Работницы в Интернационале

РАБОТНИЦЫ В ИНТЕРНАЦИОНАЛЕ43

РАБОТНИЦЫ В I ИНТЕРНАЦИОНАЛЕ

Когда пятьдесят пять лет тому назад (в 1864 г.) возник первый Международный союз рабочих — I Интернационал, международное рабочее движение находилось еще на первых ступенях своего развития. В некоторых странах, как, например, в России, движение это не существовало еще совсем, в других оно еще только начиналось. Политических партий пролетариата не существовало еще нигде, а социалисты составляли лишь небольшие разрозненные группы, которые не представляли еще большой организованной силы. Рабочие были объединены в кооперативы, в клубы, в профессиональные союзы. Но даже и профессиональные союзы в то время существовали только в наиболее передовых странах и были широко организованы только в Англии.

Тем более, конечно, не организованы и темны были работницы.

С начала прошлого века женский труд все больше и больше применялся в производстве, и ко времени возникновения I Интернационала работницы были уже широко привлечены на фабрики и в мастерские.

Работницы были тогда совершенно не организованы, совершенно еще не умели бороться с капиталом, и потому условия их труда были поистине ужасающи. Если эксплуатировался, угнетался рабочий, то работница эксплуатировалась еще в сто раз хуже. К тому же привлечение работниц на фабрики и заводы значительно ухудшало условия существования и борьбы рабочего класса. Разрушался домашний очаг рабочего, его маленькое домашнее хозяйство, дети лишались материнского ухода и забот.

Вместе с тем женский труд именно и применялся капитализмом как более дешевый, более покорный труд, и хозяева в своей борьбе с рабочими применяли женский труд как способ ухудшения условий труда рабочих или удержания его на прежнем уровне, как способ справиться со строптивыми рабочими. Например, в случаях забастовки разгонялись рабочие и на их место принимались работницы и проч.

Таким образом, первое время применение женского труда было для рабочего класса настоящей катастрофой. Неудивительно, что при таких условиях темные, малосознательные рабочие пытались бороться с женским трудом, не пускали женщин в здания фабрик, в свои профессиональные союзы, ломали станки. Неудивительно, что еще более темные и несознательные работницы в свою очередь нередко играли роль «желтых», роль штрейкбрехеров.

Так, например, в английском городе Галифаксе в 1871 г. мужчинам-ткачам было заявлено, что их заработная плата будет понижена. Рабочие забастовали, на их место взяты были женщины. В 1872 г. в шотландском городе Эдинбурге работницы точно так же заместили забастовавших рабочих и т. д., и т. д.

Но если рабочий класс и тем более работницы были еще совершенно не организованы, то все же в наиболее передовых странах, как Франции и Англии, пролетариат уже выступал против своих классовых врагов, против буржуазии и капиталистов и давал им свои первые классовые битвы. Рабочие, правда, еще смутно, еще ощупью, но все же начинали видеть пути к своему освобождению. Еще задолго до возникновения I Интернационала, в 1848 г., парижские рабочие, в первый раз во всем мире, пытались путем восстания с оружием в руках вырвать власть у буржуазии, и работницы в этой борьбе боролись и умирали на баррикадах вместе с рабочими. Английские рабочие пытались путем настойчивой борьбы добиться политических прав и улучшения условий своего труда.

Восстание французских рабочих и работниц было подавлено. Но это восстание послужило уроком всему рабочему движению и помогло передовым рабочим понять, что для своего освобождения рабочие должны бороться за власть. После этого наступили тяжелые годы реакции. Но перед возникновением I Интернационала по всей Европе снова повеяло революцией. Как раз перед этим английским рабочим удалось отвоевать себе 10-часовой рабочий день, а рочдельские (Рочдель — местечко в Англии) рабочие основали первый рабочий кооператив. В других странах борьба рабочих уже пробуждалась.

Рабочие давно уже сознавали, что для борьбы с буржуями им необходимо объединиться международно. I Интернационал и был основан передовиками из французских и английских рабочих, к которым затем присоединились немецкие, швейцарские, итальянские, испанские и американские рабочие.

Таким образом, I Интернационал был первой сознательной попыткой международного объединения рабочих. И это первое объединение, во главе которого встали наши великие учители — Маркс и Энгельс, сразу поставило себе вполне определенные революционные цели.

I Интернационал стремился сорганизовать рабочих различных стран для проведения революции. Он хотел стать органом, орудием этой революции и своей задачей ставил политическую борьбу с буржуями, политическую борьбу с реакцией, за пролетарскую власть. Вместе с тем необходимо было объединить рабочее движение и идейно. Рабочие того времени, даже передовики, не выяснили себе еще самых основных вопросов своей борьбы, не столковались по таким вопросам, которые сейчас кажутся каждому рабочему и каждой работнице совсем простыми и очевидными. Так, например: нужно ли применять стачку как способ борьбы с буржуями? или нужно ли рабочим для своей борьбы организоваться в профессиональные союзы? Наконец, рабочие в то время не выяснили себе вполне и конечных целей движения, т. е. необходимости борьбы за социализм, как единственный путь к освобождению рабочих и работниц.

Все эти вопросы и многие другие, как, например, отношение рабочих к войне, к государству, к кооперативам, подробно обсуждались на съездах I Интернационала. По каждому из этих вопросов тогдашним коммунистам с Марксом и Энгельсом во главе приходилось выдерживать сильнейшую борьбу, с одной стороны с тогдашними меньшевиками-прудонистами44, которые высказывались против стачек, против профессиональных союзов, против социализма, а с другой — с анархистами.

Почти по всем этим вопросам коммунистам удавалось одерживать верх. Съезды высказывались за необходимость стачечной борьбы, за создание профессиональных союзов, за социализм. И коммунистам удалось таким образом создать первые основы рабочей программы, которыми в значительной мере рабочие и работницы руководствуются до сих пор.

Но женскому рабочему движению предстояло решить основной вопрос, который определял все дальнейшее отношение рабочих к движению работниц, — вопрос об отношении рабочих к женскому промышленному труду. Коммунистам и тут пришлось выдержать бой. Этот вопрос обсуждался на первом же съезде I Интернационала, на Женевском съезде. Женский труд в промышленности приносил рабочему классу столько страданий и мучений, что даже наиболее передовые рабочие того времени становились в тупик и не знали, как им отнестись к этому факту. Тогдашние меньшевики-прудонисты проводили ту мысль, что вовлечение женщин в производство есть варварство. В чувствительных речах они требовали, чтобы мать была оставлена у домашнего очага для охранения и воспитания своего ребенка, и в своей резолюции они предлагали протестовать против женского труда, как против зла, ведущего за собой физическое, моральное и социальное вырождение рабочего класса.

В резолюции, предложенной Карлом Марксом и принятой большинством съезда, высказывалась совершенно иная точка зрения. Указывалось не только на бесполезность, но и на реакционность всяких попыток помешать промышленному труду женщин или насильственно вернуть их к домашнему очагу. Конечно, условия женского труда ужасны и против отвратительных эксплуататорских форм применения женского труда нужно бороться со всей силой; но сам по себе женский труд на фабриках и заводах хорош потому, что он освобождает женщину от гнета семьи, выводит работницу из узкого круга семейных забот на широкую арену общественного труда, способствует развитию самостоятельности ее характера, создает необходимые предпосылки для того, чтобы превратить работницу в борца, который поведет общую с рабочими борьбу.

Рабочий не должен бороться против женского труда как такового, он должен организовать работницу и бороться против тяжелых условий ее труда.

Тогда как буржуи всегда подавляли женщин, всегда усиленно отстраняли их от всякой общественной жизни, тогда как буржуазия не находила достаточно слов для выражения своего презрения к ней, вроде поговорок «волос длинен, да ум короток» и многих других, рабочий с самых первых шагов своей сознательной борьбы стремился привлечь работниц к своей борьбе, осветить их сознание, сорганизовать их. И тогда уже I Интернационал многое сделал для пробуждения работниц и для привлечения их к рабочей борьбе.

При тогдашней отсталости рабочего движения I Интернационал не мог еще организационно охватить широкие рабочие массы. Но в связи с развернувшимися тогда стачками в различных странах сила и влияние Интернационала постоянно ширились и крепли. Между 1866 г. и 1870 г. по всей Европе произошел целый ряд стачек. Крупная стачка бронзовщиков в Париже, крупные стачки в Англии, непрекращающиеся стачки углекопов в Бельгии, стачки в Швейцарии. Во всех этих стачках Интернационал принимал самое живое участие. Он организовывал для стачечников одной страны помощь и поддержку рабочими других стран, этим действительно создавая первые проявления массовой международной солидарности. Он поддерживал стачечников в печати, подбодрял их, помогал им защищаться в суде, посылая им своих адвокатов, и проч.

После каждой такой стачки целый ряд рабочих союзов заявили о своем присоединении к Интернационалу.

Работницы принимали самое живое участие во всех этих стачках и тоже примыкали к Интернационалу. В Рикамари забастовавшие сучильщицы шелка обратились за помощью к Интернационалу, который помог им. После этого они вступили в Интернационал. Работницы во французских городах Лионе и Руане поступили точно так же. Во время больших стачек рудокопов в Бельгии, в которых принимали участие и рабочие и работницы, и те и другие заявили о своем присоединении к Интернационалу. Так было и в других местах.

Таким образом, революционное движение постепенно разрасталось по всей Европе. Многие из передовых рабочих ожидали близкого революционного взрыва. Революцию ожидали и Маркс и Энгельс.

Но в 1870 г. началась война между Германией и Францией. Наступил момент величайшего испытания международной солидарности. Передовые рабочие того времени вполне выдержали испытание. Правда, они не могли помешать войне, потому что для этого массы были еще слишком темны и неорганизованны. Но французские и немецкие передовые рабочие ответили на войну ярким протестом. К их протесту присоединились рабочие и других стран.

…Война окончилась поражением Франции, а затем и восстанием французских рабочих, которое привело к Парижской коммуне.

Коммуна была одним из величайших событий в истории рабочего движения.

Парижские рабочие, возмущенные предательством французской буржуазии, восстали, взяли власть в свои руки и создали первое рабочее правительство, которое состояло из представителей рабочих и городской бедноты и очень походило на наши Советы. Это и была Коммуна. Рабочие продержали власть в течение двух месяцев. А затем французским буржуям с помощью немецких удалось потопить ее в крови.

Парижские работницы с самого начала принимали живейшее участие во всей этой борьбе и во всем строительстве Коммуны. Своей бодростью, своей стойкостью, несмотря на самые тяжелые времена (Париж только что выдержал войну и осаду, и рабочие терпели большие лишения), они всячески поддерживали ее, а когда Коммуну пришлось защищать, когда буржуи с невиданным зверством стали подавлять Коммуну, то работницы образовали целые боевые отряды, которые бок о бок с рабочими с оружием в руках геройски боролись и умирали, защищая Коммуну.

Коммуна показала, какова будет власть рабочих, что рабочие будут делать, когда они окажутся у власти. Борьба Коммуны была борьбой за рабочую власть, без которой пролетариат не может добиться своего освобождения. Принимая участие в битвах Коммуны, работница тогда уже неразрывно слилась с великой международной революцией, тогда уже запечатлела своею кровью великую борьбу пролетариата за коммунизм, и тогда уже красное знамя труда заалело и кровью работниц.

После гибели Коммуны I Интернационал просуществовал недолго и собрался в последний раз в 1875 г.

На одной из его последних конференций, состоявшейся в Лондоне в 1871 г., снова был поднят вопрос о работницах и об их организации. Решено было помимо привлечения их в секции Интернационала создать еще для них специальные союзы. Последним предложением думали, очевидно, создать противовес феминистско-желтым союзам, которые в то время буржуазные женщины стали организовывать для работниц.

РАБОТНИЦЫ ВО II ИНТЕРНАЦИОНАЛЕ

Коммуна была побеждена потому, что в то время рабочий класс и внутри каждой страны и международно был еще недостаточно организован, недостаточно силен и не мог еще справляться со своими врагами капиталистами. Маркс в заключительной речи, сказанной им перед закрытием последнего съезда I Интернационала, сказал следующее: Мы добьемся великой цели, к которой стремимся, только в том случае, если прочно укрепим среди рабочих всех стран принцип солидарности. «Революция должна быть солидарной, и этому учит нас великий опыт Парижской Коммуны, которая пала потому, что во всех главных центрах, в Берлине, Мадриде и других, одновременно не вспыхнуло великое революционное движение, соответствующее высокому уровню борьбы парижского пролетариата» 45.

В самой Франции движение за Коммуну развилось и укрепилось только в Париже. Во всех других французских городах оно либо вовсе не возникало, либо было очень слабо и быстро подавлялось.

Пока власть оставалась у буржуев и помещиков, было совершенно ясно, что они всегда используют ее для подавления и эксплуатации трудящихся и что, следовательно, как и говорилось в резолюции последнего съезда I Интернационала, «завоевание политической власти стало, следовательно, великой обязанностью рабочего класса» 46.

Но для того чтобы противостоять и тем более победить буржуев, которые давно уже объединились и сплотились против пролетариев, для того чтобы добиться своей великой цели, рабочим необходимо было сорганизоваться и в каждой стране создать свои собственные рабочие социалистические партии, которые противопоставили бы себя всем буржуазным партиям и повели бы борьбу против буржуазии, и необходимо было сделать эти партии массовыми, привлечь к ним и к их борьбе не только верхи рабочего класса, но и поднять массы, и пробудить их к борьбе за социализм.

Другими словами, прежде чем вновь вступить в непосредственную борьбу за власть, пролетариату необходимо было сорганизоваться, понабраться сил, привлечь массы к этой борьбе.

Таков был завет, оставленный I Интернационалом второму.

В следующие годы такие социалистические партии создаются рабочими во всех странах. Раньше всех в Германии, затем, в 1882 г., во Франции, в 1885 г. в Бельгии, в 1892 г. в Италии и проч. У нас в России социал-демократическая рабочая партия была основана в 1898 г.

Новый, II Интернационал, созданный этими партиями, собрался первый раз в 1889 г.

Таким образом, главной задачей этих партий и было — временно воздерживаясь от революционных выступлений, подготавливаться к ним, организуя и сплачивая рабочие массы вокруг своей борьбы.

Задача привлечения работниц к борьбе за социализм являлась частью этой общей, необходимой для революции задачи привлечения к ней широких рабочих масс, низов рабочего класса.

Привлечение работниц к этой общей борьбе с рабочими было тем более необходимо, что с конца прошлого века число работниц, занятых в производстве, быстро и постоянно возрастало и, по данным 1910 г., работницы уже в целом ряде стран — в Англии, Германии, Италии, Австрии, в Швейцарии — составляли половину всех рабочих, занятых в промышленности, во Франции, Дании, Бельгии они составляли около одной трети всех рабочих. Таким образом, работницы составляли значительную часть пролетариата, и без них, например, экономическая борьба рабочих против хозяина становилась невозможной. Привлечение работниц к общей борьбе с рабочими было тем более необходимым, что в то время буржуазные женщины всячески пытались завладеть движением работниц и подчинить его своему влиянию. Начиная с 1870 г. буржуазный феминизм, т. е. движение буржуазных женщин, добивающихся политического равноправия с мужчинами, стал быстро развиваться. Привлекая работниц к своему движению, буржуазные дамы преследовали две цели: 1) им было необходимо добиться массовой поддержки работниц, без которых они были бессильны чего-либо добиться, и 2) они хотели расколоть нарастающее рабочее движение, противопоставив работницу рабочим. Буржуазные дамы с этой целью проповедовали единство интересов всех женщин в борьбе против мужчин, за равноправие, уверяли, что работницы их «сестрички по несчастью». Они, с одной стороны, организовывали общие женские съезды, конференции, клубы, благотворительные учреждения и проч., с другой, они, пользуясь раздорами, которые еще продолжали существовать между темными рабочими и работницами, создавали отдельные союзы работниц, которые не только не сливались с общими организациями рабочего класса, но вели против них определенную борьбу. Мы уже видели, что I Интернационал пытался противопоставить этим «желтым» союзам свои союзы.

Но тесная связь между массовой работой вообще и специально среди работниц была не ясна для большинства социалистических партий того времени. Первая взялась за это дело и поняла всю ее важность германская социалистическая партия, которая в то время была самая передовая партия, та, которая лучше и правильнее других проводила в жизнь идеи марксизма.

Она и в этом вопросе показала путь другим партиям.

Около 1880 г. появилась в печати книга Бебеля «Женщина и социализм»47, в которой очень подробно многочисленными фактами доказывалось неопровержимо, что женщина сможет освободиться только в совместной борьбе с рабочими, только добившись социализма. Книга Бебеля имела не только громадное агитационное значение, она имела также громадное направляющее значение для всего движения работниц.

Начиная работу среди женщин, германская социал-демократия сразу выдвинула тот организационный принцип этой работы, который нами признается и до сих пор. Наиболее целесообразным она признавала необходимость организационного единства движения рабочих и работниц и потому отвергала какие бы то ни было отдельные союзы или отдельные организации работниц. Но вместе с тем, учитывая особенности психологии и жизненных условий работниц, она сочла необходимым создать специальные агитационные органы для этой работы.

В 1891 г. германской социал-демократией были созданы первые партийные комиссии по агитации и пропаганде среди работниц, а несколько позже под редакцией Клары Цеткин стал выходить для работниц социал-демократический журнал «Равенство».

В 1895 г. эти комиссии подверглись преследованиям германского правительства и были запрещены. Социал-демократической партией эти комиссии были тогда заменены так называемыми женскими доверенными лицами, которые и руководили агитацией и пропагандой среди женщин. Комиссии или бюро были восстановлены только в 1907—1908 гг.

На своем съезде в 1896 г. германская социал-демократия в резолюции о женском пролетариате определила свое принципиальное отношение к движению работниц и его задачам. Прежде всего резолюция подчеркивает единство движения рабочих и работниц и общность их целей. Резолюция гласит: «Борьба за освобождение женщины не есть борьба против ее товарища мужчины, а наоборот, борьба в союзе с ним против общего врага — капиталиста. Ближайшей задачей движения является ограничение эксплуатации рабочих и работниц. Конечная цель — политическое господство пролетариата и введение социалистического строя».

Вместе с тем перед германской социал-демократией встал вопрос о необходимости вырвать работниц из-под влияния буржуазных женщин, и большинство партии, с Кларой Цеткин во главе, стало высказываться самым решительным образом против всяких совместных выступлений работниц с буржуазными феминистками, против всякого участия в каких-либо совместных с ними организациях, союзах, съездах, клубах, конференциях. Клара Цеткин указывала работницам, что не может быть и речи об общности интересов между буржуазками и пролетарками, что буржуазные женщины — такие же враги рабочего класса, как буржуи мужчины, и что против них нужно вести работницам такую же непримиримую борьбу.

Таковы были первые вехи, намеченные германской социал-демократией для женского социалистического движения.

…Сначала это движение существовало только в Германии, да и там оно развивалось чрезвычайно медленно. Многим казалось, что женщина неспособна к организации и политической борьбе.

Но начиная с 1903—1906 гг. движение это развивается чрезвычайно быстро, и число женщин — членов партии возрастает даже быстрее, чем число мужчин. Например, в Германии в 1907 г. работниц — членов партии было только 10000, а в 1913 г. их уже 150000. Число их возросло в 15 раз. В Австрии в 1909 г. их было 7000, в 1910 г. —14000, в Швейцарии в 1904 г. совсем еще не было работниц — членов партии, а в 1910 г. их было уже 1000. В Италии в 1910 г. их было уже 10 000. Развивалось движение и в Англии, Норвегии, Дании, Швеции. Во всех тех странах, где движение работниц принимало социалистический характер, оно проходило по руслу, намеченному германской социал-демократией.

Во всем этом международном социалистическом движении работниц громаднейшую роль сыграла Клара Цеткин. Блестящий оратор и агитатор, она с самых первых шагов движения и в течение долгих лет является главным вдохновителем, руководителем и организатором этого движения. Она первая указала на необходимость специальной работы среди женщин внутри партии. Она была неутомимым борцом, который толкал все движение работниц в революционное русло непримиримой борьбы с буржуазными женщинами, в русло совместной с рабочими борьбы за социализм, и на этой почве ей пришлось выдержать трудную борьбу с оппортунистами (меньшевиками), и в частности с оппортунисткой Лили Браун.

Заслуги Клары Цеткин — величайшие не только пред немецкими работницами, а и перед работницами всех стран, и каждая сознательная работница должна помнить и глубоко ценить это имя.

Но если социалистическое движение работниц охватывало постепенно все страны, это еще далеко не означало, что международным женским рабочим движением достигнуто было единство или даже единообразие.

Клара Цеткин и ее друзья принадлежали к левому крылу II Интернационала. Далеко не все и в самой немецкой социал-демократии, и в социалистических партиях других стран разделяли их точку зрения как по другим вопросам, так и по вопросу о женском рабочем движении.

Большинство лидеров II Интернационала были правыми социалистами, оппортунистами (меньшевиками), и это имело влияние на их взгляд на женское рабочее движение. Оппортунисты стояли за соглашательство с буржуазией вообще, они, следовательно, отстаивали и необходимость соглашательства работниц с буржуазным феминистским движением и выступали за допустимость участия работниц на съездах буржуазных женщин и в их организациях. Так было в Англии, например, где работницы — члены рабочей партии, объединяющей наибольшее количество рабочих и работниц, вместе с тем участвовали в различных лигах равноправия английских буржуазных женщин. Против этого высказывалась английская социал-демократическая партия, но она имела мало влияния на массы. То же самое было и во Франции, где вплоть до 1913 г. социалистки собирались вместе с буржуазными женщинами.

Под влиянием буржуазных женщин и само движение работниц принимало характер не столько социалистической борьбы, сколько борьбы за равноправие.

Далее, оппортунисты не верили в пролетарские силы, не верили в возможность пролетарской революции. Они боялись или были прямыми противниками революции и уверяли, что пролетариат может добиться своего освобождения мирным, парламентским путем. Для них сама конечная цель, социализм, был ничем. Весь смысл рабочего движения заключался для них в мелких реформах, в мелких улучшениях в рамках капиталистического строя, в парламентской деятельности, в избирательных кампаниях и избирательных успехах. Поскольку работница была лишена политических прав, поскольку она не являлась избирательницей и не могла помочь им занять то или иное парламентское кресло, она не интересовала их. А масс, и в особенности массового революционного движения, они боялись. Они, следовательно, не заинтересованы были и в работе среди работниц… Не было, значит, и необходимости добиваться избирательных праз для женщины или приобщать ее к общественной борьбе. В связи со всем этим они считали работу среди женщин третьестепенным, даже вовсе ненужным делом, и там, где преобладал такой взгляд, там партии вовсе ничего не делали для организации работниц. Так, например, было во Франции и Бельгии, где до самой войны никакой работы не проводилось среди женского пролетариата и оппортунисты легко отказывались от требования женского избирательного права, особенно легко уступая по этому вопросу малейшему требованию буржуазии. Так было, например, в Австрии в 1906 г., когда австрийские рабочие путем всеобщей забастовки добились всеобщего избирательного права, австрийские оппортунисты, с Адлером во главе, не нашли нужным добиваться также избирательных прав для работниц и уговорили женщин отказаться от этого требования.

Между тем женское избирательное право имело тогда для всего рабочего движения очень большое значение. Оно означало бы удвоение сил пролетариата, пробуждение к пролетарской борьбе новых пролетарских слоев, и наиболее отсталых, которые до сих пор являлись задерживающей силой в рабочем движении. Недаром буржуи так боялись всякого пробуждения работниц! Это послужило бы и могучим толчком для движения самих работниц, развязало бы им руки для дальнейшей борьбы за их освобождение. Но вместе с тем было совершенно ясно, что только всеобщее избирательное право, т. е. избирательное право, не ограниченное никаким имущественным или образовательным цензом, может пригодиться работницам. Ограниченное избирательное право, которое давалось бы только тем, которые владеют определенным имуществом или окончившим учебное заведение или платящим высокий налог, было бы не избирательным правом работниц, а избирательным правом буржуек. Например, по данным английских социал-демократов, в Англии при ограниченном женском избирательном праве ни одна работница не участвовала в выборах. Буржуйки всегда и всюду голосуют с буржуями против рабочих. Отстаивать такое избирательное право значило помогать буржуям бороться против рабочих. Между тем английские оппортунисты никак не могли этого понять и находили возможным отстаивать и такое ограниченное женское право.

Не было также согласия и по вопросу об организационном единстве движения рабочих и работниц. Например, в Англии хотя союзы работниц и вошли в рабочую партию, но они сохранили почти полную независимость, являясь как бы организацией в организации. Почти так же было и в другой английской партии, в Независимой рабочей партии.

В 1907 г. в Штутгарте одновременно с VII съездом II Интернационала была созвана первая международная женская социалистическая конференция и впервые на съезде II Интернационала был поставлен вопрос о работницах. Центральным вопросом порядка дня женской конференции являлся вопрос о женском избирательном праве. Тот же вопрос был внесен и в порядок дня съезда Интернационала. Как на женской конференции, так и на заседании Интернационала марксистам с Кларой Цеткин во главе пришлось выступать, с одной стороны, против английских оппортунисток, которые считали возможным отстаивать ограниченное женское избирательное право, и, с другой стороны, против австрийских оппортунистов, которые во время борьбы австрийских рабочих за избирательное право отказались отстаивать женское избирательное право. Австрийские оппортунисты уверяли, что они не могли отстаивать в 1906 г. женское избирательное право по соображениям тактическим. А английские оппортунистки утверждали, что ограниченное женское избирательное право является несомненным шагом вперед, который поможет работницам. На это Цеткин и другие отвечали, что, с одной стороны, избирательное право работниц не является каким-то феминистским требованием, а необходимо для всего рабочего движения, и что недопустимо прятать его в карман в момент общей борьбы за пролетарские политические права, даже не попытавшись начать борьбу и за права работниц. С другой стороны, они утверждали, что ограниченное женское избирательное право только усилит буржуазию и что работницы ни в коем случае не могут его поддержать.

И на женской конференции и на съезде Интернационала марксистское течение одержало полную победу. Предложенная резолюция, которая на съезде Интернационала защищалась Цеткин, принята была женской конференцией 47 голосами против 11, а Интернационалом — всеми против голосов английских оппортунистов. Резолюция гласила приблизительно следующее: «Все социалистические партии высказываются самым решительным образом против ограниченного женского избирательного права, считая его прямым искажением политического равноправия работниц, и признают единственно жизненным лозунгом всеобщее избирательное право. В борьбе за избирательное право работницы не должны идти с буржуазными женщинами, а должны бороться вместе с социалистическими партиями, которые со своей стороны обязаны энергично бороться за женское избирательное право. В тех странах, где рабочие пользуются широким избирательным правом, они обязаны бороться и за избирательное право женщин».

Но II Интернационал не представлял из себя единой пролетарской организации, связанной внутренней дисциплиной, как это было при I Интернационале. II Интернационал состоял из вполне автономных национальных организаций, и это дало возможность делегаткам английских оппортунистов заявить, что они не подчиняются принятому постановлению, и продолжать действовать по-своему.

На женской конференции было постановлено создать международный женский социалистический секретариат, в котором каждая социалистическая партия имела бы своего представителя-корреспондентку. Международным секретарем социалистических женщин избрана была Клара Цеткин. Решено было также созывать международные женские социалистические конференции каждые 3 года, одновременно со съездами Интернационала и в том же месте.

Следующая конференция состоялась в Копенгагене в 1910 г. летом. В порядке дня стояли вопросы о том, как лучше сорганизовать общение между женщинами различных стран, о защите материнства и младенчества, о ночном труде женщин. Но центральным вопросом был опять-таки вопрос о борьбе за женское избирательное право, и вопрос этот вызвал снова продолжительные и бурные споры, закончившиеся даже демонстративным уходом с конференции части английской делегации. Английские оппортунистки настаивали на том, что ограниченное избирательное право все же будет шагом вперед в сторону женского равноправия и потому должно поддерживаться работницами. Марксистки различных стран, с Кларой Цеткин во главе, настаивали на своем, доказывая, что на основании ограниченного избирательного права в парламентах будут восседать буржуазные женщины, которые ни в коем случае не будут представительницами всех женщин, а будут поддерживать вместе с буржуями интересы своего класса. При этом шведская делегатка рассказывала, как плохо относились к стачечникам шведские буржуазные женщины во время только что состоявшейся тогда крупной шведской стачки. А делегатка американка рассказывала о том, как во время стачки углекопов буржуазные дамы призывали солдат и всячески науськивали их на стачечников. Финские и американские делегатки рассказывали, как в их странах, где уже тогда женщины получили избирательное право, буржуазные женщины голосуют против своих «сестер» — против пролетарок.

Конференцией принята была резолюция, подтверждающая постановления предыдущей конференции.

Между прочим, решено было 8 марта (23 февраля по ст. ст.) установить Международный женский день, во время которого работницы всех стран должны были одновременно на митингах и демонстрациях выдвигать требования женского избирательного права.

3-я международная женская социалистическая конференция должна была состояться в Вене в августе 1914 г. Но вследствие оойны она состояться не могла. В порядке дня предполагалось поставить вопросы об охране детей, об охране женского труда, о государственном страховании материнства, о дороговизне и др.

Таким образом постепенно росло и создавалось международное женское социалистическое движение. Но движение это еще только возникало и существовало еще только в немногих странах, представляя из себя крупное явление только в Германии, Австрии, Италии. В Англии же работница еще целиком находилась под влиянием буржуазных женщин. Во Франции, Бельгии социалистическая партия ничего не делала для социалистического воспитания работниц. Они были совершенно не организованы и находились целиком еще под властью буржуазных женщин. Ничего не делалось и синдикалистами для привлечения работниц в свои ряды, и значительная часть французских организованных (около половины) работниц примыкали к женским союзам.

Но в Европе была страна, где благодаря особенностям политического строя движение рабочих, и в частности работниц, принимало совершенно своеобразные, отличные от остальной Европы формы. Эта страна была Россия. В то время как в других странах рабочее движение развивалось в мирной обстановке, в России оно развивалось в обстановке непрерывной и все возрастающей революционной борьбы за свержение царской власти, в непрерывных революционных массовых выступлениях.

Русская работница только с 1913—1914 гг. стала в организованной форме участвовать в социалистической борьбе. До этого времени движение ее еще носило чисто стихийный характер. Но вместе с тем начиная с первой крупной стачки русских рабочих в 1896 г. она не переставала принимать участие во всех массовых рабочих выступлениях.

В 1905 г. работницы наряду с рабочими принимали самое широкое участие в революции вплоть до борьбы на баррикадах.

Правда, все это не оставило никаких организационных следов, и в годы реакции только в Петербурге велась некоторая партийная работа среди женского пролетариата, да и то только среди верхов работниц. Но постоянное участие в революционных выступлениях воспитывало не только у русских рабочих, но и у русских работниц революционные навыки, сплачивало их вокруг революционных идей, обостряло их классовое сознание, делало их более подвижными, лучше подготовленными к революции, чем работницы какой-либо другой страны. В атмосфере революции ярко выявлялась и обострялась классовая борьба. Русская работница почти совсем не поддавалась влиянию буржуазных равноправок, и все попытки русских буржуазных дам (клубы равноправок в Петербурге и Москве, буржуазный Всероссийский женский съезд в 1908 году, на котором работницы по всем вопросам выдвинули свою пролетарскую точку зрения и с которого рабочая делегация демонстративно ушла) подчинить себе движение русских работниц оканчивались ничем. В 1912—1914 гг. в связи с возрастающей полной революционного движения рабочих снова пробуждается и движение работниц. После конференции большевиков в 1912 г. партией воссоздаются партийные организации, пострадавшие от реакции. Появляется легальная газета большевиков «Правда».

Значительным толчком к этому пробуждению работниц послужил закон о страховании 1912 г. Этот закон при выборах правлений больничных касс предоставлял работницам такие же права, как и рабочим. Самодержавие в данном случае рассчитывало на темноту и отсталость работниц, надеялось таким образом ухудшить состав правлений больничных касс. Но, как и бывает всегда в таких случаях, самодержавие ошиблось в расчетах.

Благодаря этому закону рабочими было обращено особое внимание на агитацию и пропаганду среди работниц, и работницы были втянуты в общую пролетарскую борьбу.

В связи с этим ЦК партии большевиков выдвинул вопрос о необходимости обратить специальное внимание на работу среди женщин-работниц. Нелегальное большевистское партийное совещание Московской промышленной области, состоявшееся в январе 1914 г., принимает решение «обратить особое внимание на агитационную работу среди женщин-работниц, составляющих во многих местах Московского промышленного района 50 % всех рабочих». Тогда еще партии приходилось работать нелегально — она не могла открыто создать органы для работы среди женщин. Работницы и рабочие организовывались вокруг большевистских легальных газет, вокруг профсоюзов и т. д. Целый ряд профсоюзов (даже большевистские), металлистов, портных, кондитеров и проч. создают специальные комиссии по работе среди женщин. Металлисты ввиду низкой заработной платы работниц понижают для них членский взнос, чтобы облегчить доступ в союзы.