От горя бежала, да на беду попала (Антонов) — ДО

ОТЪ ГОРЯ БѢЖАЛА, ДА НА БѢДУ ПОПАЛА.

КОМЕДІЯ ВЪ 3-хъ ДѢЙСТВІЯХЪ и 5-ти КАРТИНАХЪ.

Соч. В. М. Антонова.

С.-ПЕТЕРБУРГЪ.

Типографія и Литографія Ф. Леопольдова, Садовая улица, д. № 29.

1890.

ДѢЙСТВУЮЩІЯ ЛИЦА:

Александръ Петровичъ Норинъ, помѣщикъ (35 лѣтъ).

Елена Николаевна, мать его, урожденная Дудичь (56 лѣтъ).

Анна Сергѣевна, жена Норина (19 лѣтъ).

Дудинъ, дядя Елены Николаевны, сербъ (70 лѣтъ).

Груня, горничная Нориныхъ (20 лѣтъ).

Елизавета Пашинъ, вдова, сосѣдняя помѣщица Дудича (26 лѣтъ). Князь Владиміръ Ивановичъ Бахчіаровъ (35 лѣтъ).

Петръ, лакей Бахчіарова (70 лѣтъ).

Бубинь — торговецъ, Юсуфъ-оглы, Цыганъ, обыватели Сербіи.

Рыдинъ, домашній врачъ у Нориныхъ.

1-е и 3-е дѣйствія происходятъ въ Россіи, а 2-е — въ Сербіи.

Дѣйствіе I-е.

Происходитъ въ усадьбѣ Норина.

Сцена представляетъ хорошо убранную гостинную, въ глубинѣ дверь въ переднюю, направо и на на лѣво двери въ слѣдующія комнаты.

ЯВЛЕНІЕ І-е.

Дудичь и Елена Николаевна сидятъ на диванѣ.

Дудичь. Цѣль пріѣзда моего въ Россію, дорогая моя племянница, вамъ извѣстна, я хлопочу по мѣрѣ силъ своихъ о выполненіи намѣченной задачи и, кажется не безуспѣшно. Добровольцы, благодаря горячему сочувствію русскихъ, набираются и на Россію мы всѣ Сербы смотримъ какъ на свою защитницу…

Елена Николаевна. И скоро вѣроятно будете видѣть въ, ней свою избавительницу.

Дудичь. Я и не сомнѣваюсь въ томъ. Мы глубоко убѣждены, что въ недалекомъ будущемъ заживемъ самостоятельнымъ государствомъ, сбросимъ вѣковую зависимость и постараемся не отставать на пути прогресса отъ другихъ народовъ. Но преслѣдовать намѣченную цѣль надобно неусыпно, горячо и пользоваться настоящими обстоятельствами, а потому прошу васъ не откладывать поѣздки вашего сына въ Сербію; видѣть его однимъ изъ военачальниковъ желаютъ Сербы, уполномочившіе меня просить его. Сербы не забываютъ, что сынъ вашъ по матери, происходитъ отъ старинной сербской фамиліи. Уговорите его не медлить поѣздкою, дѣйствуйте какъ чистокровная сербка и, какъ истинная патріотка.

Елена Николаевна. А развѣ я не дѣйствую? Развѣ въ жилахъ моихъ течетъ не кровь моихъ отцовъ и той фамиліи, которая извѣстна всей Сербіи?

Дудичь. Теперь вы русская, но это все равно: Сербы такіе же славяне, какъ и русскіе…

Елена Николаевна. Переселеніе мое по поводу замужества въ единовѣрную страну, душевно отзывающуюся на всякій болѣзненный крикъ человѣчества, не умаляетъ моей горячей любви къ родинѣ. Я была, есть и всегда останусь истинною патріоткою.

Дудичь. Нѣтъ сомнѣнія, что вы какъ дочь нашей дорогой земли, достойны отца, умершаго за родину. Но не забывайте, что дремать теперь нельзя…

Елена Николаевна. Я не дремлю, все идетъ какъ слѣдуетъ, нѣсколько партій добровольцевъ уже уѣхала въ нашу страну, на дняхъ ѣдетъ еще партія, а сынъ мой давно къ вашимъ услугамъ, но остановка вся въ томъ, что онъ два мѣсяца только женился по любви на очаровательной дѣвушкѣ, которая не хочетъ отпускать его отъ себя, а намѣрена сама ѣхать съ нимъ противъ чего возстаетъ сынъ. Я все улажу и такъ, или иначе, а сынъ мой пріѣдетъ въ Сербію вслѣдъ за вами.

Дудичь. Прекрасно, я этого только и добиваюсь теперь.

Елена Николаевна. Кромѣ того у меня созрѣлъ одинъ планъ, при удачномъ выполненіи котораго, контингентъ добровольцевъ у васъ значительно умножится по силамъ и средствамъ.

Дудичь. А можно узнать вашъ планъ?

Елена Николаевна. Теперь не своевременно открывать его, онъ очень несложный ..

Дудичь. Не открывайте, но скажите приблизительно, въ краткихъ очертаніяхъ.

Елена Николаевна. 35 лѣтъ тому назадъ, я была молодою дѣвушкою и отличалась миловидностью: тогда, во время общаго возстанія въ странѣ, красота моя погубила не одного врага нашего отечества…

Дудичь. Тогда былъ убитъ и отецъ вашъ — мой родной братъ… Ну, а теперь что вы задумали?

Елена Николаевна. Гмъ!… Теперь!… Теперь я буду брать опытомъ и кое чѣмъ другимъ, не нарушая приличія, достоинства и женской строгости, словомъ буду стараться достигать необходимое ли насъ помощи… Анюта поможетъ мнѣ, а руководить ею буду я, съ вѣдома разумѣется мужа…

Дудичь. Я не понимаю вашего плана, но думаю нѣтъ надобности прибѣгать къ особеннымъ пріемамъ, а слѣдуетъ дѣйствовать прямо и честно..

Елена Николаевна. Постойте дядя, дайте мнѣ договорить, въ моемъ планѣ ничего преступнаго нѣтъ, да я на нечестный поступокъ и не пойду, въ планѣ — маленькая только хитрость, практическая уловка, желаніе заинтересовать, завлечь кого нужно. Словомъ, дѣлать то, что дѣлала я 35 лѣтъ тому назадъ, не выходя ни на іоту изъ приличія и обязанностей. Скажу вамъ вкратцѣ: у насъ есть въ числѣ прочихъ знакомыхъ, нѣкто князь Бахчіаровъ — человѣкъ съ громадными связями, занимающій видное общественное положеніе и, само собою разумѣется, имѣющій обширный кругъ знакомства, онъ…

Дудичь. Догадываюсь, вы хотите завербовать его въ добровольцы?

Елена Николаевна. Да, хочу видѣть его добровольцемъ, но дѣло собственно не въ немъ лично, потому что онъ по натурѣ своей не человѣкъ, а… а… какъ бы сказать по опредѣленнѣе, по яснѣе.. не человѣкъ, а человѣчекъ, сколько я успѣла разгадать его, но если эта натуришка пойдетъ въ добровольцы, то потянетъ за собою цѣлую вереницу лицъ съ силою и средствами.

Дудичь. Все это хорошо… Разумѣется, такая личность принесла бы намъ пользу, но я не умѣю объяснить себѣ — при чемъ здѣсь жена вашего сына!

Елена Николаевна. Анюта будетъ изображать безкровную жертву, въ сущности она ничего дурнаго не сдѣлаетъ, а пользу принесетъ громадную.

Дудичь. Лишь бы не было чего нечестнаго; избѣгайте дорогая моя племянница преступнаго пути, онъ до добра не доведетъ, помните, что предки паши всегда отличались честными побужденіями.

Елена Николаевна. Нѣтъ, нѣтъ дядя, успокоитесь, я не рѣшусь даже на что нибудь неблаговидное…

Дудичь. И такъ (встаетъ), я могу сказать своимъ, что сынъ вашъ пріѣдетъ вслѣдъ за мною?

Елена Николаевна. Да, да, вопросъ о поѣздкѣ моего сына рѣшенъ, онъ не замедлитъ пріѣздомъ, дайте только рѣшить вопросъ — останется ли здѣсь жена его или поѣдетъ съ нимъ, это первое, а во вторыхъ — о князѣ Бахчіаровѣ. Во всякомъ случаѣ буду торопиться.

Дудичь. Одинъ ли вашъ сынъ пріѣдетъ къ намъ, или вмѣстѣ съ вами, мы встрѣтимъ васъ съ неподдѣльнымъ радушіемъ.... Мой загородный домъ къ вашимъ услугамъ, вы поселитесь тамъ какъ у себя дома и будете располагать всѣми удобствами. До свиданія моя дорогая племянница, съ нетерпѣніемъ будемъ ожидать васъ.

ЯВЛЕНІЕ II.

Изъ боковыхъ дверей выходитъ Анюта въ утреннемъ нарядѣ.

Анюта. Доброе утро мама (цѣлуетъ матъ въ лицо и руку). Кто это такъ рано былъ у насъ?

Елена Николаевна. Мой дядя Дудичь, заходилъ узнать о здоровьѣ… Что это ты заспалась сегодня? Посмотри (указываетъ на каминные часы) скоро часъ!

Анюта. Нездоровится, что-то.

Елена Николаевна. Что съ тобою?

Анюта. Сама не знаю! На болѣзнь жаловаться не могу, а такъ что-то ощущаю слабость во всемъ тѣлѣ и какое-то безотчетное тревожное состояніе духа. Мучаетъ меня предчувствіе о чемъ то не добромъ, не хорошемъ, что какъ будто должно случиться не сегодня, такъ завтра..

Елена Николаевна. Полно, дитя мое, успокойся, ничего случиться не можетъ, это не болѣе какъ нервы, которыми ты всегда страдаешь, точно такъ какъ одно время страдала страннымъ предположеніемъ, что у тебя отнимутъ мужа и еще что-то въ томъ же родѣ.

Анюта. Да, мама, — это правда, но ложныя представленія казались мнѣ такъ ясно и опредѣленно, что у меня очень часто не хватало силы воли разубѣдить себя въ призрачности ихъ… Теперь возобновились такія же ложныя представленія, безпокоитъ меня Александръ..

Елена Николаевна. Чѣмъ?

Анюта. Постоянное его отсутствіе развѣ должно радовать меня? Оно и служитъ причиною моего нервнаго разстройства.

Елена Николаевна. Да вѣдь ты знаешь его страсть къ охотѣ! Она увлекала его и до женитьбы, онъ постоянно пропадалъ по лѣсамъ.

Анюта. Все это такъ, мама, но мнѣ досадно, что я всего два мѣсяца за мужемъ и въ эти два мѣсяца почти не вижу Александра. Развѣ возможно не возмущаться такимъ поведеніемъ мужа? Какое удовольствіе находятъ люди убивать птицъ, звѣрей и слоняться недѣлями по лѣсамъ?

Елена Николаевна. Благодари Бога, что мужъ твой любитъ только охоту, а что ты запѣла-бы милое дитя, еслибы онъ но цѣлымъ ночамъ просиживалъ за картами, или бражничалъ за стаканомъ вина, а?

Анюта. Этого только не доставало!

Елена Николаевна. Гмъ! (иронически). Всѣ націи точно выродились! Современная женщина никакого подобія не имѣетъ съ прежнею! Ну, вотъ Напримѣръ возьмемъ тебя, Анюта. Вѣдь кажется есть все: и молода, и хороша собою и имѣешь красавца мужа, а привязать его къ себѣ не въ силахъ! По моему взгляду, такъ слѣдуетъ его подчинить своей волѣ, подчинить даже мельчайшимъ капризамъ своимъ! Да, да… вотъ какъ слѣдуетъ дѣйствовать! Гдѣ вамъ молодому поколѣнію? Вы умѣете только нюнить и жаловаться на свою судьбу, а между тѣмъ сами во всемъ виноваты!

Анюта. Въ чемъ же я. мама, виновата?

Елена Николаевна. Какъ въ чемъ? Я бы на твоемъ мѣстѣ такъ привязала мужа къ дому, что онъ не отходилъ бы и шагу отъ меня..

Анюта. Ради Бога, мама, научи…

Елена Николаевна. Что тутъ учить, употреби простое, очень обыкновенное средство…

Анюта. Какое же? Приворожить его какимъ нибудь зельемъ?

Елена Николаевна. Ну, да, зельемъ! Для красивой и молодой жены никакого зелья не надобно!

Анюта. Такъ что же это за средство? Дѣлать сцены мужу, ссориться, бранить, упрекать его?

Елена Николаевна. И того не нужно, а необходимо кокетство

Анюта. Я и безъ того съ нимъ черезъ чуръ нѣжна и расточаю свою любовь до крайности. .

Елена Николаевна. Вотъ этимъ то ты и портишь, дитя мое, дѣло. Хорошее вино, какъ бы оно цѣнно и шипуче не было, поставленное на жаръ, обращается въ уксусъ. Такъ и пламенная ваша любовь, расточаемая слишкомъ горячо и безтолково — скисаетъ.

Анюта. Ахъ, мама, ты только упрекаешь меня, а научить какъ быть и что дѣлать мнѣ — не хочешь!

Елена Николаевна. Кокетничай, моя дорогая, только не съ мужемъ, а съ кѣмъ нибудь другимъ; возбуди въ мужѣ ревность и тогда за успѣхъ можешь ручаться. Онъ броситъ охоту и не отойдетъ отъ тебя шагу!

Анюта. Ахъ, мамочка (бросается къ матери и цѣлуетъ ее). Это средство дѣйствительно хорошее! Мало того, оно и невинное…

Елена Николаевна (перебиваетъ). Молодыхъ людей бываетъ у насъ не мало, одного изъ нихъ выбери и кокетничай съ нимъ сколько душѣ угодно, но такъ, чтобы у Александра морозъ но кожѣ пробѣгалъ. За поклонниками вѣдь дѣло не станетъ, да вотъ напримѣръ князь Бахчіаровъ, онъ давно изнываетъ и вздыхаетъ но тебѣ, стоитъ только глазкомъ моргнуть и онъ разсыпится въ дребезги, а Каменскій, Груздевъ, Леонидовъ, а секретарь посольства, да мало-ли еще кто. Но мой совѣтъ, выбери лучше Бахчіарова. Выборъ этотъ будетъ вѣрнѣе потому, что Александръ давно замѣчаетъ его ухаживаніе за собою.

Анюта. Странно, какъ мнѣ въ голову не приходило до сихъ поръ такое простое средство! Странно тѣмъ болѣе, что за мною здѣсь ухаживаютъ всѣ, увиваются до надоѣдливости, а въ особенности князь Бахчіаровъ — онъ вѣчно млѣетъ предо мною.

Елена Николаевна. Ты Нюточка знай только границу кокетства, а то смотри, шутить съ огнемъ опасно, сама пожалуй влюбишься…

Анюта. Что ты, мама, побойся Бога, я развѣ промѣняю своего Александра на кого нибудь?

Елена Николаевна. То-то…

Анюта. Хорошо мама, начну для пробы съ князя, ему будетъ это пріятно, онъ бѣдный совсѣмъ растеряется отъ изумленія и радости.

Елена Николаевна. Ну, вотъ и отлично мое дитя! (его сторону) Наша Груня будетъ помогать интригѣ, она у насъ бой дѣвченка, на нее положиться можно.

Анюта. Съ Александромъ я буду по возможности холодна, а Бахчіарову расточать любезности и отдавать ему полное предпочтеніе предъ другими. Да, мама, такъ надобно вести себя?

Елена Николаевна. Учить тебя пріемамъ кокетства едва ли нужно, на то ты и женщина, чтобы быть кокеткою.

ЯВЛЕНІЕ III.

Тѣже и Груня.

Груня (держитъ корзину съ фруктами, подаетъ письмо на подносѣ). Привезъ верховой! (отходитъ къ дверямъ).

Елена Николаевна (смотритъ въ корзину, беретъ конвертъ, распечатываетъ и читаетъ). Отъ Бахчіарова, присылаетъ фрукты… пишетъ, что вслѣдъ за письмомъ самъ будетъ.

Анюта. Ахъ! А я въ утреннемъ нарядѣ, пойду переодѣнусь! (встаетъ и намѣревается идти).

Елена Николаевна. Иди Нюта, иди, одѣнься по наряднѣе и помни мои наставленія!

Анюта (на ходу). Буду помнить, не забуду, выполню все въ точности! (смотритъ въ корзину) Какая прелесть! Откуда онъ получаетъ такіе фрукты? (идетъ и оборачивается) Увидишь, мамочка, какая я буду кокетка (уходитъ).

Елена Николаевна. Груня! Когда пріѣдетъ Бахчіаровъ — проси, ступай! Впрочемъ нѣтъ, постой, поди сюда Груня! Слушай, что я буду говорить тебѣ, стань здѣсь! (указываетъ) Да не тамъ, а здѣсь! (вновь указываетъ) Вотъ такъ! Скажи мнѣ Груня, ты, ты… ты настоящая женщина?

Груня. Какъ это барыня — настоящая-ли я женщина? А развѣ можно быть не настоящею, поддѣльною? Я родилась на вашихъ глазахъ, вы знаете моего отца, мать, сестеръ, все родс… Ахъ, да понимаю барыня: вы думаете, что у меня что нибудь и гдѣ нибудь (осматриваетъ себя кругомъ и дѣлаетъ повороты) поддѣльное, фальшивое, накладное, да, барыня?

Елена Николаевна. Постой (машетъ рукою).

Груня. Нѣтъ! У меня ничего такого, право барыня ничего нѣтъ…

Елена Николаевна. Да постой-же!

Груня. Я настоящая женщина, вся здѣсь (дѣлаетъ повороты) хоть на изнанку выворачивайте…

Елена Николаевна. Не тараторь — говорятъ тебѣ…

Груня. Я вѣдь только объяс…

Елена Николаевна. Ну, опять?.. Ты не поняла меня!.. Сказки мнѣ — любишь ли ты свою родину, какъ настоящая русская женщина и, любишь-ли насъ, нашу семью…

Груня (перебиваетъ). Еще-бы не любить! И кромѣ васъ люблю своего жениха, отца, мать и кофе люблю пить и гулять въ лѣсу люблю, (понижая голосъ) одна гуляю въ лѣсу, право барыня одна. Еще люблю… да мало ли что я люблю; всего и не перечтешь…

Елена Николаевна. Ради Бога не тараторь, а отвѣчай только на вопросы: любишь ли ты тѣхъ людей, которые хотя и живутъ въ другихъ странахъ, но одной вѣры съ нами?

Груня. Очень барыня люблю! Вотъ, говорятъ, что тамъ, далеко гдѣ то живетъ народъ одной съ нами породы; тѣснятъ его говорятъ, мучаютъ, ну какъ же не любить такихъ людей, какъ не жалѣть? Туда идутъ теперь отъ насъ на защиту много нашихъ добровольцевъ, да и я принесла жертву…

Елена Николаевна. Жертву! Какую?

Груня. Я пожертвовала женихомъ своимъ, уговорила его идти въ ватагу добровольцевъ на защиту нашихъ единовѣрцевъ…

Елена Николаевна. Ахъ, Груня, какая ватага, что за названіе? Это войско воодушевленное любовью къ своимъ единовѣрцамъ, войско готовое положить всю свою душу за нихъ! Единственнаго своего сына я посылаю въ это войско, ты также посылаешь туда жениха и, послѣ такихъ жертвъ кто можетъ назвать наше непобѣдимое полчище ватагою?

Груня. Я сказала барыня потому, что мнѣ разсказывали о Ермакѣ…

Елена Николаевна. Не говори мнѣ болѣе объ этомъ. Я чувствую какъ кровь приливаетъ у меня къ головѣ, а къ горлу — что то подступаетъ, при такомъ фальшивомъ названіи войска героевъ.

Груня. Я ошиблась барыня, не буду больше…

Елена Николаевна. Да, Груня, да, ихъ несчастныхъ, нашихъ единовѣрцевъ мучаютъ, и мучаютъ не одинъ вѣдь годъ, не два года, а цѣлые вѣка, понимаешь-ли — цѣлыя столѣтія! Вотъ туда по этому поводу и идетъ на защиту наша молодость, наша сила. Мы — женщины тоже должны приносить жертвы на защиту страдальцевъ, мало того должны уговаривать идти своихъ родственниковъ, знакомыхъ и..

Груня. Я, барыня, это дѣлаю: съ моимъ женихомъ идутъ и товарищи его…

Елена Николаевна. И отлично, Груня, но мнѣ хотѣлось бы, что бы туда шли люди денежныя и вліятельныя, вотъ напримѣръ какъ князь…

Груня. Бахчіаровъ, барыня?

Елена Николаевна. Да, Бахчіаровъ, вѣдь ты знаешь его, который часто ходитъ къ намъ?

Груня. Какъ-же не знать если онъ чуть не каждый день бываетъ у насъ и всегда таращитъ глаза на нашу молодую барыню, точно они у него выскочить хотятъ. Откровенно вамъ сказать барыня, онъ и на меня таращится и, воля ваша, мнѣ не нравится…

Елена Николаевна. Мнѣ тоже, Груня, князь не по вкусу, но онъ человѣкъ вліятельный и его надобно, во что бы то ни стало, перетянуть на нашу сторону, а потому необходимо быть съ нимъ какъ можно предупредительнѣе и вообще…

Груня (перебиваетъ). Я давно васъ, барыня, поняла, давно! (понижая голосъ) Вотъ точно кто подсказалъ мнѣ ваше желаніе… я съ нимъ очень ужъ… онъ часто шутитъ, заигрыветъ со мною, толкнетъ иногда, скажетъ что то особенное, а мнѣ что… пусть себѣ, думаю, смѣюсь… показываю, что мнѣ пріятно…

Елена Николаевна. Слушай же Груня: дочь моя Анюта будетъ кокетничать съ нимъ, поддѣльно, разумѣется…

Груня. Какъ я?

Елена Николаевна. Не перебивай! будетъ кокетничать, а ты между прочимъ, помогай этой интригѣ, т. е. говори при случаѣ, что молодая барыня сильно имъ заинтересована. Анютѣ же ничего не говори, что ты помогаешь и о разговорѣ нашемъ тоже ни слова, слышишь?

Груня. Слушаю барыня, но вѣдь князь и безъ того таетъ отъ молодой бар…

Елена Николаевна. И пусть себѣ, а ты постарайся, чтобы онъ совсѣмъ растаялъ… (въ сторону) Дѣло пойдетъ скорѣе, если подливать масло въ огонь съ двухъ сторонъ.

Груня. Не безпокойтесь барыня, порученіе ваше исполню, да и не трудная комисія. Эдакая красавица какъ наша молодая барыня, да чтобы она не вскружила голову кому хотите, такъ тогда и жить не нужно! На что ужъ я, да и то приказала своему жениху идти въ ватагу, и…

Елена Николаевна. Опять это названіе…

Груня. Виновата, барыня! Въ войско, а какой онъ красавецъ, барыня! Уфъ какой! Писанный…

Елена Николаевна. Кто, Бахчіаровъ?

Груня. Точно картина!

Елена Николаевна. Да кто же это?

Груня. Высокій, статный, молодой, съ ружьемъ, ножъ у него большой — большущій, вотъ такой! (показываетъ руками непомѣрную длину ножа).

Елена Николаевна. Фу, какая ты противная тараторка, да кто же это?

Груня. Мой женихъ, барыня, Игнатъ! Изъ зависти, надъ нимъ смѣются даже…

Елена Николаевна. Кто?

Груня. Нашъ выѣздной Казиміръ и лакей Степанъ. Намедни и меня довели до слезъ: у твоего жениха, говорятъ, и носъ не на мѣстѣ и глаза какъ буркулы и я по ихнему одѣваюсь не такъ, какъ слѣдуетъ; ты Груня, говорятъ они, одѣваешься легко для того, чтобы жениху было жарко. Вѣрите-ли, барыня, проходу не даютъ, хоть изъ комнаты не выходи…

Елена Николаевна (махаетъ руками). Ну, Груня, перестань, ты прожужжала мнѣ уши. Ступай, когда пріѣдетъ Бахчіаровъ, проси.

(Груня идетъ къ дверямъ).

ЯВЛЕНІЕ IV-е.

Тѣже и Норинъ, а потомъ Анюта и Бахчіаровъ.

Норинъ (сталкивается съ Груней въ дверяхъ). Вѣчно натолкнусь на эту вертушку! Летитъ, прости Господи, очертя голову, впередъ не смотритъ, точно кто ее въ шею толкаетъ! И что ты всегда куда-то торопишься? Ну куда? Куда тебя вѣтеръ несетъ, а? (при послѣднихъ словахъ схватываетъ ее за плечи и ведетъ отъ дверей два-три шага впередъ).

Груня (плачевно). Ахъ, баринъ, да почемъ я знала, что вы попадетесь въ дверяхъ…

Норинъ. Зачѣмъ эта торопливость всегда? Зачѣмъ, а? Пожаръ что-ли. или умеръ кто?

Груня. Извините, я нечаянно! Вы всегда баринъ, какъ нарочно наталкиваетесь на меня!

Норинъ. Вотъ тебѣ и разъ! Она же и въ претензіи! Ушибла грудь, чуть не сбила съ ногъ, а я виноватъ! Сумашедшая! Право у нея чего то не достаетъ тутъ, (показываетъ на голову и идетъ къ авансценѣ; Груня уходя, ворчитъ; Елена Николаевна во время послѣднихъ монологовъ, вставъ съ кушетки стоитъ около нея, а затѣмъ идетъ на встрѣчу къ сыну).

Елена Николаевна. Ну что, Александръ, здоровъ, какъ идутъ дѣла, разскажи? (возвращается съ сыномъ къ дивану, оба садятся, сынъ цѣлуетъ у матери руку на ходу).

Норинъ. Все идетъ пока хорошо, добровольцы набираются, одни уже уѣхали, другіе готовятся къ отъѣзду, но говоря откровенно, мнѣ этотъ сбродъ не нравится, надобно..

Елена Николаевна (перебиваетъ). Какой сбродъ, Александръ! Не смѣй называть такъ нашихъ защитниковъ.

Норинъ. Я далекъ отъ мысли обижать защитниковъ, и если называю ихъ сбродомъ, то потому, что они не сформированы еще и представляютъ изъ себя что-то неопредѣленное…

Елена Николаевна. Ахъ, Александръ! Я счастлива! Я убѣждена, что ты будешь увѣнчанъ лаврами, увѣрена, что будущій сербскій король отличитъ тебя отъ другихъ и непремѣнно сдѣлаетъ придворнымъ! Да, да, ты будешь состоять лично при Государѣ! Я тоже буду принята ко двору, жена твоя разумѣется, займетъ мѣсто при королевѣ. Ахъ, Александръ! Вѣдь это совершится скоро, да, скоро?

Норинъ. Скоро только въ сказкахъ говорится, но не такъ скоро совершается въ дѣйствительности. Легко ты думаешь, при скромныхъ силахъ Сербіи, вести дѣло съ гигантомъ? Не только повалить, а уязвить, уколоть даже этого великана трудно!

Елена Николаевна. Ну, ну, пошелъ умствовать! Гдѣ видишь ты великана?. А Римъ, а Греція, не были развѣ великанами, а? Отвѣчай же милый мой — не были они великанами? (къ публикѣ) Ахъ! Зачѣмъ я не мужчина? Отчего намъ — женщинамъ не дозволяется становиться въ ряды и во главѣ войскъ? Зачѣмъ лишаютъ насъ права и возможности доказывать отечеству насколько мы способны быть патріотками и какія можемъ приносить жертвы? Зачѣмъ насъ женщинъ называютъ прекрасною половиною человѣческаго рода?. Не злая ли это насмѣшка и не глумленіе-ли надъ нашими способностями? Гмъ! Эта прекрасная половина, обречена сидѣть постоянно у семейнаго очага и няньчить дѣтей! Очагъ и дѣти, дѣти и очагъ — вотъ нашъ удѣлъ и вся жизненная задача! Какъ жалки мужчины въ своемъ противурѣчіи: Сами же сложили пословицу — «Гдѣ чертъ не сможетъ, женщину пошлетъ». Слѣдовательно сознаютъ они насколько женщина хитра, умна и изобрѣтательна и, сами же заставляютъ ее возиться около кострюль. Противурѣчіе идетъ дальше: языкъ женщинъ, говорятъ мужчины, есть злокачественный органъ, онъ болтаетъ безъ удержа и безъ устали, а между тѣмъ передъ языкомъ глазъ женщины, передъ языкомъ улыбки ея и, передъ огненнымъ поцѣлуемъ, они, эти мужчины, обращаются въ мякоть и готовы бросить на ставку — честь, достоинство, семью, родство и вывернуть весь свой карманъ.... Спрашивается, послѣ этого — кто могущественнѣе изъ насъ — женщина, или мужчина?

Норинъ. Какая ты мамаша фантазерка! Говорила бы лучше дѣло, а не распаляла свое воображеніе. Скажи, что Анюта и что твой планъ?

Елена Николаевна. Все дѣло мой милый полководецъ налажено; на энергію мою и на находчивость ты можешь положиться, хитрости у меня тоже хватитъ, ты только не забывай нашего уговора на счетъ Нюты и Бахчіарова.

Норинъ. Помню мамаша и, противъ воли держусь уговора, а мое постоянное отсутствіе изъ дома буду прикрывать охотою. Дѣлъ у меня по горло, собирать и формировать партіи добровольцевъ не легко, а слѣдовательно сидѣть дома невозможно…

Елена Николаевна. Постоянное твое отсутствіе изъ дома и даетъ мнѣ полную возможность привести планъ нашъ къ успѣшному результату. Отсутствіе свое пожалуйста прикрывай охотою, а иначе Анюта не будетъ возмущаться твоимъ поведеніемъ. Напримѣръ если бы она знала, что ты формируешь добровольцевъ, то понятно мирилась бы съ твоимъ отсутствіемъ. Кромѣ того, ты ради Бога, не задумай розыгрывать сцену ревности, а напротивъ, не замѣчай продѣлокъ Ніоты. Слышишь?

Норинъ. Слышу мамаша и понимаю; въ этомъ я, пожалуй, слѣпо буду повиноваться твоимъ указаніямъ, потому что ты отлично изучила всѣ извилины женскаго сердца и хорошо знаешь мужскія слабости, когда дѣло коснется любви, а вотъ какъ заговоришь о будущемъ королѣ, о дворѣ, то извини — не слишкомъ ли рано поешь ты эту пѣсню…

Елена Николаевна Гмъ! Нѣтъ не рано, я…

(Входитъ Анюта.)

Анюта. Это ты, мой другъ! Побойся Бога, четвертый день пропадаешь изъ дома, на что похожа такая жизнь?

Норинъ (подходитъ къ женѣ). Я, моя Нюточка, я, моя радость, совсѣмъ стосковался по тебѣ…

Анюта. Вижу и вѣрю, исхудалъ даже, бѣдненькій!

Норинъ. Страсть къ охотѣ, мой другъ, заѣдаетъ меня… Сотоварищи по охотѣ, слѣды звѣря, на которые мы напали (цѣлуетъ у жены нѣсколько разъ руки и желаетъ обнять ее, но она отстраняетъ его) завлекли насъ далеко, мы исколесили чуть не весь уѣздъ (опять хочетъ обнять ее, но она вновь отстраняетъ его). Да что ты такая странная? Холодная, безучастная, точно больная!

Анюта. Съ чего ты берешь, Александръ, я здорова, сонною ничего… я, какъ всегда… только…

Норинъ. Что только?

Анюта, Только стала отвыкать отъ тебя, смотрю какъ на посторонняго…

Елена Николаевна (въ сторону). Начало не дурно, она хоть куда.

Норинъ. Вотъ новости! Ты удивляешь меня, Анюта! Развѣ возможно отвыкнуть отъ мужа въ четыре дня? Похвально! Очень, очень утѣшительныя привѣтствія я слышу отъ жены! Хороши же вы женщины! А что же будетъ, если я сегодня опять уѣду на охоту? Да и надобно ѣхать, далъ слово, меня ожидаютъ..

Анюта. Поѣзжай, Александръ, развѣ тебѣ кто нибудь мѣшаетъ, тѣмъ болѣе если далъ слово сотоварищамъ, а я какъ нибудь поразвлекусь, займусь книгами, пойду въ паркъ ухаживать за цвѣтами… Вѣдь ты знаешь мою страсть къ цвѣтамъ? Надоѣдятъ они — поѣду верхомъ…

Норинъ. А съ кѣмъ это и куда — можно узнать?

Анюта. Все съ тѣмъ же Бахчіаровымъ, онъ такой милый, любезный, предупредительный, всегда сопровождаетъ меня въ прогулкахъ по парку, а о цвѣтахъ какое имѣетъ обширное понятіе — изумительно. Онъ теперь читаетъ мнѣ ботанику, мы вмѣстѣ разбираемъ листки, стебельки, онъ разсказываетъ значеніе каждой жилки растенія, такъ толково, такъ занимательно, опредѣленно и ясно, что я невольно увлекаюсь его разсказами…

(Елена Николаевна во время предшествующихъ и послѣдующихъ монологовъ, притворно читаетъ газету.)

Елена Николаевна (въ сторону). Вотъ сочиняетъ! Не запнется даже…

Анюта. Да и сегодня онъ долженъ пріѣхать. Что-то замѣшкался, а между тѣмъ аккуратенъ и точенъ всегда; если скажетъ напримѣръ: пріѣду въ такомъ-то часу, то пріѣдетъ минута въ минуту… Не будь его, чтобы я дѣлала въ настоящее время?

Елена Николаевна (въ сторону). Вретъ, а главное — складно вретъ.

Норинъ. Ну и слава Богу, что нашла занятія, мой другъ! Чтеніе книгъ, прогулка въ нашемъ обширномъ паркѣ и затѣмъ ѣзда на лошади, принесутъ тебѣ существенную пользу — нервы твои поисправятся… Конь у тебя хорошій, а для Бахчіарова можешь брать моего верховаго коня…

Анюта. Да я такъ и думала, (въ сторону) Хорошъ муженекъ!

Норинъ. Пожалуйста, Нюта, располагай моею лошадью когда тебѣ вздумается. Твои прогулки меня радуютъ и я прошу тебя почаще ѣздить верхомъ, тогда и о нервахъ забудешь и никакія ложныя представленія не будутъ тебя преслѣдовать.

Анюта (за сторону). Противный! Самъ же и проситъ, чтобы почаще ѣздила. Хорошо, хорошо, буду ѣздить и лѣчиться этими поѣздками!

Груня. Князь Бахчіаровъ!

Анюта (съ поддѣльною радостью). Ахъ, вотъ и онъ! А я роптала, претендовала! Груня! Проси, не заставляй ждать. (Подбѣгаетъ къ зеркалу — поправляетъ туалетъ).

(Груня уходитъ.)

Бахчіаровъ (останавливается въ дверяхъ и разводитъ руками). Вся семья вмѣстѣ! Рѣдкость! Въ первый разъ приходится видѣть… Вы точно на секретномъ совѣщаніи…

Анюта. Какой вы неблагодарный, васъ же ждемъ…

Бахчіаровъ. Благодарю, если говорите искренно… Я значитъ, не успѣлъ еще надоѣсть вамъ…

Норинъ. Добро пожаловать! (подаетъ руку, подойдя на встрѣчу).

Бахчіаровъ. А вы все охотитесь, да? Не только дичи, по и воробья скоро не встрѣтишь въ уѣздѣ — перестрѣляете…

Елена Николаевна (подаетъ руку подошедшему Бахчіарову). Безъ васъ мы соскучались!. Садитесь, располагайте нашимъ домомъ какъ всегда. Моя Ніота только что вспоминала объ васъ (Бахчіаровъ кланяется Анютѣ) и ежеминутно твердитъ о ботаникѣ, она такъ любитъ ее, да и вы кажется знаете толкъ въ цвѣтахъ и растеніяхъ..

Бахчіаровъ. Какъ не знать и какъ не любить цвѣтовъ? Для меня всѣ цвѣты и всѣ цвѣта хороши, въ какомъ бы видѣ, родѣ и образѣ они не представлялись, а въ особенности моя слабость голубой цвѣтъ… (кланяется Анютѣ, она въ голубомъ нарядѣ).

Анюта (звонитъ, входитъ Груня). Нарви сію минуту букетъ незабудокъ!

Груня. Сейчасъ! (уходитъ).

Бахчіаровъ. Зачѣмъ это вамъ?

Анюта. Сдѣлать вамъ угодное!.. Во вкусахъ мы съ Вами, Владиміръ Ивановичъ, сходимся, я тоже въ восторгѣ отъ голубаго цвѣта, а голубые глаза — моя страсть, мое наслажденіе. Смотришь на нихъ точно на небо! (глядитъ пристально въ глаза Бахчіарова). Ахъ, у васъ тоже кажется голубые глаза? (подходитъ къ нему и всматривается) Да, голубые и по очертанію замѣчательные, я такіе глаза рѣдко встрѣчала! Ну. вотъ (кокетливо) я и объяснилась вамъ въ любви…

Бахчіаровъ (кланяется). Вы льстите мнѣ. подсмѣиваетесь? (въ сторону) Очаровательная женщина!

Елена Николаевна (въ сторону). Хватила черезъ чуръ!

Анюта. Ну вотъ и льщу! Не умѣю, не научилась еще! (въ сторону): не шелохнется даже, это не мужъ, а чудовище, крокодилъ. змій!

Норинъ. Князь! Вы можете располагать моимъ конемъ всегда и во всякое время.

Бахчіаровъ (удивляясь). Конемъ?

Норинъ. Да, когда захотите сопровождать мою жену въ прогулкахъ…

Бахчіаровъ. Благодарю васъ! Очень, очень благодаренъ! (въ сторону) зачѣмъ мнѣ коня, кто просилъ его? Рехнулся онъ что-ли…

Анюта. Да, Владиміръ Ивановичъ, я хочу сегодня прокатиться верхомъ, а вы будете сопровождать меня, да?

Бахчіаровъ (кланяется). Къ вашимъ услугамъ, я готовъ какъ всегда…

ЯВЛЕНІЕ V-е.

Тѣже и Груня — вноситъ букетъ и вручаетъ Анютѣ.

Анюта. Хорошо Груня, благодарю, Вынь изъ шкафа амазонку, шляпу, хлыстъ, да скажи, чтобы приготовили верховыхъ лошадей для меня и для князя…

(Груня уходитъ.)

Анюта. Владиміръ Ивановичъ! Подите сюда! (Бахчіаровъ подходитъ) Вотъ вамъ букетъ, а вотъ и булавка…

Бахчіаровъ (беретъ и разсматриваетъ). Что же мнѣ дѣлать съ ними?

Анюта. Узнаете въ свое время… я… (уходитъ и на ходу говоритъ) Я на минуту, переодѣнусь только..

Бахчіаровъ. (въ сторону.) Обоятельная женщина, она съ ума меня сведетъ.

Норинъ. Ну, князь, что у васъ новаго? Разсказывайте, а мы послушаемъ.

Елена Николаевна. Какіе слухи въ городѣ?

Бахчіаровъ. Новаго ничего нѣтъ, все идетъ заведеннымъ порядкомъ, но общее возбужденіе продолжается…

Елена Николаевна. Какое? Все тотъ же Сербскій вопросъ, да?

Бахчіаровъ. Да, все тотъ же сербскій вопросъ, онъ околдовалъ всѣхъ, у каждаго только и на языкѣ: Сербія, сербскій народъ, пожертвованія и тому подобное…

Норинъ. Да какъ же иначе и быть? Намъ русскимъ не относиться къ несчастному народу несочувственно нельзя…

Бахчіаровъ. Вы о себѣ только не говорите! Вѣдь вы по матери сербъ, слѣдовательно ваше горячее отношеніе къ сербскому народу никого удивить не можетъ, но посмотрите, что дѣлаютъ чистокровные русскіе. Они доходятъ до сумашествія: бросаютъ ясенъ, дѣтей, хозяйство… ну, точно крестовые походы настали въ нашъ, смѣшно сказать, эгоистическій вѣкъ…

Норинъ. Я тоже, должно быть, изъ числа сумашедшихъ: бросаю жену, мать, хозяйство и на дняхъ уѣзжаю…

Бахчіаровъ. Это вашъ долгъ. (въ сторону) Отлично бы сдѣлалъ, мнѣ легче было бы ухаживать за его женою. А какъ же жена ваша — останется здѣсь, или переѣдетъ въ городъ?

Норинъ. Не знаю еще. Я уговариваю ее остаться здѣсь, но она настаиваетъ ѣхать со мною.

Бахчіаровъ. Да? (въ сторону) Ахъ чертъ возьми, дѣло то выходитъ не хорошее. Ну, понятно, зачѣмъ ей ѣхать, вы, разумѣется, будете уговаривать ее остаться…

Норинъ. Не думаю, хочетъ такъ пусть ѣдетъ…

Елена Николаевна. А вы князь, точно застыли! Я предполагала въ васъ настолько эгоизма, на сколько онъ долженъ быть у каждаго человѣка; эгоистическое чувство не чуждо даже и ребенку, но думать только исключительно о собственномъ я, а въ особенности теперь, грѣшно…

Бахчіаровъ. Я, я? Вы ошибаетесь, я не эгоистъ и сербамъ очень сочувствую, готовъ даже…

Норинъ. Да вѣдь вы не русскій?

Бахчіаровъ. Съ чего вы взяли? Предки мои были татары, но это было когда…

Елена Николаевна. Что васъ можетъ здѣсь останавливать и что вамъ стоитъ проѣхать два — три дня по желѣзной дорогѣ? Тамъ увидите приключенія изъ военнаго быта, сами будете участвовать въ различныхъ поенныхъ эпизодахъ, а черезъ два — три мѣсяца вернетесь. У васъ такъ много знакомыхъ, которые вѣроятно захотятъ ѣхать вмѣстѣ съ вами, слѣдовательно эта поѣздка будетъ веселою прогулкою, — а между тѣмъ сколько пользы вы принесете сербскому народу.

Бахчіаровъ. Я человѣкъ одинокій, мнѣ что… если бы рѣшился ѣхать, то часъ, два и готовъ!

ЯВЛЕНІЕ VI-е.

Тѣже и Анюта въ амазонкѣ.

Анюта. А вотъ и я, не замѣшкалась кажется, если взять въ соображеніе, что я жена будущаго военачальника, (указываетъ на мужа) съ которымъ буду раздѣлять труды, опасности и похожденія… Князь! подите сюда! (Бахчіаровъ подходитъ) У меня болитъ рука, я уколола палецъ; для васъ этотъ уколъ имѣетъ большое значеніе.... Такъ вѣроятно судьбѣ угодно…

Бахчіаровъ. Не понимаю! Значеніе для меня? какое?

Анюта. Вы спрашиваете какое? А вотъ какое: приколите букетъ…

Бахчіаровъ. Куда прикажете?

Анюта. Ахъ какой вы недогадливый! Какъ куда? Сюда разумѣется! (указываетъ на плечо).

Бахчіаровъ (начинаетъ прикалывать). (Тихо) Околдовали меня, я съума схожу…

Анюта. Ай больно! Вы укололи меня, тише…

Бахчіаровъ. Виноватъ, не умѣю, не такъ руки созданы… (Во время предшествующихъ и послѣдующихъ монологовъ Анюты и Бахчіарова, Елена Николаевна читаетъ газету и по временамъ говоритъ съ сыномъ, указывая на газету).

Анюта. Ну, вотъ съумѣли же, благодарю! (смотритъ въ зеркало и поправляетъ букетъ).

Бахчіаровъ. Что вы тамъ секретничаете? (обращается въ ту сторону гдѣ сидитъ Елена Николаевна).

Анюта (въ сторону). Я болѣе не выдержу, расплачусь.

ЯВЛЕНІЕ VII-е.

Тѣже и Груня.

Груня. Три лошади поданы!