скажу Семену самоваръ несть?

Марья Маревна.

Скажи.

Алена (идетъ къ средней двери и потомъ возвращается),

А какой у васъ этотъ чертъ Сенька красавчикъ?

Марѳа Маревна (съ напускнымъ хладнокровіемъ).

Красавикъ? Право?… А и не замѣтила....

Алена (смотря въ упоръ на Марью Маревну).

Н-и-ну!

Марья Маревна (тревожно).

Что такое — ну?

Алена (улыбаясь).

Ну!… Ты только услужи мнѣ, Марьи Маревна — и я пригожусь тебѣ.... Вотъ-тѣ Христосъ, пригожусь!… Въ игольное ушко для тебя вдѣнусь, — вотъ что!… (какъ-бы спохватясь) Да что я дура!… За болтовней и про самоваръ забыла!… Сейчасъ, Марья Маревна, сейчасъ! (уходитъ.)

Марья Маревна (встаетъ и тревожно ходитъ).

Господи!… Чтожъ это?… Пронюхали!… догадки пошли!… Аленка-то!… Какова подлая!… И отъ кого?… И какъ?… Тотъ чертъ съ пьяну не проболтался-ли?… Скверно!… Бросить надоть, бросить!… А какъ бросить?… Ну.... не люби я это оглашеннаго, а то.... Эхъ.... какъ все скверно!… Просто, до тошноты скверно!…

Семенъ (красивый малый, лѣтъ 24-хъ одѣтъ франтомъ, Ловко вноситъ самоваръ и ставитъ на столъ).

Самоваръ поданъ-съ!

Марья Маревна (при его появленіи сѣла отвернувшись).

Хорошо.

Семенъ (идетъ къ двери и, заглянувъ въ другую комнату, возвращается и, не совсѣмъ подходя, говоритъ вполголоса).

Маша… Маша… Машенька…

Марья Маревна (не глядя).

Чего тебѣ!

Семенъ.

Да не сердись, кралечка…

Марья Маревна (не глядя).

Не сердись!.. Почитай, до 2-хь часовъ ночи прождала черта въ бесѣдкѣ, — съ тѣмъ и ушла… да не сердись!… (возвысивъ голосъ и обернувшись) Гдѣ таскался?.... Чай, пьянствовалъ…, на деревнѣ хороводы водилъ?… (почти съ крикомъ) Что молчишь, безстыжіе твои глаза?…

Семенъ (оглянувшись и тихо).

Да не кричи такъ!… «Хороводы водилъ!» Ничего этого и не было… А это точно… съ сыномъ дьячка, семинаристомъ, съ ружьемъ ходили. Солнце еще не садилось — пошли, такъ на часокъ-другой.. А онъ, дьяволъ, какъ на грѣхъ, на дорогу захвати водки… ну… пришли въ лѣсъ… присѣли… выпили, да чертъ знаетъ, какъ и заснули… утренникъ пробралъ — проснулись… въ 4 часа, почитай, домой попали… а то какъ-бы не придти… безпремѣнно пришелъ бы!…

Марья Маревна (успокаиваясь).

Небось, и у самого въ сумкѣ тоже запасъ былъ?

Семенъ (улыбаясь).

Самая малость! Полбутылки мадеры… что опомнясь отъ ночи осталось… (подходя) Да ты, Мата, вникни… всю истинную тебѣ открылъ… значитъ, сердце твое должно затихнуть… Любовь моя къ тебѣ… какъ говорится — по гробъ!… (совсѣмъ подходя) Маша! Красоточка моя! Ну, миръ, что-ли?… Протяни ручку на миръ!… Маша… голубушка…

Марья Маревна (протягиваетъ ему руку, потомъ оба оглядываются. Семенъ звонко и крѣпко ее цѣлуетъ. Она отталкиваетъ ею и въ полголоса).

Что ты, чертъ, такъ шибко!..

Семенъ.

Да ничего!.. Никого нѣтъ!.. (заглядываетъ въ среднюю дверь) Ни души!.. По милости барина, всѣ въ разбродѣ… всѣ при своемъ дѣлѣ… какъ и я при своемъ… (хочетъ обнять Марью Маревну.)

Марья Маревна (тихо отстраняя его).

Перестань, Сеня…

Семенъ (отскакиваетъ, и принимаетъ почтительную лакейскую позу).

Слушаю-съ, Марья Маревна.

Марья Маревна (грустно улыбаясь).

Да не дури, Сеня! Мнѣ, право, не до смѣха!.. Знаешь-ли ты, глупый, что мы съ тобой чуть не на изловѣ…

Семенъ (оробѣвъ).

Ну!..

Марья Маревна.

То-то — ну! Аленка мнѣ такую штуку загнула… не знаю, какъ и усидѣла!..

Семенъ (совсѣмъ растерявшись).

Да что такое?.. Говори, ради Господа, толкомъ!

Марья Маревна.

Вотъ сейчасъ за отца просила… а тамъ наметку на тебя бросила… и какъ она вѣрно мнѣ служить будетъ и… ну, да однимъ словомъ — скверно!..

Семенъ.

Вишь ты, поганая! Не даромъ у ней глаза, какъ у ящера бѣгаютъ!.. Что же намъ дѣлать-то?.. а?.. Маша?… Научи, голубушка!..

Марья Маревна.

Да ничего не дѣлать…а жить, какъ жилось…(вздохнувъ) А жилось хорошо, Сеня!.. Ну, откроется… Чтожъ! Я…

Семенъ (почесавъ за ухомъ).

Ну, а какъ меня въ солдаты… тогда что?…

Марья Маревна (испугавшись).

Тогда?… (помолчавъ) Ну, да что говорить о томъ, чего нѣтъ… При первой его отлучкѣ, свидимся… все обсудимъ… обдумаемъ…

Семенъ.

Экая подлость!.. экая подлость!.. (помолчавъ и робко) Я, Марья Маревна, я вотъ что думаю, право!.. Чтожъ?… Я думаю… я думаю — за добра ума все это намъ покончить, Марья Маревна!…

Марья Маревна (вспыхнувъ и громко).

Что?… Покончить?… (зло улыбаясь, говоритъ съ разстановкою и тихо) Со мной, милый человѣкъ, такъ нельзя… не на таковскую, голубчикъ, наткнулся, такъ-то!.. Я долго думать не буду… сама во всемъ, Андрею Михалычу, покаюсь… и тогда тебѣ, красавчику, красной шапки не миновать… (возвышая голосъ) А я это сдѣлаю.... вотъ тѣ Христосъ — сдѣлаю.. (очень сильно) Ха!.. Покончить!.. (Вскакивая и выходя изъ себя) Покончить!.. Подлецъ!.. Трусишка поганый!… Воръ подлый!.... Да я тебя, треклятаго…

Семенъ (Унимая.)

Маша.... Машенька… тише… ради Бога, тише.... я вѣдь это такъ сказалъ.... я вѣдь....

При послѣднихъ словахъ входитъ въ среднюю дверь Марей староста. Марей кашляетъ. Марья Маревна и Семенъ, въ испугѣ, отскакиваютъ другъ отъ друга. Небольшое молчаніе.

Марей.

Здорово, дочка.

Марья Маревна (едва слышно).

Здравствуй.

Семенъ (оправившись и уходя).

Марею Ѳедоровичу, мое почтеніе!

Марей молча кланяется. Марья Маревна идетъ заваривать чай, Марей стоитъ, понуря голову. Небольшое молчаніе.

Марья Маревна.

Чайку, тятя, выпьешь?

Марей.

Какой чай! Хлебово дома ждетъ… первый часъ на дворѣ.

Марья Маревна.

Чашечку… за компанію…

Марей.

Ништо одну… (Кладетъ шапку и палку на стулѣ, около средней двери и садится противъ дочери. Марья Маревна наливаетъ чай, и оба молча пьютъ… Накрывъ чашку) Спасибо.

Марья Маревна.

Еще налить?

Марей.

Спасибо, (помолчавъ) Дочка! А вѣдь это неладно!

Марья Маревна (вспыхнувъ).

Что неладно?

Марей (зло улыбаясь).

Недогадливая!…

Марья Маревна.

Богъ тебя знаетъ, что говоришь-то!…

Марей (горячо).

Знаешь, знаешь!.. Скажу одно, дочка… здѣсь не деревня… Здѣсь такъ, дочка, жить нельзя!..

Марья Маревна.

Да какъ?..

Марей.

Да какъ ты живешь! (постепенно возвышая голосъ) Про тебя и этого поганца Сеньку говоръ пошелъ!.. Ну, дойдетъ до самого… что тогда?… Добръ, добръ, а какъ самъ уколъ приметъ — закричитъ!.. Тогда что?… И я… ты это такъ и знай… изъ-за твоихъ пакостей на поселеніе идти не хочу!… Не хочу!… (стуча кулакомъ по столу) Слыхала? Не хочу!… Самъ, своими руками, выдамъ тебя… пропадай, окаянная… Сама въ омутъ лѣзла… никто не толкалъ!…

Марья Маревна (оправившись, говоритъ съ насмѣшкою).

Что-й-то ты больно сталъ охочъ до поселенія… смотри, не угоди туда опрежъ другихъ!… Вѣдь не всѣ, Ѳедьки Егоровы!

Марей (встрепенувшись).

А чтожъ Ѳедька? Ѳедькѣ по дѣломъ! При всемъ міру съ топоромъ на меня кинулся…

Марья Маревна (сильно).

А кто его на грѣхъ навелъ? К-т-о?.. Ты самъ навелъ!… (съ злой насмѣшкой) Вишь ты, старику-вдовцу больно полюбилась мужняя жена.... а какъ добыть?.. Вѣстимо! Мужа извести, ее осиротить, да потомъ къ себѣ въ работницы взять… Ну, и сталъ изводить, въ дугу гнуть, работой душить наміру драть.... Правота не вытерпѣла, да за топоръ.... И пошелъ бѣдный Ѳедька на поселеніе..... Да не все раскинулъ своимъ умомъ нашъ староста: за Ѳедькой пошла и его молодая жена Акулина!..

Марей.

Ахъ, грѣховодница! Что говоришь ты, что говоришь.... опомнись! Про отца такое слово говоришь!.. Есть-ли крестъ на тебѣ безбожница!.

Марья Маревна (вскакиваетъ изъ за стола).

На мнѣ есть! Ты безъ креста ходишь! Ты мужика душишь. Ты изъ мужика кровь пьешь!… Мірскимъ добромъ мошну свою набиваешь!.. Смотри! Сама съ міромъ пойду и Андрею Михалычу всю правду, какъ она есть, повѣдаю! А то стращать удумалъ: « своими руками тебя выдамъ!»… Какъ еще дамся!.. Вѣдь я не на сносяхъ баба деревенская: меня силкомъ на барщипу не выгонишь. (Садится на другой сторонѣ въ кресло.)

Марей (совсѣмъ растерявшись).

Тьфу! (плюетъ) Экая каторжная!.... Экая подлая!.... Тьфу!.... (плюетъ)

Марья Маревна (зло улыбаясь).

То-то каторжная!.. Подлая.!.. (помолчавъ) Ты, тятя… Ты спрячь опаску свою за пазуху… Поговори со мной, какъ отецъ съ дочерью.... На лихомъ словѣ.... прости, тятя.. не серчай!..

Марей.

Какое сердце на дѣтище… Говори, говори....

Марья Маревна (помолчавъ).

Слушай. Перешла я это къ нему… ну, и стали жить… И добръ онъ, кажись....

Марей.

Добръ, добръ!.. За доброту свою и крестъ несетъ… за вольготности наши крестьянскія съ начальствомъ поспорилъ.... вотъ, хочешь, не хочешь, и живи съ ними.... а то добръ!.. (качая головой) И промѣнять такого сокола на ворону! Эхъ, дочка!..

Марья Маревна (горячо, почти съ крикомъ).

Не такъ онъ взялся за меня!.. Сперва-на-перво не такъ повелъ меня! (помолчавъ) Чудной онъ какой-то, прости Господи… 26-ти лѣтнюю бабу крестьянскую, удумалъ грамотное обучать!… (зло улыбаясь) Вишь ты, къ нему чтобъ по приблизительнѣе была… чтобъ въ его мысляхъ жила!.. Привыкать только къ нему стала… а онъ за грамоту!… Цѣловать, миловать его хотѣлось бы… а онъ проповѣди тамъ какія-то читать учнетъ.... говоръ мой мужичій исправлять станетъ.... Почитай, годъ такъ маялась! И опостылилъ!.. Подъ конецъ самъ увидалъ, что со мной ничего не подѣлаешь, — бросилъ!, (помолчавъ) Ну.... тутъ у насъ другая жизнь пошла.... Все сидѣть около меня ему скучно стало.. знакомства съ помѣщиками водить сталъ… въ карты играть.. съ собаками за волкомъ да зайцемъ… чарки придерживаться сталъ.... по недѣлѣ иной разъ не вижу… все съ сосѣдями баломутится.... я любитъ меня и по сей часъ любитъ.... (помолчавъ) Да я то къ нему не та ужъ!… Такъ и другой годъ минулъ… На третій.... Ну!. Ты все знаешь, отецъ, разсказывать нечего!..

Марей.

Экой грѣхъ, экой грѣхъ, подумаешь!… (помолчавъ) Только, дочка, смотри… тутъ съ оглядкой жить надоть… на сторожѣ быть… ухо остро держать!.. Помни!..

Марья Маревна.

Учи! (помолчавъ и не глядя на отца) Такъ ты говоришь.... говоръ пошелъ?..

Марей (тоже не глядя на дочь).

Сейчасъ вотъ… Иду это я… а по деревнѣ шатуномъ бродитъ пьяный семинаристъ, дьячковъ сынъ… завидѣлъ меня, да и оретъ.. спасибо кругомъ никого не было… "къ дочкѣ идешь, « оретъ… „съ макомъ пироги кушать!.. Эко благословеніе ей привалило.... все есть.... и пару скотовъ при себѣ завела.... какъ есть, ковчегъ ноевскій!“ Не связаться-же мнѣ съ пьянымъ… плюнулъ и иду дальше.... иду и думаю.... про какихъ скотовъ это пьяное рыло брешетъ.... вхожу — двери настежь.... а ты тутъ съ Сенькой въ азартѣ… меня такъ и обдало.... словно шубой накрыло....

Марья Маревна (въ сторону).

Чуяло сердце!… Съ пьяну чертъ все выболталъ!… (Молчаніе) Тятя!

Марей.

А?..

Марья Маревна.

Ты съ Петромъ Машкомъ не очень, тятя… поласковѣе…

Марей.

А что?..

Марья Маревна.

Аленка просила.... при мнѣ, вѣдь..

Марей.

Нешто и та пронюхала?

Марья Маревна.

Что ты! Нѣтъ!.. А знамо, дочь реветъ… я обѣщала…

Марей (помолчавъ).

Больно ужъ онъ непутевый мужикъ.... куды непутевый.... какъ есть, совсѣмъ пьяница!..

Марья Маревна.

Для меня, тятя.... пожалуйста..

Марей.

Ну, да ладно!

Марья Маревна.

Спасибо!

Марей (помолчавъ и перемѣняя тонъ).

А нашъ баринъ что-и-то, того.... не ѣдетъ.... загостился у этого нѣмца....

Марья Маревна.

Э! Да ну его!.. Пріѣдетъ, знай только ухаживай за нимъ!.. Покою нѣтъ!.. Отпаивай его этой.... какъ се, чертъ.... ну, водой шипучей.... А ночь не спи: душмя душитъ кашель!.. Совсѣмъ, какъ есть, сталъ ледящій!.

Марей.

А нужно бдѣть.... — оберегать нужно, дочка!

Марья Маревна (сильно).

Не любъ онъ мнѣ, отецъ!.. Не любъ и не любъ!..

Марей.

Да дура!.. Ну, вдругъ, не къ мѣсту будь сказано.... ну, вдругъ скопытится?.. Что тогда?.. къ дядюшкѣ его, енералу, подъ крѣпость идти?.. А тотъ знамо.... поди, какъ его мужикъ плачется.... Какъ есть аспидъ — не нашему чета!.. О насъ съ тобой и не говорю!.. Изведетъ!.. Вотъ что бѣдко, дочка?.. (молчаніе). Такъ вотъ, дочка.... я и думаю.... говорилъ тебѣ… еще вторю.. Вѣдь любитъ онъ тебя, сама говоришь, что любитъ?.. Ну, приласкай да просьбой и огради себя.. вольной запасись… и меня старика-отца не забудь — включи.... и.. Да не учить же мнѣ тебя, Марья Маревна.... Слава тѣ Христосъ — умомъ не обижена!..

Марья Маревна (помолчавъ).

Заговаривала не разъ… неразъ наметки чинила…

Марей (пытливо).

Ну, чтоже онъ? Что..

Марья Маревна.

Да ничего… Зарядилъ одно, за твою любовь ко мнѣ: говоритъ… въ долгу, говоритъ, передъ тобой, Маша, не останусь. Вотъ тебѣ и весь сказъ!..

Марей.

Да… Это немного…

Марья Маревна (сама съ собой).

Одно, отецъ…

Марей.

Ну, ну!..

Марья Маревна.

Одно, отецъ.... кажись, скрозь щелку свѣтъ вижу.... Слушай… Прошлымъ годомъ, ты знаешь, онъ въ городъ ѣздилъ.... дня на четыре ѣздилъ....

Марей.

Помню, помню....

Марья Маревна.

Вернумшись, это съ бумагами, все въ кабинетѣ возился, читалъ, перечитывалъ… потомъ припечатывать ихъ сталъ… потомъ приперъ.... и, обратившись это ко мнѣ, — сказалъ: „Ну, Маша, за это время я много подѣлалъ хорошаго!“ Я приставать.... а онъ уклонъ сдѣлалъ.... А чуется что-то хорошее.... Ты какъ, тятя, а?..

Марей.

Вразуми его Богъ, вразуми!.. (помолчавъ) А ты вотъ все: „не любъ, да не любъ!“ Ну, побори себя.... напускъ на себя прими… Вѣдь онъ у насъ что? Рубаха, а не человѣкъ, весь въ вѣрѣ.... Ну, въ подладь ему и иди.... въ его нравѣ живи.... Такъ то, дочка…

Марья Маревна

Больно ужъ онъ мнѣ противенъ, тятя!..

Марей.

Эхъ, дочка, дочка!.. Ты впередъ гляди… Тепереча горько, опосля сладко будетъ!.. Стерпится-слюбится — такъ-то!..

Алена (вбѣгая).

Баринъ, Марья Маревна, баринъ пріѣхалъ!.

Марья Маревна (всплеснувъ руками и съ радостнымъ крикомъ).

Пріѣхалъ!.. Ахъ, голубчикъ!.. Слава Богу, пріѣхалъ, пріѣхалъ..

(Бѣжитъ въ переднюю, за ней и Алена, улыбаясь, уходитъ.)

Марей (смотря въ слѣдъ, гладя бороду и улыбаясь).

Умна, шельма.... совсѣмъ, какъ есть, — умна!..

СЦЕНА II.

Стежневъ входитъ объ руку съ Млрьей Маревной. (Лице у него худое, блѣдное и истомленное. Волоса вьющіеся. Въ одеждѣ какой-то безпорядокъ, вообще, въ цѣломъ, видны въ немъ прирожденная порядочность. Изрѣдка глухо кашляетъ.)

Стежневъ.

А!.. И Марей Ѳедорычъ здѣсь!.. Здорово!..

Марей.

Здрасвуйте, батюшка Андрей Михалычъ!.. Да вотъ къ дочкѣ, навѣстить зашелъ…

Стежневъ.

Вотъ за это спасибо! Скучала безъ меня, Маша?.. а?.. Скучала?.. (Марья Маревна стоитъ, опустя глаза; онъ пожимаетъ ея руку) Голубка моя!.. Ну, не сердись на меня, мой ангелъ, прости меня.

Марья Маревна (съ дрожью въ голосѣ).

Да я чтожъ… я ничего…

Марей.

Серчать она, батюшка, на тебя, на благодѣтеля своего не можетъ.... за это ее Богъ покоряетъ!… А что скучала.... Это вѣрно — скучала....

Марья Маревна (вскидывая глаза на отца).

Ну, что ты, тятя!… Когда?..

Марей (шутя).

Ну, ну, ну!… Дѣло говорить надоть… Порядкомъ, батюшка, чашки чая не выкушала.... все въ окнѣ торчала, да на дорогу пялилась.... съ отцомъ двухъ словъ не промолвила!.. Хе, хе, хе!..

Стежневъ (пожимая у нея руку).

Милая моя!..

Марья Маревна (не поднимая глазъ и грустно улыбаясь).

Что ты говоришь, тятя.... я и не знаю....

Марей.

Ну, ладно, ладно! Прощенья просимъ, батюшка Андрей Михалычъ! Прости, дочка! (идетъ къ двери.)

Стежневъ.

Особенныхъ дѣлъ никакихъ нѣтъ, Марей Ѳедорычъ?

Марей (въ дверяхъ и добродушно).

Да никакихъ, батюшка, особенныхъ дѣлъ нѣтъ… Все, милостью Божіей, идетъ помаленьку да полегоньку, какъ надоть!… Простите!…

Стежневъ.

Прощай, Марей Ѳедорычъ!… (Марей уходитъ. Стежневъ, помолчавъ и съ любовью смотря на Марью Маревну). Такъ какъ-же, Маня....скучала?.. а!… (Марья Маревна тихо подходитъ къ нему, обвиваетъ рукой шею и молча наклоняетъ голову на его грудь). Милая моя, милая!… (Цѣлуетъ ее въ голову и, взявши за руку, идетъ и садится съ ней) Завертѣлся твой Андрюша!… Совсѣмъ избаловался!… Побранить его нужно.... да хорошенько!… А ты вотъ все съ лаской!…

Марья Маревна (опустя глаза).

Кому-жъ и приласкать тебя, коль не мнѣ!… Никому ты, чай, не дорогъ такъ, какъ мнѣ!.. (Стежневъ задумывается.) На бранное слово много найдется.... всякъ гораздъ!…

Стежневъ (встряхнувъ головой).

Это правда, Маня! Въ моей одинокой жизни но всѣмъ я еще обиженъ!… Въ тебѣ, моя ненаглядная, нашелъ я любящее сердце, а въ отцѣ твоемъ добраго рачителя о дѣлахъ моихъ!… Значитъ, не совсѣмъ еще бѣднякъ твой Андрюша!… Жить еще можно!… (Вздыхаетъ.)

Марья Маревна.

А вздыхаешь!… Не совсѣмъ знать можно.... Вѣстимо, не по тебѣ мы, скучно тебѣ съ нами!..

Стежневъ.

Нѣтъ, Маня.... ты не то.... Маня.... (помолчавъ) А внутри меня.... какъ-бы это объяснить тебѣ.... внутри меня что-то нехорошее стало дѣлаться.... недовольство какое-то.... Жалоба.... протестъ какой-то противъ меня самого!… Сердце тоскливо сожмется… голова горѣть начнетъ… такъ, что не знаешь, что и дѣлать съ собой!… (помолчавъ) Совсѣмъ, какъ есть, надломленъ, совсѣмъ надломленъ!… (Опираясь въ колѣна, закрываетъ лице руками.)

Марья Маревна.

Да и какъ не надломиться.... ты прости, Андрюша.... вѣдь какъ не сказать — скажется.... не по силамъ сталъ жить, голубчикъ.... Ну, гдѣ тебѣ тягаться съ твоими пріятелями.... пропитой народъ!.. Вѣстимо!… Такая жизнь хоть кого заѣстъ!…

Стежневъ (вскакивая).

Эхъ, Маня!… (начиная ходитъ по комняатѣ) Ничего ты не понимаешь, Маня!…

Марья Маревна (не вставая и робко).

Прости меня, голубчикъ.... я вѣдь это такъ.... изъ любви....

Стежневъ (останавливаясь передъ нею).

Не то меня, Маня, заѣдаетъ.... не вино.... не карты.... Заѣдаетъ меня эта среда… тупость, тупость ихъ заѣдаетъ меня.... ихъ животность… кругозоръ ихъ!… (Начинаетъ молча ходить и, остановись около нея, говоритъ почти самъ съ собою) Чувствую, что силы слабѣютъ.... чувствую, что это проклятое болото меня всасывать начинаетъ!.. Ужасно!… (съ злой насмѣшкой) Какъ сила какая-то могучая, беретъ тебя и унаваживаетъ тобою свою пашню.... вспахиваетъ, боронитъ… (зло смѣясь) И получаетъ чистой прибыли.... не самъ сёмъ, а самъ пятнадцать!… У!… подло!… (Молча бросается въ кресло и тотчасъ-же вскакиваетъ) И нѣтъ силъ подняться, — нѣтъ силъ побороть это чудище!… (помолчавъ) Да и какія силы!… Двадцати трехъ лѣтъ… (съ отчаяннымъ крикомъ) Вѣдь это мальчишка, Маня!… мальчишка!… Что онъ видѣлъ?… Что зналъ?… Встрѣчался-ли онъ съ жизнію лицомъ къ лицу!… Нѣтъ! Жилъ въ какихъ-то идеяхъ.... Университетъ даетъ знаніе, а не опытность.... и вдругъ.... Смѣшно, до слезъ смѣшно!… И вдругъ.... бацъ.... помѣщикъ полноправный!… Мало того!… Тутъ-же, сей-часъ-же, берутъ этого помѣщика полноправнаго.... этого мужа, закаленнаго житейской мудростію.... берутъ и отвозятъ на житье въ его отчизну.... На ту грань, гдѣ свѣтъ просвѣщенія кончается — и гдѣ начинаются полныя потемки невѣжества!… И это жизнь!… Господи!… И нѣтъ руки, которая-бы поддержала меня!… И нѣтъ глагола, который-бы вѣщалъ мнѣ: возстань и иди!… (плача) Маня.... Машенька.... голубушка!… Такъ какъ-же тутъ не надломиться?… Какъ тутъ не упасть человѣку?… (Бросается въ кресло, рыдаетъ и сильно кашляетъ.)

Марья Маревна (сидя, слушала его, ничего не понимая, но при его рыданіяхъ вскакиваетъ и бросается къ нему).

Андрюша! Голубчикъ.... Господи!… Да что съ тобой, Андрюша?…

Стежневъ (постепенно успокоиваясь, но кашляя).

Ничего, Маня, ничего.... это пройдетъ.... это нервы.... Уфъ!… тяжело какъ!… Какъ грудь сдавило!… Да ничего, Маня.... успокойся, моя дорогая… ничего, пройдетъ.... (помолчавъ) Вели подать воды сельтерской....

Марья Маревна.

Сейчасъ, голубчикъ, сейчасъ.... (Бѣжитъ къ средней двери.)

Стежневъ.

Да зачѣмъ сама.... позвони....

Марья Маревна (идя къ колокольчику).

Я думала поскорѣй.... (Звонитъ.)

Стежневъ сидитъ и изрѣдка кашляетъ, Марья Маревна стоитъ, и глаза ея неспокойно бѣгаютъ то на среднюю дверь, то на Стежнева. Молчаніе.

Стежневъ (нетерпѣливо).

Да что тамъ оглохли, что-ли?… Позвони еще, Маша!… (Марья Маревна сильно звонитъ.)

Семенъ (вбѣгаетъ заспанный).

Что прикажете-съ?…

Стежневъ.

Что это васъ не дозовешься?…

Семенъ.

Виноватъ-съ, Андрей Михалычъ.... маленько задремалъ-съ....

Стежневъ.

Воды сельтерской....

Семенъ.

Слушаю-съ. (Уходитъ.)

Марья Маревна.

Ты-бы до обѣда уснулъ.... чай ночь-то, не ложимшись, все за картами, чай....

Стежневъ.

Да… въ 7 часовъ забастовали… Проигралъ 400 рублей.

Марья Маревна (всплеснувъ руками).

400 рублей!… Царица моя небесная!.. Что деньжищевь-то!..

Стежневъ.

Совсѣмъ карта не шла. (помолчавъ) Передъ обѣдомъ выкупаюсь… съѣмъ чего нибудь и прилягу…

Семенъ входитъ и подаетъ воду Стежневу.

Стежневъ (пьетъ).

Да… отчего это въ передней никого нѣтъ?… Какъ я пріѣхалъ, ты только одинъ былъ?…

Семенъ (переминаясь).

Сегодня суббота-съ… баня топится… париться пошли…

Стежневъ.

Футы — лѣтомъ!… Точно купанья нѣтъ! И Николай пошелъ?…

Семенъ.

Пошелъ-съ.

Стежневъ.

Какъ придетъ — пошли ко мнѣ… (отдаетъ стаканъ.)

Семенъ.

Слушаю-съ. (Уходитъ, искоса бросивъ взглядъ на Марью Маревну.)

Стежневъ (смотря на Марью Маревну).

Маня, а ты, кажется, все еще не можешь успокоиться. Все это вздоръ… ну, такъ… взволновался… и понятно… ночь не спалъ… нервы вотъ и расшалились… Маня!… Дружочекъ мой!… (Та подходитъ. Онъ сажаетъ ее къ себѣ на колѣна) Милая… добрая моя… (цѣлуетъ ее) Я очень люблю тебя, Маня!..

Марья Маревна (съ грустной улыбкой).

Да, любишь!.. Коли любилъ-бы, такъ почасту и подолгу не оставлялъ-бы меня одну!..

Стежневъ.

Не буду больше, не буду!.. Да и въ самомъ дѣлѣ, Маня, что я нашелъ тамъ?.. Одну грубость, грязь, невѣжество — и ничего больше, право!..

Марья Маревна.

Ну, и не ѣзди къ нимъ… брось!..

Стежневъ.

Конечно, конечно; но вдругъ нельзя, не ловко… (не смотря на нее и совѣстливо). И даже вотъ… на дняхъ назвались ко мнѣ… Ну какъ не пригласить? Самъ у всѣхъ бываю… неловко!..

Марья Маревна (улыбаясь, шутя бьетъ его по лбу),

Э!.. Путаникъ… право, путаникъ!..

Стежневъ (смѣясь).

А драться не дозволяется!.. (Цѣлуетъ ее).

Марья Маревна (прыгая съ колѣнъ и шутя отбиваясь).

Отстань, непутевый!… Такъ когда-жъ ваши пріятели пожалуютъ?…

Стежневъ.

Въ среду.

Марья Маревна.

Это въ Петровъ день?..

Стежневъ.

Да, въ нашъ храмовой праздникъ… Да мы еще объ этомъ поговоримъ съ тобой.

Входитъ камердинеръ Николай, молодой человѣкъ, сильно выпившій, но не шатаясь.

Николай.

Изволили спрашивать?…

Стежневъ (оборотясь).

Что это? Ты пьянъ, Николай?

Николай.

Спрашивать изволили?..

Стежневъ.

Маша! Да чтожъ это такое?

Марья Маревна.

Чтожъ… за всѣмъ не углядишь…

Стежневъ.

Ступай спать… спать ступай.

Николай.

Слушаю-съ… (стоитъ, уставясъ на Стежнева).

Стежневъ.

Ну, что стоишь — иди!..

Николай.

Чтожъ это?… Спать-то?.. Никакъ нѣтъ-съ!.. Николашка цѣну себѣ знаетъ… Николашка честный человѣкъ!.. Дранцы-поронцы стоитъ Николашка… Марья Маревна, матушка, такъ вѣдь, стоитъ?.. А то ишь! Спать поди!… (плача) За чтожъ, помилуйте!… Ни одѣть, ни раздѣть барина… ни встрѣчу ему сдѣлать… Дранцы-поронцы, вотъ что ему нужно… а то… поди спать!..

Стежневъ.

Поди, поди, Николай, а не то я разсержусь…

Николай (глупо смѣется).

Ха! Вы-то разсердитесь?… Вы-то?.. Ха!.. Не можетъ этого никогда быть!.. А я пойду… а что не порядокъ… (идетъ, и у двери останавливается) Марья Маревна, матушка.. на два слова…

Марья Маревна.

Что тебѣ?

Николай.

Да пожалуйте…

Марья Маревна (подходя).

Ну?…

Николай (закрываясь рукой отъ Стеж.).

Упросите у барина… чтобъ дозволилъ ручку поцѣловать…

Стежневъ (строго).

Я тебѣ сказалъ — пошелъ вонъ!

Николай.

Иду-съ!… Это чтожъ такое?… Спать укладываютъ!… Это хоть совсѣмъ не живи при такихъ порядкахъ!.. (Уходитъ.)

Стежневъ.

Не знаю, что и дѣлать съ этимъ народомъ!…

Марья Маревна.

Вотъ, голубчикъ, кабы самъ да почаще дома сидѣлъ, и всѣмъ хвосты попришилъ-бы…

Стежневъ (нетерпѣливо).

Эхъ, Маня! Да неужели ты думаешь, что я самъ не вижу всей своей распущенности? Вижу!.. Нѣтъ судьи ко мнѣ болѣе строгаго, чѣмъ я самъ!.. Но бываютъ минуты въ жизни., когда на эти безобразія я самъ бѣгу… я скрываюсь въ нихъ отъ самаго себя!… И хоть на время да забываю себя!.. Скверно, гадко, правда… Но это такъ!..

Марья Маревна (растерявшись).

Я ужъ, право, не знаю что мнѣ и дѣлать съ тобой, Андрюша…

Стежневъ (тихо поднимаясь).

Со мной-то?… (улыбаясь) „Ничего не дѣлать“, какъ говоритъ Гамлетъ… Я купаться пойду, Маня… а ты позаймись обѣдомъ… до свиданія!.. (Уходитъ въ дверь на лѣво.)

По уходѣ Стежнева, ласковое выраженіе лица Марьи Маревны мгновенно принимаетъ выраженіе злое и насмѣшливое.

Марья Маревна.

Эхъ, баринъ, не будь ты ледащій такой, сказала-бъ: что съ жиру бѣсится!.. Ишь!… Жизнью не доволенъ!.. Рожна тебѣ, прости Господи… что-ли?… (помолчавъ) Да!.. Съ тобой, миленькій мой; я вижу, въ другую игру играть надоть!… Да!… Чтожъ, попробуемъ!… (У окна.) А!.. Купаться отправились!… (Съ злой насмѣшкой смотритъ въ окно, качаетъ головой и, махнувъ рукой, быстро отходитъ отъ окна и сильно звонитъ.)

Семенъ (вбѣгая).

Звать изволили?.. (Быстро осматривается.)

Марья Маревна (сидя у стола и не смотря на него).

Столъ накрыть?..

Семенъ.

Накрытъ, и кушанье готово.

Марья Маревна (не смотря на нею).

Опосля обѣда… его уложимши… я прогуляться пойду… на Аксютинъ овражекъ пойду… (помолчавъ) Слыхалъ?..

Семенъ.

Слышу, слышу.. а ежели неравно проснется…

Марья Маревна.

Нѣтъ… онъ разстроимтесь… выпьетъ… я его повадку знаю… когда ему не по себѣ, онъ всегда хмелю держится… и ночь не спалъ… да и Аленка въ комнатахъ будетъ, (взглянувъ на него) Понялъ?

Семенъ.

Какъ не понять, — понялъ..

Марья Маревна.

Позови Аленку. (Семенъ уходитъ. Сидитъ и молча барабанитъ по столу пальцами. Погодя немного, входитъ Алена.)

Алена.

Звала?..

Марья Маревна.

Ну, Леня, ты можешь спокопться… отцу я говорила… обѣщалъ..

Алена (цѣлуя ее въ плечо).

Дай Богъ тебѣ здоровья, Марья Маревна!… По гробъ не забуду доброты твоей, Марья Маревна!…

Марья Маревна (лѣниво подымаясь).

Еще къ экономкѣ Ульянѣ сходить надоть… (Идетъ къ средней двери.) Къ обѣду, Лена, сѣренькое платьице припаси… (у дверей) Ахъ, да!… (возвращается) У меня, Лена, голова что-то разболѣлась… такъ, пообѣдавши, пройдусь… на Аксютинъ овражекъ пройдусь… Ты посиди тутъ… неравно проснется… дашь знать… не на деревню, березнякомъ бѣги.. тутъ не видко,. Эхъ, заболталась, а Ульяна, чай, заждалась меня!… (Уходитъ.)

Алена (смотря ей въ слѣдъ).

Нѣтъ, какова?.. При самомъ-то!.. Ай, ай, ай!.. Ну, — нѣтъ дома… выѣхамши… а то… Ай, ай, ай!.. (Разводитъ руками.) Н-ну!.. Я-тѣ скажу!.. (Качая головой, уходитъ въ дверь налѣво.)

Конецъ перваго дѣйствія.