Новые приключения Шерлока Холмса (Глаголин) — ДО

НОВЫЯ ПРИКЛЮЧЕНІЯ ШЕРЛОКА ХОЛМСА

ПЬЕСА ВЪ ЧЕТЫРЕХЪ ДѢЙСТВІЯХЪ ПО КОНАНЪ-ДОЙЛЮ

М. А. С. и Б. С. Г.

КНИГОИЗДАТЕЛЬСТВО «ИЛЛЮСТРИРОВАННЫХЪ ПРОГРАММЪ МАЛАГО ТЕАТРА»

ДѢЙСТВУЮЩІЯ ЛИЦА

и

ИСПОЛНИТЕЛИ ИХЪ НА СЦЕНѢ ЛИТЕРАТУРНО-ХУДОЖЕСТВЕННАГО ОБЩЕСТВА

Шерлокъ Холмсъ — Б. С. Глаголинъ.

Д-ръ Ватсонъ — И. Т. Григорьевъ.

М-съ Парбсъ — О. И. Горцева.

Анна Странская — Е. Н. Рощина-Инсарова и Е. А. Мирова.

М-съ Мунъ — М. М. Порчинская.

М-съ Старкъ — М. Н. Саладина.

М-съ Эффи Смитъ — Е. А. Мирова и М. Н. Николаева.

М-ръ Джабецъ Вильсонъ — И. А. Хворостовъ.

М-ръ Винцентъ Спаулдингъ, онъ же Джонъ Клей — М. П. Мячинъ.

М-ръ Джекъ Смитъ, секретарь профессора Корама — М. С. Степановъ.

М-съ Люси Хебронъ — * * *

М-съ Маркеръ — Е. А. Лавровская.

Профессоръ Корамъ — Э. Д. Бастуновъ.

М-ръ Грексонъ — Н. Н. Левашовъ.

Лакей пр. Корама — А. В. Александровъ.

Джимъ, садовникъ — Н. П. Лимантовъ.

М-ръ Лестрадъ — Н. П. Чубинскій.

Дама въ сѣромъ — И. А. Березина.

М-ръ Мерлъ — А. А. Мещеряковъ.

Двѣ личности.

Констебли.

Пьеса была поставлена въ 1-й разъ 1-го декабря 1906 г., въ бенефисъ Б. С. Глаголина, подъ режиссерствомъ Г. В. Словацкаго.

ДѢЙСТВІЕ ПЕРВОЕ.

Комната Шерлока Холмса.

Входная дверь, — она же дверь въ пріемную, — въ глубинѣ посрединѣ. Справа отъ нея въ углу каминъ: между нимъ и дверью диванъ, столъ для завтрака, два кожаныхъ стула. Слѣва отъ входной двери по стѣнѣ: манекенъ въ рыцарскихъ доспѣхахъ и въ плащѣ, столъ съ химическими препаратами и инструментами, и наконецъ въ углу задрапирована арка или дверь въ спальню Холмса и Ватсона. Но лѣвой стѣнѣ къ авансценѣ: книжные шкафы, вороха газетъ и книгъ на полу, письменный столъ, около него три кресла. По правой стѣнѣ большое окно, около на возвышеніи мягкое большое кресло, курительный столикъ и стулъ. Надъ диваномъ фехтовальный приборъ, на каминѣ наколотыя бумаги и письма, надъ письменнымъ столомъ мишень для стрѣльбы, надъ курительнымъ приборомъ туфля съ табакомъ, повсюду по стѣнамъ «вещественныя доказательства», картины, портреты Вагнера. Особая полка для футляра со скрипкой, пюпитръ.

Д-РЪ ВАТСОНЪ. Миссисъ Парбсъ, мой кофе еще не готовъ? [беретъ со стола газеты, пробѣгаетъ ихъ; перелистывая журналъ, присаживается къ столу, заинтересованный, очевидно, какой-то статьей].

ВАТСОНЪ [читаетъ]. «Жизнь представляетъ собою громадную цѣпь причинъ и слѣдствій… по каждому отдѣльному звену можно узнать суть цѣлаго… При мимолетной встрѣчѣ съ незнакомымъ человѣкомъ, по первому взгляду можно опредѣлить исторію его жизни и занятіе».... Что за вздоръ! Ты отчеркнулъ эту статью, значитъ прочелъ ее? Меня ужасно злятъ подобныя теоріи, выдуманныя за письменнымъ столомъ какимъ-нибудь господиномъ, не поймавшимъ на практикѣ ни одного карманнаго воришки. Только за тобой, милѣйшій Холмсъ, я призналъ бы право на авторство подобныхъ строкъ.

ХОЛМСЪ [входитъ изъ спальни]. Это очень мило съ твоей стороны, тѣмъ болѣе, что эта статья принадлежитъ мнѣ.

ВАТСОНЪ. Когда же ты успѣлъ написать ее, я не замѣтилъ?..

ХОЛМСЪ. Вотъ именно тогда, когда ты не замѣтилъ [онъ достаетъ съ камина бутылочку, вынимаетъ изъ кожаннаго футляра шприцъ, вставляетъ въ него иглу, отвертываетъ манжету, нѣсколько секундъ смотритъ на безчисленные рубцы и точки, которые покрываютъ его жилистую руку, наконецъ дѣлаетъ себѣ вспрыскиваніе и со вздохомъ пріятнаго удовлетворенія откидывается на спинку бархатнаго кресла].

ВАТСОНЪ [продолжая читать статью, онъ съ волненіемъ взглядывалъ на, эту операцію]. Шерлокъ, Я больше не могу этого выносить, слышишь! [движеніе Шерлока]. Кричу и буду кричать, если ты съ такой непринужденной манерой будешь на моихъ глазахъ отравлять себя!

ХОЛМСЪ [невозмутимо]. И кричи, кричи себѣ на здоровье. Миссисъ Парбсъ услышитъ твой голосъ и сообразитъ, что ты изволилъ проснуться и что тебѣ слѣдуетъ принести твой кофе…

ВАТСОНЪ. Что сегодня было на очереди, морфій или кокаинъ?..

ХОЛМСЪ. Семипроцентный растворъ кокаина. Хочешь попробовать?

ВАТСОНЪ. Слушай, Шерлокъ, я говорю тебѣ не какъ другъ и пріятель, а какъ врачъ, какъ посторонній человѣкъ: ради минутныхъ наслажденій ты рискуешь потерять твои выдающіяся, геніальныя способности. Онѣ нужны не одному тебѣ, — ты не имѣешь право на самоубійство, и я буду преслѣдовать тебя не хуже самого мистера Холмса, если я по-истинѣ достоинъ быть его другомъ!

ХОЛМСЪ. Я не переношу этой пустоты, которая разлита вокругъ и вливается въ мою душу. У меня, Ватсонъ, отвращеніе къ пошлому, однообразному прозябанію. Бездѣйствіе меня обезсиливаетъ… Я не могу жить и не сознавать гдѣ-то въ глубинѣ себя этого внутренняго вдохновенія, которымъ я дышу, смотрю вокругъ, осязаю и наслаждаюсь. А что можетъ меня вдохновить теперь, кромѣ кокаина? Смотрѣть здѣсь въ окно, отгадывать профессіи мимоидущихъ лицъ? [смотритъ въ окно]. Какой отвратительный желтый туманъ? Какимъ безнадежнымъ, жалкимъ и пошлымъ кажется все вокругъ? Для чего, милѣйшій докторъ, выдающіяся, геніальныя способности, когда нѣтъ поля для ихъ примѣненія. Преступленія стали будничными, жизнь шаблонной. Дай мнѣ задачу, работу, поручи разобрать шифръ, разгадать запутанный случай, — тогда я въ своей стихіи, и мнѣ не нужно никакого возбуждающаго средства…

ВАТСОНЪ [перебивая]. Запутанный случай?.. Нѣтъ, я вижу, ты соскучился по леди Катоганъ. Ты, очевидно, давно не получалъ отъ нея писемъ?

ХОЛМСЪ [унылымъ тономъ]. Леди Катоганъ… пожалуй, ты правъ… Но это тѣмъ хуже для меня… Писемъ давно не было… [взглядывая въ окно, испуганно]. Ради Бога, Ватсонъ, меня нѣтъ дома! Опять проклятая миссъ! Эта женщина со своими подарками, кольцами и цвѣтами отравляетъ всякое существованіе! Меня нѣтъ дома, Ватсонъ. [Уходитъ въ спальню].

ВАТСОНЪ [звонитъ и кричитъ]. Миссисъ Парбсъ, миссисъ Парбсъ! О, Господи, не слышитъ! Отъ этой влюбленной психопатики, кажется, нѣтъ спасенія! Миссисъ Парбсъ! [на лѣстницѣ слышенъ шумъи голоса: «Отдайте!» — «Ни слова, иначе»… Опять шумъ дверь отворяется и входитъ миссъ Мунъ съ миссъ Старъ, сзади миссисъ Парбсъ].

ПАРБСЪ. Мистеръ Ватсонъ, насиліе!..

МУНЪ И СТАРЪ [вмѣстѣ перебивая и угрожая]. Ни слова! [оттѣсняютъ миссисъ Парбсъ въ переднюю и захлопываютъ дверь].

МУНЪ [лорнируя комнату]. Мнѣ нужно видѣть мистера Шерлока Холмса.

ВАТСОНЪ. Къ сожалѣнію, миссъ, Шерлокъ Холмсъ въ настоящее время въ Бескервилѣ.

МУНЪ. Вы въ этомъ увѣрены, мистеръ?

ВАТСОНЪ. Такъ же, какъ говорю съ вами.

МУНЪ. Вы лжецъ, мистеръ Ватсонъ. Вы развѣ этимъ шприцемъ дѣлали себѣ подкожное вспрыскиваніе? — онъ только что былъ въ употребленіи! Да кромѣ того, запахъ сигары мистера Шерлока мнѣ хорошо извѣстенъ. Мистеръ Шерлокъ у себя! Вы видите, что я не менѣе проницательна, чѣмъ вашъ пріятель.

ВАТСОНЪ [раздраженно]. Я не могу вѣрить вашей проницательности, миссъ Мунъ, такъ какъ иначе вы не преслѣдовали бы Шерлока! Вы ему антипатичны, вамъ слѣдовало бы это знать.

МУНЪ. Вы много берете на себя, мистеръ Ватсонъ! Впрочемъ мнѣ это безразлично, мнѣ достаточно того, что я отношусь къ нему съ симпатіей. Миссъ Старъ, вы слышали?

СТАРЪ. Я вамъ говорила, что здѣсь нельзя ожидать джентльменскаго обращенія съ дѣвушками!

МУНЪ [вынимая изъ кармана письмо]. Впрочемъ, если мистеръ Шерлокъ Холмсъ не желаетъ получить письма отъ леди Катоганъ, то это его дѣло! [машетъ имъ]. Передайте мой привѣтъ мистеру Шерлоку Холмсу [дѣлаетъ движеніе, чтобы уйти].

ХОЛМСЪ [быстро входитъ и дѣлаетъ движеніе къ миссъ Мунъ]. Отдайте письмо! Откуда у васъ письмо?

МУНЪ [отступая и держа письмо въ высоко поднятой рукѣ]. Осторожнѣе, мистеръ, осторожнѣе! [насмѣшливо]. А, васъ не было дома!? Я вижу, что тамъ, гдѣ замѣшана любовь, всѣ мужчины до тоски одинаковы. Вы ли это Шерлокъ Холмсъ, знаменитый, тонкій наблюдатель, пытливый умъ, геніальный сыщикъ, бросающійся, какъ мальчишка, за письмомъ, которое, можетъ быть, и не отъ леди Катоганъ!

ХОЛМСЪ. Вы выхватили его изъ рукъ миссисъ Парбсъ. Довольно шутокъ, миссъ! Прошу отдать письмо!

МУНЪ. Вы угадали по дикимъ крикамъ миссисъ Парбсъ? Не правда ли? Письмо будетъ сейчасъ же въ вашихъ рукахъ, если вы удѣлите мнѣ 10 минутъ разговора безъ свидѣтелей!

ХОЛМСЪ. Это насиліе, миссъ, но… но иногда… къ сожалѣнію, приходится подчиняться и насилію. Пусть будетъ по вашему… Ватсонъ. [Ватсонъ уходитъ въ дверь, откуда вышелъ Холмсъ; миссъ Старъ отворяетъ дверь въ переднюю, изъ которой видна миссисъ Парбсъ, дѣлающая движеніе войти, но Шерлокъ машетъ рукою и дверь затворяется]. Я Къ вашимъ услугамъ, миссъ. Что вамъ угодно, и когда вы меня и на какихъ условіяхъ оставите въ покоѣ?

МУНЪ. Жестоко такъ говорить, мистеръ Холмсъ!

ХОЛМСЪ. Менѣе жестоко, чѣмъ ваше постоянное преслѣдованіе.

МУНЪ. Вы спрашиваете когда? Вы должны знать и знаете, когда, и на какихъ условіяхъ. Когда я буду вашей!

ХОЛМСЪ. Вы сошли съ ума, миссъ.

МУНЪ. Можетъ быть и сошла!.. Я такъ думаю, что сошла, но благодаря вамъ!

ХОЛМСЪ. Но, согласитесь, развѣ я виноватъ въ этомъ?

МУНЪ. А развѣ я виновата? Развѣ я виновата, что мнѣ нѣтъ жизни безъ васъ. Пусть я сумасшедшая, безумная, пусть смѣются надо мной, но я васъ люблю! Да, тогда, когда я буду вашей, вашей женой, рабой, любовницей, горничной, мнѣ все равно, лишь бы быть возлѣ васъ! Я вамъ нравлюсь?

ХОЛМСЪ. Въ какомъ отношеніи?

МУНЪ. Я красивая женщина. Какъ женщина, я вамъ нравлюсь?

ХОЛМСЪ. Пока вы мнѣ совсѣмъ не нравитесь.

МУНЪ. Какъ человѣкъ?

ХОЛМСЪ. Какъ человѣкъ и какъ женщина. Но вы отвлекаетесь.

МУНЪ. Я отвлекаюсь, желая васъ изучить. Вы мнѣ нравились, когда я васъ знала только по репутаціи, и нравитесь теперь своей грубой прямотой. Возьмите меня къ себѣ въ ученицы.

ХОЛМСЪ. Не понимаю, что вы хотите сказать.

МУНЪ. Какъ женщина, я люблю сплетни, но люблю также изслѣдовать, откуда онѣ идутъ, черезъ какихъ людей, по какимъ поводамъ — по злобѣ ли, по легкомыслію, глупости, зависти, — и куда идутъ. Я люблю всякія комбинаціи, всякія авантюры, сложныя событія, интриги. Я люблю судебные процессы…

ХОЛМСЪ. Всѣ женщины ихъ любятъ, и чѣмъ процессы скандальнѣе, тѣмъ охотнѣе онѣ ихъ посѣщаютъ.

МУНЪ. Я люблю процессы не ради скандала… Я люблю разбираться въ нихъ, открывать душу преступниковъ, угадывать связь ея съ современностью, съ характеромъ народныхъ классовъ. Какъ женщина, я понимаю и женскую логику, которую вы не понимаете. А во всякомъ преступленіи есть женщина. У женщинъ есть иниціатива, смѣлость, доходящая до дерзости.

ХОЛМСЪ. До безумія даже.

МУНЪ. Согласна. Но помогите мнѣ. Если вы увидите, что я человѣкъ неспособный, я кончу жизнь самоубійствомъ или выйду замужъ!

ХОЛМСЪ. Я и теперь вижу, что вы кончите этимъ…

МУНЪ. Я васъ люблю горячо, безумно, да — безумно, такъ какъ нужно быть безумной, чтобы слѣдовать за вами по пятамъ, преслѣдовать васъ, зная, что вы любите другую. Любите другую, но не отталкивайте меня! Я буду вашей вѣрной слугой, вѣрнымъ другомъ, помощникомъ! Слышите ли — помощникомъ, такъ какъ и меня Богъ не обидѣлъ тѣмъ талантомъ, который вложилъ въ васъ! Я изучила васъ, ваши пріемы, читала васъ. Не отталкивайте меня! Хотите, я встану на колѣни, буду цѣловать ваши руки. [Дѣлаетъ движеніе].

ХОЛМСЪ. Бога ради, миссъ, что вы дѣлаете? Вы прямо больны, разстроены, успокойтесь! Вотъ, выпейте воды [идетъ за стаканомъ воды].

МУНЪ [вдругъ спокойно и пристально глядя на него]. Это все, что вы могли мнѣ сказать? Все? Я вижу, что все [рѣзко]. Лейте сами, мистеръ Шерлокъ Холмсъ. Стаканъ воды за все мое чувство къ вамъ! Этого женщина никогда не позабудетъ и не проститъ! Вотъ ваше письмо! Но смотрите, если у васъ есть теперь врагъ, то этотъ врагъ я! Если васъ будутъ преслѣдовать неудачи, несчастья, то виновницей буду я! О, я умѣю быть настойчивой и умѣю мстить. Мы еще встрѣтимся, Шерлокъ Холмсъ! [быстро идетъ къ двери. Холмсъ дѣлаетъ шагъ за ней, но затѣмъ, повернувъ, идетъ на авансцену и пьетъ воду. Миссъ Мунъ отворяетъ дверь въ переднюю, но вдругъ останавливается и быстро прячется за драпировку рыцаря-манекена].

ХОЛМСЪ [входящему Ватсону]. Я ничего подобнаго не ожидалъ! [распечатываетъ письмо]. Что питаетъ леди?

ПАРБСЪ [входитъ съ чашкой кофе, хлѣбомъ и масломъ для Ватсона и визитной карточкой для Шерлока Холмса]. Мистеръ Ватсонъ, вотъ вашъ кофе.

ВАТСОНЪ. Вы очень добры, миссисъ Парбсъ.

ПАРБСЪ. А вамъ, мистеръ Холмсъ, эта визитная карточка. Желаю вамъ отъ души, чтобы это былъ «интересный случай».

ХОЛМСЪ. И вамъ, миссисъ Парбсъ, надоѣло мое бездѣйствіе?

ПАРБСЪ. Знаете, мистеръ Холмсъ, я женщина откровенная, да къ тому же вы все равно читаете въ моей душѣ, какъ въ газетѣ — я вамъ скажу прямо: я васъ понимаю. Мнѣ самой скучно, когда у насъ нѣтъ «интереснаго» дѣла; когда вы напрасно коптите вашей трубкой потолокъ, я сама впадаю въ меланхолію.

ВАТСОНЪ. Да, да, мистрисъ Парбсъ, мы съ вами положительно заразились Шерлокомъ Холмсомъ. Я замѣтилъ за вами, что вы упражняете свою наблюдательность: каждый кліентъ, прежде чѣмъ вы допустите его сюда, подвергается вами предварительному осмотру и опросу…

ПАРБСЪ. Я дѣлаю это не изъ простой любознательности, мистеръ Ватсонъ, я знаю, сколько добра дѣлаетъ мистеръ Холмсъ людямъ и сколько злоумышляютъ эти люди противъ него. Я не могу позволить господамъ кліентамъ входить сюда съ палками, въ серединѣ которыхъ можетъ оказаться стальной клинокъ, или съ ридикюлями, въ которыхъ скрываются бомбы; или, наконецъ, не могу я допустить, чтобы они вносили сюда всѣ «вещественныя доказательства», которыя часто дурно пахнутъ и почти никогда не требуются намъ для раскрытія преступленій.

ХОЛМСЪ. Простите, миссисъ Парбсъ, я перебью васъ: попросите сюда подательницу этой карточки.

ПАРБСЪ. Пусть подождетъ немного, мистеръ Холмсъ, она черезчуръ взволнована и къ тому же — иностранка, плохо владѣетъ англійскимъ языкомъ…

ХОЛМСЪ. Ожидая пріема, она не успѣетъ ему выучиться, а при вашемъ прекрасномъ знаніи нашего языка вамъ нѣтъ нужды такъ много упражняться въ немъ.

ПАРБСЪ [уходитъ и возвращается]. Еще одно слово, м-ръ Холмсъ. Я позабыла вамъ сказать. Когда вы были еще въ постели, приходилъ одинъ молодой джентльменъ… теперь онъ опять пришелъ. У него большое горе — это очевидно, онъ чуть не плачетъ — я думаю, что здѣсь какая-то любовная исторія! Можетъ быть мнѣ самой переговорить съ нимъ сначала?

ХОЛМСЪ. Такъ вы считаете себя спеціалисткой по части любовныхъ исторій?

ПАРБСЪ [женственно]. Я — женщина., м-ръ Холмсъ…

ХОЛМСЪ. Этимъ сказано все. Однако, просите сюда молодого человѣка, — ужъ лучше я самъ переговорю съ нимъ сначала.

ПАРБСЪ. Очень хорошо, м-ръ Холмсъ [уходитъ; появляется Смитъ, онъ взволнованъ, говоритъ быстро и громко].

СМИТЪ. Мое почтенье, м-ръ Холмсъ.

ХОЛМСЪ. Прошу присѣсть… м-ръ Смитъ.

СМИТЪ. Вы меня знаете?

ХОЛМСЪ. Если вы желаете сохранить свое инкогнито, то я посовѣтывалъ бы вамъ не писать своей фамиліи на подкладкѣ шляпы. Или, по крайней мѣрѣ, держите ее такъ, чтобы подписи нельзя было прочитать.

СМИТЪ. Дѣло мое, м-ръ Холмсъ… Я женатъ около трехъ лѣтъ… Мы съ женой жили дружно, любили другъ друга. Но вотъ теперь между нами явилась какая-то преграда, легла какая-то тайна, которой я не въ силахъ разгадать. Я телеграфировалъ вамъ объ этомъ…

ХОЛМСЪ. Факты?

СМИТЪ. Моя жена была вдовой 21 года, когда я женился на ней. Въ юности она уѣзжала въ Америку и тамъ вышла замужъ. У нея былъ ребенокъ. Но желтая лихорадка вскорѣ унесла у Эффи и мужа и ребенка. Послѣ этого она вернулась въ Лондонъ, гдѣ мы встрѣтились и полюбили другъ друга. Въ прошлый понедѣльникъ, возвращаясь отъ профессора Корама, у котораго служу секретаремъ, я замѣтилъ фургонъ съ мебелью напротивъ нашего домика.. Кто-то переѣзжалъ. Пройдя мимо, я оглянулся и замѣтилъ, что изъ верхняго этажа кто-то за мной наблюдаетъ. Не знаю, м-ръ Холмсъ, что было въ этомъ лицѣ, но меня подралъ морозъ по кожѣ. Я не могъ разглядѣть черты лица, но въ немъ было что-то неестественное, нечеловѣческое. Было жутко на него смотрѣть. Но выслушайте, что случилось послѣ того ночью: я вдругъ проснулся и увидѣлъ, что жены моей нѣтъ въ постели. Думая, что я сплю, она безшумно выскользнула изъ комнаты.

ХОЛМСЪ. Вы пошли вслѣдъ?

СМИТЪ. Нѣтъ, я подошелъ къ окну. При свѣтѣ луны я видѣлъ ясно, какъ она бѣжала къ коттеджу напротивъ. Она пробыла въ отсутствіи не болѣе 20 минутъ. Я притворился спящимъ и ничего не сказалъ ей, когда она вернулась. То же повторилось и на слѣдующую ночь.

ХОЛМСЪ. Надо побывать на мѣстѣ. Попробуемъ что-нибудь сдѣлать для васъ, м-ръ Смитъ. Ватсонъ, мы поѣдемъ въ Норберри съ семичасовымъ поѣздомъ. Мистеръ Смитъ, вы должны поспѣть на четырехчасовой, чтобы сдѣлать новыя наблюденія. До свиданья. [Смитъ прощается и уходитъ]. М-съ Парбсъ, просите сюда madame.

ГОЛОСЪ ПАРБСЪ. Очень хорошо, мистеръ Холмсъ [входитъ Анна Странская].

ХОЛМСЪ. Что вамъ угодно, сударыня?

РУССКАЯ. У меня до васъ огромная просьба.

ХОЛМСЪ. Я васъ слушаю.

РУССКАЯ. Видите… я бы хотѣла обстоятельно познакомить васъ съ тѣми побужденіями, идейными побужденіями, которыя заставили меня нарушить ваше спокойствіе, но я думаю…

ХОЛМСЪ. Вы думаете, что это не интересно?

РУССКАЯ. Да, я это думаю.

ХОЛМСЪ. Въ такомъ случаѣ не говорите. Идеи меня мало интересуютъ.

РУССКАЯ. Васъ интересуютъ факты?

ХОЛМСЪ. Борьба за существованіе. Вы русская?

РУССКАЯ. Почему вы думаете?

ХОЛМСЪ. Русскіе хорошо произносятъ на всѣхъ языкахъ, но на всѣхъ языкахъ плохо знаютъ грамматику.

РУССКАЯ. Вы очень любезны.

ХОЛМСЪ. Я васъ слушаю.

РУССКАЯ. А у меня, представьте, пропадаетъ всякое желаніе говорить съ вами. Мы любимъ англійскую литературу, англійскую свободу, энергію англійскихъ характеровъ, но англичанъ терпѣть не можемъ.

ХОЛМСЪ. Мы кажемся вамъ высокомѣрными? Вы не понимаете англійской гордости, которая выработана вѣками свободы и самаго упорнаго труда на всѣхъ поприщахъ. Но мы не виноваты въ томъ, что у васъ нѣтъ этой національной гордости, что вы ни за что не умѣете приняться и не умѣете даже быть русскими.

РУССКАЯ. Вы начинаете грубить. Хороню. За грубость я вамъ отплачу тѣмъ, что изложу вамъ свои идеи, которыхъ вы терпѣть не можете.

ХОЛМСЪ. Ваши русскія идеи?

РУССКАЯ. Мои, русскія идеи.

ХОЛМСЪ. Многорѣчивыя, пространныя, какъ ваши степи?

РУССКАЯ. Нѣтъ, я постараюсь быть краткой, какъ англичане.

ХОЛМСЪ. Благодарю васъ. Россія теперь — страна преступленій… Вы хотите себя посвятить борьбѣ съ ними?

РУССКАЯ. Вы не совсѣмъ отгадали.

ХОЛМСЪ. Не мудрено. Я не люблю женской логики. Это такая кривая, идя по которой, только заблудишься и потеряешь силы. Позвольте мнѣ вашу руку [онъ разсматриваетъ ея руку и потомъ пристально смотритъ ей въ глаза]. Вы замужняя. Дѣло идетъ о любви. Когда у женщины любовное дѣло, то замѣшаны двое мужчинъ. Вы не хотѣли прямо просить меня о помощи въ этомъ дѣлѣ, и потому пошли по той женской кривой, о которой я говорилъ.

РУССКАЯ, Въ томъ дѣлѣ, которое меня интересуетъ до отчаянія, до смерти, мое дѣятельное участіе необходимо. Но одна я ничего не могу сдѣлать, а при вашей помощи… Я жена одного русскаго джентльмена, переселившагося въ Англію, онъ живетъ здѣсь въ Іокслеѣ. Я пріѣхала изъ Россіи, чтобы взять у моего мужа свои письма… Я не рискую обратиться къ нему съ просьбой или требованіемъ этихъ писемъ: это было бы безполезно, онъ не отдастъ ихъ. Я рѣшила ихъ выкрасть.

ХОЛМСЪ. Напрасно, madame, вы явились ко мнѣ въ такомъ случаѣ: вамъ было бы выгоднѣй выкрасть эти письма и не показываться мнѣ на глаза, а теперь, если вамъ и удастся похищеніе, то ни въ какомъ случаѣ не удастся избѣжать моихъ рукъ.

РУССКАЯ [озадаченная]. Но, мистеръ Холмсъ, я пришла просить, чтобы вы помогли мнѣ достать мои письма…

ХОЛМСЪ [идетъ къ письменному столу, пишетъ что-то на блокнотѣ и подаетъ русской дамѣ]. Вотъ здѣсь, madame, я написалъ вамъ адресъ спеціалиста подобныхъ дѣлъ и съ нимъ вы скорѣе сговоритесь.

РУССКАЯ. Я обратилась къ вамъ, много наслышавшись о вашемъ… искусствѣ, мнѣ говорили о васъ, какъ о человѣкѣ, который приходитъ на помощь каждому, кто довѣряетъ ему свое несчастье…

ХОЛМСЪ. Довѣряетъ, madame…

РУССКАЯ. Я не могу вамъ сказать больше того, что сказала… Но у меня есть деньги, я могу вамъ предложить 1000 фунтовъ…

ХОЛМСЪ. Я принимаю во вниманіе, madame, что вы русская: вы не знаете, что въ Англіи каждый дѣлаетъ только свое дѣло и никогда не берется не за свое; я предпочитаю остаться вѣрнымъ своей спеціальности и даю вамъ адресъ необходимаго для васъ спеціалиста. Это все, что я могу сдѣлать для васъ.

РУССКАЯ. Вы даете мнѣ адресъ вашего знакомаго?

ХОЛМСЪ. О, да, хорошаго знакомаго, я съ нимъ не разъ встрѣчался; въ дѣлахъ подобнаго рода онъ меня всегда поражалъ чистотой своей работы. Это виртуозъ воровского искусства, король отмычекъ.

РУССКАЯ. Вы шутите, милостивый государь!

ХОЛМСЪ. Нисколько, madame, я оказываю вамъ любезность: вы обратились не по адресу, — я исправляю вашу ошибку. Очень вѣроятно, что трубка мѣшаетъ мнѣ говорить болѣе понятно, — а не извиняюсь за нее, — въ ней нѣтъ огня… Съ своей стороны, могу вамъ посовѣтовать одно: попытайтесь подѣйствовать на вашего супруга, на лицъ, окружающихъ его — можетъ быть они сочтутъ себя обязанными быть судьей между вами, можетъ быть, даже согласятся помочь вамъ уговорить его… Но выкрасть ваши письма можетъ только воръ, поймать этого вора съ поличнымъ — долженъ сыщикъ!

РУССКАЯ. Но мужъ мой и есть именно воръ, укравшій документы, а вмѣстѣ съ ними свободу, счастье, благосостояніе благороднѣйшаго человѣка въ мірѣ!

ХОЛМСЪ. Въ такомъ случаѣ зачѣмъ же вы предлагали мнѣ выкрасть письма, когда надо было просить изловить вора?

РУССКАЯ. Я не хочу никого излавливать, наказывать и судить, — я пріѣхала, чтобы спасти человѣка, безвинно страдающаго въ далекой Сибири. Если бы вы знали, Холмсъ! [не можетъ сдержать рыданій].

ХОЛМСЪ. Успокойтесь, madame. При всей готовности быть вамъ полезнымъ, я ничего другого предложить не могу. Вы должны отправиться по указанному адресу. Вы будете любезны оставить точный адресъ вашего супруга и подождать меня. Вамъ не совсѣмъ удобно одной пойти на это свиданіе — я сейчасъ переодѣнусь въ подходящій костюмъ, чтобы сопровождать васъ…

РУССКАЯ. Если такъ, то мнѣ остается только благодарить васъ и извиниться за мои нервы… [передаетъ Холмсу адресъ].

ХОЛМСЪ. Ага… Какъ удачно: адресъ профессора Корама совпадаетъ съ мѣстожительствомъ знаменитаго Мильвертона, этого международнаго предателя и коллекціонера, интимныхъ документовъ [звонокъ за сценой]. Очень хорошо. Прошу васъ, madame, въ пріемную, — черезъ 10 минутъ Я къ вашимъ услугамъ… [провожаетъ Анну до дверей, идетъ къ спальнѣ; входитъ Ватсонъ].

ВАТСОНЪ. Кліенты, Шерлокъ.

ХОЛМСЪ. Ватсонъ, возьми отсюда моего замѣстителя, — я сегодня нерасположенъ къ очнымъ Ставкамъ [уходитъ къ себѣ].

ВАТСОНЪ [идетъ въ спальню, возвращается съ куклой, сажаетъ ее къ окну, самъ садится за столъ. Входятъ Д. Вильсонъ и В. Спаульдингъ].

ДЖАБЕЦЪ. Свидѣтельствую свое почтеніе мистеру Холмсу.

ВИНЦЕНТЪ. Свидѣтельствую…

ВАТСОНЪ [таинственно]. Холмсъ, мой другъ, очень занятъ, онъ обдумываетъ одно очень запутанное дѣло, но онъ не пропуститъ ни одного вашего слова, поэтому, будьте любезны изложить его.

ДЖАБЕЦЪ [величественно запускаетъ руку въ карманъ сюртука и вытаскиваетъ грязный, помятый номеръ «Утренней хроники» и тщетно старается найти нужное ему объявленіе. Винцентъ старается помочь ему, этотъ послѣдній обнаруживаетъ нѣкоторое безпокойство и часто заглядываетъ на куклу]. Вотъ оно, нашолъ. Съ этого началась вся исторія [вооружается очками и читаетъ торжественно и довольно медленно]. «Союзу рыжихъ. Въ виду духовнаго завѣщанія умершаго Іезекіиля Гопкинса изъ Либонона въ Пенсильваніи, Соединенные Штаты… снова имѣется мѣсто, которое въ правѣ занять членъ союза. Еженедѣльный доходъ 4 фунта стерлинговъ при самомъ ничтожномъ трудѣ…» Вы понимаете, мистеръ Холмсъ, въ чемъ тутъ дѣло?

BATСОНЪ. Нѣтъ, прошу васъ не безпокойте мистера Холмса, онъ очень занятъ.

ДЖАБЕЦЪ. Въ такомъ случаѣ, читайте дальше, Винцентъ.

ВИНЦЕНТЪ [пронзительно и плутовато]. Всякій здоровый тѣломъ и душою человѣкъ съ рыжими волосами, достигшій 21 года, можетъ занять это мѣсто. Личные переговоры въ понедѣльникъ въ 11 час. у Дункана Роса, въ помѣщеніи союза, Попесъ Куртъ, Флитъ-Стритъ, 7".

ВАТСОНЪ. Что это значитъ? [въ это время за сценой слышна перебранка].

ПАРБСЪ [за сценой]. Нѣтъ нѣтъ! Не пущу я васъ, потому, что вы дурно пахнете, матросъ.

ХОЛМСЪ [за сценой пьяный голосъ]. Что значитъ, если человѣки, выпилъ пять-шесть стакановъ, когда у него горя и несчастья не вычерпать и ведрами!

ПАРБСЪ [тамъ же]. Матросъ, вы теряете равновѣсіе. Вы не взберетесь по лѣстницѣ, вы разобьетесь въ пухъ и прахъ.

ХОЛМСЪ. Что?! Я не взберусь, вы говорите! Послѣ этого вы глупая пробка, миссисъ! Я 1G разъ объѣхалъ вокругъ свѣта и встрѣчалъ на своемъ вѣку лѣстницы не этой чета [слышенъ выразительный тр., тр., трескъ. Матросъ, очевидно считаетъ ступеньки].

ПАРБСЪ [пронзительно вскрикиваетъ]. А! Я говорила вамъ, матросъ! Поднимайтесь, если можете, не сидѣть же вамъ посреди лѣстницы.

ХОЛМСЪ [съ пьяными слезами въ голосѣ]. Сколько ступенекъ въ этой дьявольской лѣстницѣ, миссисъ?

ПАРБСЪ. Развѣ вы не сосчитали? [вводитъ пьянаго матроса и энергично усаживаетъ его на диванъ при входѣ]. Мистеръ Холмсъ, онъ къ вамъ по экстренному дѣлу съ карточкой Лестрада.

ХОЛМСЪ. Да, да, Лестрадъ остался тамъ, ему виски прежде всего ударяетъ въ переднія ноги…

ВАТСОНЪ. Помолчите, матросъ, пока мы не покончимъ вотъ съ этими господами. Продолжайте, мистеръ Вильсонъ.

ДЖАБЕЦЪ. Я владѣлецъ лавочки стараго платья рядомъ съ отдѣленіемъ Торговаго банка въ Сити. Вотъ это мой единственный приказчикъ, но и его мнѣ было бы трудно содержать, если бы онъ не согласился работать за половинное жалованье.

ВАТСОНЪ. Вы работаете за половинное жалованье?

ВИНЦЕНТЪ. Желаю изучить дѣло, сэръ.

ВАТСОНЪ. Мистеръ Вильсонъ можетъ только радоваться, что имѣетъ такого старательнаго служащаго.

ДЖАБЕЦЪ [недовольный похвалами]. Ну, вы не очень захваливайте его, джентльменъ, у него есть вѣдь и недостатки. Онъ сильно увлеченъ фотографіей и часто ни съ того, ни съ сего бросаетъ свою работу, залѣзаетъ въ погребъ, какъ кротъ въ нору, чтобы проявлять свои снимки; это его большой недостатокъ. Два мѣсяца назадъ, онъ вошелъ въ лавочку вотъ съ этой газетой въ рукахъ и сказалъ… [Холмсъ храпитъ].

ВИНЦЕНТЪ. Зачѣмъ у меня не рыжіе волосы? сказалъ я моему хозяину, который, оказывается, ничего не слыхалъ о степендіяхъ для яркорыжихъ.

ВАТСОНЪ. Позвольте, но вѣдь милліоны рыжихъ могли бы претендовать на эти стипендіи?

ДЖАБЕЦЪ. О, нѣтъ, мистеръ Холмсъ.

ВИНЦЕНТЪ. Много званныхъ, но мало избранныхъ.

ДЖАБЕЦЪ. Только я съ моимъ ярко-огненнымъ, пурпурнымъ цвѣтомъ, уроженецъ Лондона, могъ претендовать на открывшуюся вакансію. [Джабецъ нюхаетъ табакъ и предлагаетъ Холмсу]. Не угодно ли, сэръ?

ВАТСОНЪ [поспѣшно]. Мистеръ Холмсъ не нюхаетъ, не развлекайте его въ своихъ же интересахъ.

ВИНЦЕНТЪ. Мы съ хозяиномъ пошли въ назначенное по объявленію время и мѣсто…

ДЖАБЕЦЪ. Это было интересное зрѣлище, мистеръ Холмсъ. Вся улица пестрѣла рыжими. Флитъ-стритъ была запружена ими, Понсъ-кортъ походилъ на повозку съ апельсинами. Здѣсь были представители всѣхъ оттѣнковъ: соломеннаго, лимоннаго, оранжеваго, кирпичнаго, краснаго, какъ печень, какъ глина и т. д. Однако огненно-рыжихъ было немного.

ВАТСОНЪ. Да это презабавная исторія!..

ДЖАБЕЦЪ. Мы кое-какъ протолкались — дѣло обошлось безъ особенныхъ поврежденій, очередь дошла до меня. Маленькій человѣкъ, съ волосами еще краснѣе моихъ, принималъ кандидатовъ и дѣлалъ имъ осмотръ.

ВИНЦЕНТЪ. Я не помню, чтобы когда-нибудь видѣлъ такіе чудные волосы! — воскликнулъ онъ, увидя передъ собою мистера Джабеца.

ДЖАБЕЦЪ [со всею скромностью таланта]. Онъ отступилъ на шагъ назадъ, наклонилъ голову въ сторону, затѣмъ бросился на меня, запустилъ обѣ руки въ мои волосы и съ силою рванулъ ихъ въ сторону. У меня посыпались искры изъ глазъ, мистеръ Холмсъ! Поздравляю васъ съ успѣхомъ, сказалъ мнѣ тогда мистеръ Дунканъ Росъ, — у васъ не парикъ, а натуральные волосы и именно такіе, какіе мнѣ поручено увѣнчать стипендіей. Когда вы можете вступить въ исполненіе своихъ обязанностей? спросили меня. Вы должны сидѣть въ этой конторѣ ежедневно отъ 10 до 2-хъ, переписывать «Энциклопедическій словарь» и получать по 4 фунта въ недѣлю. Я подумалъ и согласился на эти условія и сталъ аккуратно получать свои 4 фунта. Вдругъ все дѣло неожиданно пришло къ концу…

ВАТСОНЪ. Къ концу?

ДЖАБЕЦЪ. Да, сэръ.

ВАТСОНЪ. Вы переписали всю «Британскую энциклопедію»?!! [Винцентъ въ этотъ моментъ запустилъ руку въ жилетный карманъ спящаго матроса, желая вытянуть оттуда часы].

ХОЛМСЪ [просыпается и хватаетъ руку Винцента]. Эге, вы попали не въ тотъ карманъ!

ВИНЦЕНТЪ. Скажите, пожалуйста, который часъ? Я предполагалъ, что вы спите и не хотѣлъ васъ безпокоить…

ХОЛМСЪ [озадаченный]. Безъ пяти двѣ склянки.

ДЖАБЕЦЪ. Сегодня утромъ, дверь конторы, мистеръ Холмсъ, оказалась запертой и на ней былъ прибитъ вотъ этотъ плакатъ, — возьмите, прочитайте, мистеръ Холмсъ, и войдите въ мое положеніе! [вынимаетъ, развертываетъ и хочетъ передать куклѣ. Ватсонъ перехватываетъ его и читаетъ].

ВАТСОНЪ [недоумѣвая]. «Союзъ рыжихъ распущенъ 9-го октября 1905 г.» [Винцентъ повторяетъ эти слова соболѣзнующе. Джабецъ повторяетъ ихъ же съ трагическимъ огорченіемъ].

ХОЛМСЪ [фыркаетъ и разражается смѣхомъ, за нимъ и всѣ присутствующіе].

ДЖАБЕЦЪ [вскакивая, гнѣвно]. Я не нахожу ничего смѣшного, въ томъ, что человѣкъ лишился честнаго заработка! Благодарю васъ, мистеръ Холмсъ, вы единственный, кто серьезно отнесся къ моему приключенію — вы настоящій джентльменъ! Позвольте пожать вашу руку…

ВАТСОНЪ [протягивая ему свою руку]. Простите, Я смѣшливъ, мистеръ Вильсонъ.

ХОЛМСЪ [хлопая по плечу Винцента]. Отчего это у васъ проколоты уши, любезный!

ВИНЦЕНТЪ [испуганно]. А вамъ какое дѣло? [У дверей]. Я подожду васъ, мистеръ Вильсонъ, на улицѣ, я не люблю имѣть дѣло съ алкоголиками…

ПАРБСЪ [входя]. Вамъ телеграмма, мистеръ Холмсъ [идетъ къ куклѣ и вскрикиваетъ]. Ай, Чтобъ васъ! Гдѣ мистеръ Холмсъ?

ХОЛМСЪ. Онъ любитъ имѣть дѣло съ киркой и лопатой. Давайте сюда телеграмму, миссисъ Парбсъ [быстро беретъ телеграмму бросается къ окну и выскакиваетъ въ него, къ изумленію всѣхъ присутствующихъ].

ДЖАБЕЦЪ. Держите!.. [бросается къ окну].

ПАРБСЪ [пронзительно]. Ай! [падаетъ на стулъ].

РУССКАЯ [входя]. Что это значитъ?

ВАТСОНЪ. Успокойтесь, это былъ Шерлокъ Холмсъ [у окна]. Онъ благополучно спустился по водосточной трубѣ, чтобы задержать вашего приказчика, мистеръ Вильсонъ. Смотрите, господа, вотъ онъ схватилъ его за шиворотъ!

ДЖАБЕЦЪ. Вамъ болѣе не нужно это объявленіе о закрытіи союза рыжихъ, мистеръ Холмсъ? [онъ продолжаетъ обращаться къ куклѣ]. Да? Въ такомъ случаѣ я заберу его съ собой… [Аккуратно свертываетъ плакатъ].

ХОЛМСЪ [входитъ въ своемъ обыкновенномъ костюмѣ съ Винцентомъ, котораго ведетъ полисменъ; Винцентъ въ наручникахъ]. Madame Странская, вотъ необходимый вамъ спеціалистъ, переговорите съ нимъ, онъ къ вашимъ услугамъ. Мистеръ Вильсонъ, вы можете идти и открывать вашу лавочку, вашъ приказчикъ останется на время здѣсь. Мой вамъ совѣтъ: пошлите его къ чорту…

ВИНЦЕНТЪ. И не будьте въ слѣдующій разъ такимъ рыжимъ!

ДЖАБЕЦЪ. А какъ насчетъ вознагражденія, мистеръ Холмсъ, если только вы — мистеръ Холмсъ?..

ХОЛМСЪ. 4 фунта въ недѣлю за переписку Энциклопедіи вы спишите со счета, больше вамъ ихъ не видать.

ДЖАБЕЦЪ. Но позвольте, я не согласенъ..

ХОЛМСЪ. Что дѣлать.

ДЖАБЕЦЪ. Но почему?

ХОЛМСЪ. Объ этомъ вы, вѣроятно, на дняхъ прочтете во всѣхъ газетахъ.

ХОЛМСЪ. До свиданья. [Вильсонъ уходитъ]. Вы пришли къ соглашенію, madame, съ мистеромъ Винцентомъ, онъ же прославленный Джонъ Клей.

ВИНЦЕНТЪ. О, да, мистеръ Холмсъ, нѣтъ человѣка услужливѣй меня.

РУССКАЯ. Спасибо, мистеръ Холмсъ. Если бы мои соотечественники знали, какую услугу вы имъ оказываете, они благоговѣли бы передъ вами.

ХОЛМСЪ [раскланиваясь]. Къ услугамъ всего человѣчества, madame. [Русская уходитъ].

ХОЛМСЪ [полисмену]. Мистеръ Мерлъ, вы отобрали у него револьверъ? Въ такомъ случаѣ снимите съ него наручники.

МЕРЛЪ [грубо]. Подойди сюда!

ВИНЦЕНТЪ [отстраняясь отъ полисмена]. Пожалуйста, пощадите мою гордость, мистеръ Холмсъ, и не позволяйте этому свистулькѣ прикасаться ко мнѣ своими грязными руками. Въ моихъ жилахъ течетъ королевская кровь! Будьте любезны сказать этому джентльмену въ каскѣ, чтобы онъ обращался ко мнѣ со словами «сэръ» и «прошу васъ». Я могъ позволить арестовать себя человѣку, котораго уважаю-за его талантъ, и только ему я могу разрѣшить снять съ меня эти наручники [подходитъ къ Холмсу]. Потрудитесь, уважаемый сэръ!..

ХОЛМСЪ. Хорошо, я къ вашимъ услугамъ, сэръ… Прошу васъ… [Мерлъ уходитъ]. Но помните, Джонъ Клей, вы должны сработать свое дѣльце завтра и сработать чисто, иначе, если я васъ схвачу съ поличнымъ, вамъ не миновать тюрьмы.

ВИНЦЕНТЪ. Ручаюсь, мистеръ Холмсъ, что мы Съ вами никогда не встрѣтимся [уходя, останавливается въ дверяхъ].

ХОЛМСЪ. Желаю успѣха, ваше высочество! Ватсонъ, отыщи въ словарѣ нашихъ замѣчательныхъ людей Джона Клея, прочти эти строчки къ свѣдѣнію мистера Винцента Спаулдинга!

ВАТСОНЪ [читаетъ по книжкѣ]. Джонъ Клей — убійца, воръ, мошенникъ и фальшивомонетчикъ. Молодой человѣкъ, маленькаго роста, проворный, на лицѣ волосъ нѣтъ, хотя ему около 30-ти лѣтъ. На лбу бѣлый шрамъ, уши проколоты для серегъ. Его дѣдъ былъ герцогомъ, самъ онъ учился въ университетѣ. Человѣкъ съ опредѣленнымъ взглядомъ на вещи, соотвѣтствующимъ его профессіи, — воръ по убѣжденію…

ВИНЦЕНТЪ [нагло]. Послѣднее совершенно вѣрно: по убѣжденію! Всякая собственность есть кража!

ХОЛМСЪ [пародируя его]. А всякая кража есть собственность?! До свиданья, сэръ Джонъ!

МУНЪ [выходя]. Здравствуйте, м-ръ Холмсъ!

ХОЛМСЪ. Вы спрятались за рыцаря, чтобы подслушивать — и все-таки это не по-рыцарски, а только по-женски!

МУНЪ. Я женщина и иначе, какъ по-женски, поступать не могу и не хочу! Теперь я знаю все! Берегитесь! [уходитъ].

ВИНЦЕНТЪ. Но стоитъ ли мнѣ уходить, Холмсъ? Ахъ, какой вы хитрый!.. Все равно вы выслѣдите теперь, куда Я пойду [вынимаетъ изъ кармана бичевку]. Да? Берите-ка лучше эту веревку и вяжите меня, — вѣдь полисменъ-то съ наручниками ушелъ… [неожиданно быстро бросаетъ на шею Ватсона арканъ, а на Холмса бросается съ ножомъ. Ватсонъ падаетъ безъ чувствъ, Холмъ спокойно принимаетъ ударъ грудью, которая оказывается защищенной панциремъ, — ножъ отлетаетъ на полъ. Джонъ Клеи пораженъ; Холмсъ, пользуясь мгновеніемъ, выхватываетъ револьверъ, но въ это время къ нему идетъ, шатаясь, задыхающійся Ватсонъ, прикрываетъ собой преступника, который такимъ образомъ ускользаетъ].