Пушкин и «Северная пчела» (Столпянский) — ДО

Пушкинъ и «Сѣверная Пчела».

I.

(1825—1837).

VII.

При перепечатываніи нижеприводимыхъ выписокъ изъ «Сѣверной Пчелы» были не только соблюдены всѣ особенности орѳографіи, но и транскрипція, и пунктуація газеты (за исключеніемъ шрифта и очевидныхъ опечатокъ и описокъ), такъ что эти выписки являются точными копіями, вполнѣ могущими замѣнить подлинникъ. Особенности написанія того времени очень любопытны, особливо въ отношеніи прописныхъ буквъ и употребленія курсива. Авторъ, какъ бы боясь, что читатель, недостаточно еще привикшій къ газетному листу и потому могущій пропустить безъ вниманія то, что онъ, авторъ, находилъ особенно достойнымъ вниманія, нерѣдко воспроизводилъ цѣлую фразу курсивомъ, подчеркиваніе же отдѣльныхъ словъ встрѣчается очень часто. Синтаксисъ у автора того времени (а можетъ быть и у корректоровъ) страдалъ въ достаточной мѣрѣ, и нерѣдко «подлежащее» отдѣлялось отъ «сказуемаго» запятою и т. под.; любопытно, напримѣръ, раздѣленіе союза «потому что» запятой, злоупотребленіе точкою съ запятой и тире. Послѣднее, какъ кажется, употреблялось болѣе издателями, чтобы избѣгнуть абзацовъ и сэкономить мѣсто.

1825 г.

№ 1. Сѣверная Пчела 1825 г., № 1. Отдѣлъ: Новыя Книги. При разборѣ книги «Восточная Лютня» Александра Шишкова 2, между прочимъ, говорится: «Должно по справедливости сказать, что въ стихотворномъ слогѣ юнаго Поэта, а особенно въ Поэмѣ и въ Повѣсти, мы примѣчаемъ подражаніе слогу А. Пушкина, или, лучше сказать, снимокъ съ его стихосложенія, даже нѣкоторыя выраженія взяты слово въ слово».

Пер. II. 332.

№ 2. ib., № 3. Замѣтка Н. Гр. (еча) объ альманахѣ «Сѣверные Цвѣты»: во второй части находимъ стихотворенія А. Пушкина (Олегъ вѣщій, отрывки изъ Поэмы Онегинъ, Демонъ, Прозерпина).

Венг. V. 453.

№ 3. ib., № 12. Отдѣлъ Словесность. Помѣщено стихотвореніе А. С. Пушкина «Къ Ч***. (Къ чему холодныя сомнѣнья») за подписью А. П. съ датою «1820. Морской берегъ Тавриды».

Венг. V. 453. У Лернера не указано.

№ 4. ib., № 15. Отдѣлъ: Петербургскія Записки. Письмо въ Москву, къ Петр. Александр. Мух-ву, подписанное Д. Р. К. «Г. Олинъ находилъ недостатки въ прелестной Поэмѣ Пушкина „Бахчисарайскій Фонтанъ“, въ отношеніи къ плану и характерамъ.... Нѣкоторые друзья А. С. Пушкина имѣютъ у себя отрывки изъ сочиняемой имъ Поэмы „Цыгане“. Я не читалъ ихъ, но одинъ просвѣщенный любитель Словесности увѣрялъ меня, что эта Поэма будетъ выше всего того, что донынѣ написалъ Пушкинъ, слѣдовательно — возможное совершенство. Его Поэма Евгеній Онѣгинъ уже печатается и скоро выйдетъ въ свѣтъ».

Рыл. 159—160.

№ 5. ib., № 18. Отдѣлъ': Новыя Книги. Н. Н....... «Но пока любители Словесности ожидали выхода въ свѣтъ ПолярнойЗвѣзды, г. Аладьинъ издалъ при всѣхъ Газетахъ и афишахъ объявленіе о скоромъ выходѣ Невскаго Альманаха по подпискѣ, обѣщая представить сочиненія Пушкиныхъ, Крыловыхъ, В. А. Жуковскаго и проч. — На масляницѣ появился наконецъ альманахъ г. Аладьина, и мы не нашли въ немъ ни произведеній И. А. Крылова, ни А. С. Пушкина»....

№ 6. ib. № 23. «Новыя книги: Евгеній Онѣгинъ, Романъ въ стихахъ. Сочиненіе Александра Пушкина. С. П. б. 1821 г. въ тип. Департ. Народнаго Просвѣщенія, въ 12, XXII и 60 стр.» — Здѣсь напечатана только первая глава предполагаемаго Авторомъ Романа, заключающая въ себѣ описаніе жизни Петербургскаго молодаго человѣка въ концѣ 1819 года: она оканчивается слѣдующими стихами:

Я думалъ ужъ о формѣ плана

....................

Кривые толки, шумъ и брань.

Опасаясь попасть въ списокъ кривотолковъ, и не надѣясь попасть на прямой толкъ, если станемъ судить о цѣломъ по малой его части, отлагаемъ разсмотрѣніе сего стихотворенія до будущаго времени. — Книжка сія продается въ книжномъ магазинѣ И. В. Сленина по 5 р., съ пересылкою по 6 р."

Меж. 2679. Плет. III. 318. Пушкинъ-Ефремовъ VIII. 464 и сл.

№ 7. ib. № 26. Въ замѣткѣ о Новыхъ Книгахъ: Полярная Звѣзда уже печатается...... въ стихахъ помѣщены отрывки изъ новыхъ Поэмъ А. Пушкина: «Цыгане» и «Разбойники».

№ 8. ib. № 33. Въ статьѣ «Антикритика» [о поэмѣ г. Олина Кальѳонъ]...... «г-нъ Авторъ замѣчаній, выписавъ изъ Пушкина и Жуковскаго нѣсколько стиховъ, оканчивающихся одною и тою же рифмою, не только не опровергнулъ моего сужденія, но еще подкрѣпилъ оное сильнымъ доводомъ. Отъ чего эти отдѣльные стихи отнюдь не смѣшны? Отъ чего мы видимъ въ нихъ или полныя фразы, или явно недоконченныя, а стиховъ Кальѳона, такимъ же образомъ выписанныхъ въ 12 No Сѣверной Пчелы, нельзя читать равнодушно? Отъ того, что въ первомъ случаѣ стихи писаны для Поэмы, а въ послѣднемъ Поэма сочинена для стиховъ». [Подп.: Н. Гречъ].

№ 9. ib. № 40 и 41. Въ замѣткѣ о Новыхъ Книгахъ: "Полярная Звѣзда блеснула намъ ныньче радостною надеждою. Отрывки изъ пяти новыхъ, не переводныхъ Поэмъ [слѣдуетъ сноска, въ которой дѣлается указаніе на поэмы А. С. Пушкина «Цыгане» и «Разбойники»]..... Мы упомянули уже объ отрывкахъ изъ Поэмъ; назовемъ теперь нѣкоторыя другія стихотворенія...... «Посланіе къ А.** А. Пушкина». [Подп.: С.].

№ 10. ib. № 52. Въ замѣткѣ «Смѣсь»: «А. С. Пушкинъ просилъ Издателей Сѣверной Пчелы извѣстить публику, что стихи его сочиненія, напечатанные въ № 3 Моск. Телеграфа на ст. 215, подъ заглавіемъ: Къ журнальнымъ пріятелямъ, нужно читать просто: „Къ пріятелямъ“.

Вен. V. 545.

№ 11. ib. № 55. Въ замѣткѣ „Смѣсь“: „Въ самомъ скоромъ времени приступятъ здѣсь къ новому изданію всѣхъ Поэмъ А. С. Пушкина. — Русланъ и Людьмилла, Кавказскій Плѣнникъ, Бахчисарайскій Фонтанъ, отрывки изъ Разбойниковъ и новая поэма Цыгане составятъ одну книжку. — Мы увѣрены, что публика съ удовольствіемъ приметъ сей пріятный подарокъ“.

Плет. III. 323—327. Пушкинъ-Ефремовъ VIII. 378.

№ 12. ib. № 80. Въ статьѣ: „Горе отъ Московскаго Телеграфа. Письмо къ Издателямъ Сѣверной Пчелы“ описывается горе одной читательницы, слѣдовавшей совѣтамъ „Моск. Телегр.“ въ модѣ, прическѣ и пр.; между прочимъ, есть такая фраза: „Парикмахеръ превзошелъ мои ожиданія: смѣло увѣряю, что очарованная голова въ Поэмѣ Русланъ и Людьмила, не посмѣла бы спорить со мною въ величинѣ“. [Подп.: N. N. — Плесъ].

№ 13. № 155. Новыя Книги. Въ нынѣшнюю Среду, т. е. 30 Декабря, поступитъ въ продажу на сихъ дняхъ отпечатанная новая книга, подъ названіемъ: Стихотворенія Александра Пушкина. Получать её можно будетъ у всѣхъ здѣшнихъ книгопродавцевъпо 10 руб. экземпляръ, а съ пересылкою 11 руб. Это собраніе должно было выйти по подпискѣ еще въ 1820 году, но издатели, по нѣкоторымъ обстоятельствамъ, замедлили его; какъ по причинѣ сей остановки билеты, выданные тогда за деньги, могутъ быть потеряны подписавшимися особами, то отъ нихъ довольно будетъ для полученія книжки одного имени съ адресомъ, потому, что имена Г.г. подписавшихся въ то время находятся у Издателей [курсивъ подлинника]. Въ послѣднемъ случаѣ, благоволятъ обращаться съ требованіями въ книжный магазинъ книгопродавца И. В. Сленина».

1826.

№ 14. Сѣв. Пчела 1826, № 1. Въ статьѣ: «Нравы. Мои недостатки, или исправленіе съ Новаго года», Ѳ. Б. [т. е. Булгаринъ], описывая воспитаніе юноши того времени, пересказываетъ стихи Пушкина изъ поэмы «Евгеній Онѣгинъ»).

№ 15. ib. № 2. Въ замѣткѣ: Новыя Книги. Невскій Альманахъ на 1826 г.: "въ заключеніе выписываемъ одни стихи А. С. Пушкина, находящіеся въ сей книжкѣ; на ст. 59 выписывается цѣликомъ стихотвореніе «Къ N. N. (при посылкѣ ей Невскаго Альманаха)», причемъ къ стиху: «Но не найдете вы меня» дѣлается сноска: «Однакожь попался. Изд.». [Подп.: Н. К—въ].

№ 16. ib. № 3. Новыя Книги. Стихотворенія Александра Пушкина. С.-П.б. 1826. въ тип. Депар. Народнаго Просвѣщенія, въ 8, XI и 192 стр. Продается во всѣхъ книжныхъ магазинахъ по 10 р. Послѣ перепечатки полнаго оглавленія слѣдуетъ: «Ограничиваясь на первый случай объявленіемъ о выходѣ въ свѣтъ сей книги, мы надѣемся вскорѣ поговорить подробнѣе въ Сынѣ Отечества о достоинствѣ сихъ стихотвореній въ отношеніи къ изобрѣтенію, Поэзіи и слогу. Намъ кажется, чѣмъ большее вниманіе обращаетъ на себя сочиненіе, тѣмъ болѣе обязаны Литераторы излагать публично свои мнѣнія, для очищенія вкуса, указанія образцевъ, которымъ должно слѣдовать и недостатковъ, которыхъ должно избѣгать. Въ такомъ случаѣ простительнѣе ошибаться, нежели молчать или говорить противу своей совѣсти».

Меж. № 1643. Совр. VI. 142. Лернеръ. 131.

№ 17. ib. № 7. Въ замѣткѣ объ альманахѣ Уранія, изд. Погодинымъ: "Теперь взглянемъ на стихотворную часть сего прекраснаго Альманаха: Александра Пушкина пять стихотвореній..... [Подп.: Ѳ. Б.].

№ 18. ib. № 18. Въ замѣткѣ: Новыя Книги. Собраніе новыхъ русскихъ стихотвореній......: «Странно видѣть, подлѣ стихотвореній Жуковскаго и Пушкина, подлѣ Басень Крылова, стишки, напечатанные въ сей книгѣ на стр. 42. 131. 281 и пр.». [Подп.: Н. Г.].

№ 19. ib. № 20. Въ замѣткѣ: «Новыя Книги. Эда..... Баратынскаго»: «но въ цѣломъ повѣствованіи нѣтъ той піитической, возвышенной, плѣнительной простоты, которой мы удивляемся въ Кавказскомъ Плѣннікѣ, Цыганахъ и Бахчисарайскомъ Фонтанѣ А. С. Пушкина». [Подп.: Ѳ. Б.].

№ 20. ib. № 43. Въ замѣткѣ объ Альманахѣ Сѣверные Цвѣты на 1826 г.: «Намъ невозможно опредѣлить достоинства шестидесяти четырехъ стихотвореній...... Достойны особаго вниманія.... отрывки изъ второй пѣсни Евгенія Онѣгина и отрывокъ изъ Поэмы Цыгане А. С. Пушкина». [Подп.: Ѳ. Б.].

№ 21. ib. № 49. Въ замѣткѣ «Смѣсь»: «Бахчисарайскій Фонтанъ, Поэма А. С. Пушкина, переведена въ стихахъ на Польскій языкъ однимъ образованнымъ Полякомъ, находящимся въ здѣшней столицѣ, А. В. Рогальскимъ. Переводъ вообще хорошъ и во многихъ мѣстахъ весьма близокъ къ подлиннику. Желаемъ, чтобы почтенный Переводчикъ продолжалъ свои труды на семъ поприщѣ, и познакомилъ Польскую публику съ нѣкоторыми отличными произведеніями Русской Поэзіи, почти неизвѣстной въ Польшѣ. Давно пора сближать какъ можно болѣе Словесности сихъ одноплеменныхъ и родственныхъ поколѣній!»

№ 22. ib. № 132. "Новыя Книги. Евгеній Онѣгинъ. Романъ въ стихахъ. Сочиненіе Александра Пушкина. Глава вторая. Москва. въ тип. Августа Семена, при Императорской Медико-Хирургической, Академіи, 1826 г., въ м. 8. 42 стр. Продается въ книжномъ магазинѣ А. Ф. Смирдина по 5 рублей [подписано: Ѳ. Б.]. Читали ли вы Онѣгина? Каковъ вамъ кажется Онѣгинъ? Что вы скажете объ Онѣгинѣ? — Вотъ вопросы, повторяемые безпрестанно въ кругу Литераторовъ и Русскихъ читателей. Но если въ дружеской бесѣдѣ легко отвѣчать на сіи вопросы, то, говоря съ публикою, должно быть весьма осторожнымъ, и по существу предмета, весьма неопредѣленнымъ. Онѣгинъ — начатая картина. Изъ очерковъ и положенныхъ въ нѣкоторыхъ мѣстахъ красокъ и тѣней, мы узнаемъ кисть великаго Художника; узнаемъ её въ нѣкоторыхъ искусно отдѣланныхъ подробностяхъ, снятыхъ съ натуры, но не можемъ судить о цѣлой картинѣ, о характерѣ главнаго лица, потому, что онъ только въ абрисѣ. Точно также нельзя судить о Драмѣ или Комедіи по нѣсколькимъ первымъ явленіямъ. Въ первой главѣ, мы видѣли Онѣгина въ Петербургѣ, знали его какъ молодаго повѣсу, гоняющагося за ложными наслажденіями, подобно заблуждшему путнику, гоняющемуся за летучими огнями во мракѣ. Мы восхищались въ первой главѣ подробностями Петербургской, разсѣянной жизни, а болѣе обращеніями Поэта къ самому себѣ, и нѣкоторыми эпизодическими картинами. Прелестные стихи нѣжили слухъ нашъ. Поэтъ и его стихотвореніе обратили на себя наше вниманіе и привязали къ себѣ; но герой Романа, Онѣгинъ, остался намъ чуждымъ. Характеръ его не очертанъ, и онъ былъ сокрытъ въ блестящихъ подробностяхъ, какъ Актеръ за богатыми декораціями. Во второй главѣ, мы видимъ, что на молодаго повѣсу Онѣгина нашла хандра: онъ живетъ въ деревнѣ, ни съ кѣмъ не видится, ѣздитъ верхомъ, пьетъ стаканами красное вино, не подходитъ дамамъ къ ручкѣ, отвѣчаетъ да и нѣтъ, и, дай Богъ ему здоровья, уменьшилъ оброкъ съ крестьянъ. Онѣгинъ здѣсь также въ сторонѣ; но являются другія занимательныя лица: Владиміръ Ленскій, возвратившійся изъ Нѣмецкаго Университета [сноска: Въ его портретѣ находится маленькая ошибка. Онъ представленъ Нѣмецкимъ студентомъ, которые называются буршами и швермерами, а не Филистерами, какъ назвалъ его Поэтъ. Филистеромъ называется напротивъ того спокойный гражданинъ, непринадлежащійсословію студентовъ]; Бригадирша съ двумя милыми дочками, изъ коихъ романическая Татьяна мила до крайности и, наконецъ, Бригадиръ всепокорнѣйшій слуга своей жены, полной хозяйки въ домѣ. Отдѣльные портреты всѣхъ сихъ лицъ, и подробности деревенской жизни прелестны, и по истинѣ сказать, достойны искусной кисти великаго Художника. Но главный характеръ, Онѣгинъ, еще покрыть завѣсою. А какъ въ Поэмѣ, Романѣ и даже въ драматическомъ произведеніи, такъ называемомъ характерномъ, главная вещь, или масштабъ, опредѣляющій мѣру достоинства, есть характеръ главнаго героя, то мы и не можемъ сказать ничего опредѣлительнаго о цѣломъ, потому, что сей характеръ еще не очертанъ: подождемъ конца. До сихъ поръ Онѣгинъ принадлежитъ къ числу людей, какихъ встрѣчаемъ дюжинами на всѣхъ большихъ улицахъ и во всѣхъ Французскихъ рестораціяхъ. Но какъ любопытство вѣроятно мучитъ, столько же читателей, какъ и насъ самихъ, чтобы постигнуть, предузнать, кто таковъ будетъ Онѣгинъ, то мы, теряясь въ догадкахъ, и предположеніяхъ, невольно остановились мыслью на Чайльдъ Гаролъдѣ знаменитаго Бейрона. Вотъ что говоритъ Британскій Бардъ о героѣ своей Поэмы: «Было бы гораздо пріятнѣе и даже легче изобразить характеръ любезный; можно было бы безъ труда скрыть его недостатки, заставить болѣе дѣйствовать, нежели разсказывать: но, выводя на сцену Чайльдъ Гарольда, я имѣлъ цѣлію показать, что ранній развратъ сердца и ума, поселяетъ въ насъ пресыщеніе и препятствуетъ наслаждаться новыми удовольствіями. Все, что только можетъ возбудить раздражительность ума (послѣ честолюбія, сильнѣйшей изъ пружинъ): красоты природы и странствованія, потеряли власть свою надъ душею испорченною или заблуждшеюся. Если бъ я продолжалъ Поэму, то Чальдъ Гарольдъ былъ бы образцемъ человѣконенавидѣнія, ибо начертанный мною планъ, который я намѣревался кончить нѣкогда, представлялъ съ нѣкоторою разницею современнаго Тимона или, можетъ быть, піитическаго Зелуко. — Вотъ характеръ Чальдъ Гарольда, также молодаго повѣсы, который наскучивъ развратомъ, удалилсяизъ отечества и странствуетъ, нося съ собою грусть, пресыщеніе и ненависть къ людямъ. Не знаемъ, что будетъ съ Онѣгинымъ; до сихъ поръ главныя черты характера тѣже. Онѣгинъ также, промотавъ имѣніе самымъ неприличнымъ образомъ, возненавидѣлъ людей безъ всякой причины, и удалился въ деревню: что будетъ далѣе — увидимъ. Должно ли говорить о стихосложеніи, о гармоніи, о счастливыхъ оборотахъ, объ остроуміи, о сатирическомъ, весьма пріятномъ духѣ сего отрывка? Этимъ преисполнена вторая глава, и она написана стихами Пушкина. Этого довольно». [Подп.: Ѳ. Б.].

Меж. 1642 и 2680. Зелинскій II, ст. 49. Венг. V. 454. Совр. VI. 142.

№ 23. ib. № 152. "Словесность. Поэма А. С. Пушкина: Бахчисарайскій Фонтанъ. (Переведена на Французскій языкъ стихами же, подъ другимъ заглавіемъ, именно для того, чтобы облегчить Французамъ произношеніе онаго. Вотъ какъ отзываются о семъ сочиненіи и переводѣ въ Revue Encyclopédique, одномъ изъ лучшихъ Французскихъ періодическихъ изданій). Фонтанъ слезъ, поэма, переведенная съ Русскаго г. Шопеномъ, украшенная тремя литографированными картинками и музыкою. Парижъ 1826. Молодой лирическій Поэтъ, съ послѣднимъ твореніемъ коего Г. Шопенъ познакомилъ насъ, есть драгоцѣннѣйшая надежда Россійскаго Парнаса, который смѣло можетъ поставить его на ряду съ отличнѣйшими новѣйшими Стихотворцами другихъ Европейскихъ народовъ. Александръ Пушкинъ, родился въ С.-Петербургѣ 26 мая 1799 года, и уже на 15 году жизни возвѣстилъ о себѣ стихотвореніями, обѣщавшими то, что онъ въ послѣдствіи исполнилъ на самомъ дѣлѣ. Литературные Журналы обогатились его Одами и Посланіями, но преимущественно обратила на него вниманіе всѣхъ любителей Изящной Словесности въ Россіи, Поэма Русланъ и Людмила, которая, по мнѣнію просвѣщенныхъ судей, съ достоинствомъ богатыхъ и новыхъ вымысловъ соединяетъ занимательность положеній, счастливое смѣшеніе шутливаго съ важнымъ, веселаго съ чувствительнымъ, и преимущественно отличается піитическими красками, необыкновенными въ столь молодомъ Авторѣ. Кавказскій Плѣнникъприумножилъ еще славу Г. Пушкина; наконецъ (въ 1824 году) онъ издалъ Бахчисарайскій Фонтанъ, который Г. Шопенъ, страшась оскорбить Татарскимъ словомъ слухъ нашъ, привыкшій къ благозвучію, въ переводѣ своемъ назвалъ Фонтаномъ слезъ. Подлинникъ находится передъ нашими глазами, и мы должны признаться, что не совершенно имъ довольны. Авторъ, въ кругу соотечественниковъ своихъ, слыветъ Романтіческимъ стихотворцемъ, и къ несчастію, какъ во Франціи, такъ и въ Россіи, сіе слово, еще не очень хорошо опредѣленное, кажется, по безмолвному соглашенію означаетъ всѣ творенія, носящія отпечатокъ слишкомъ неограниченной свободы въ слогѣ, или тѣ, въ коихъ мысли и картины оставляютъ нѣкоторую пустоту и мракъ въ умѣ читателей. Въ самомъ дѣлѣ, это есть главный недостатокъ, замѣченный нами въ послѣдней Поэмѣ Г. Пушкина, въ которой отрывистые переходы неоднократно прерывали вниманіе и даже связь мыслей нашихъ. Однѣ подробности сей Поэмы, изъ коихъ нѣкоторыя имѣютъ особенную прелесть, могли убѣдить Г. Шопена предпринять трудъ, за который Г. Пушкинъ ему столько же обязанъ благодарностію, какъ и мы, и который достойно оцѣнить можно только по сличенію онаго съ подлинникомъ. Названіе вольнаго перевода, которое скромность побудила его дать своему творенію, можетъ подать поводъ къ мысли, что онъ устрашился нѣкоторыхъ трудностей въ подлинникѣ, или по крайней мѣрѣ старался ихъ избѣгнуть, но мы можемъ смѣло увѣрить, что нѣтъ почти ни одной красоты въ подлинной Поэмы, которой бы Г. Шопенъ съ отличной точностью не помѣстилъ въ своемъ переводѣ, и Г. Пушкинъ сверхъ того еще обязанъ ему многими другими, которыми скрыты нѣкоторыя длиноты и облагорожены нѣкоторыя слишкомъ обыкновенныя украшенія. Дѣло Переводчика есть ремесло самое неблагодарное: за хорошій переводъ хвалятъ Автора подлинника, за худой бранятъ одного Переводчика. И потому не довольно дарованія и доброй воли для того, чтобы перевести Поэму: нужно еще имѣть вкусъ и воображеніе, словомъ, нужно быть самому Поэтомъ. Представимъ на судъ читателя мѣсто, въ которомъ Русскій Поэтъ поднялся дозначительной высоты; пусть онъ увидитъ, заслуживаетъ ли Г. Шопенъ такой о немъ отзывъ. Вотъ описаніе однообразной и скучной жизни красавицъ, осужденныхъ пользоваться почестями Гарема:

Les mois, les ans se succèdent pour elles

Dans les langueurs de l’uniformité;

Et le Tems fuit, emportant, sur ses ailes,

D’un vol égal, leur âge et leur beauté…

Un jour s'écoule, un autre le remplace,

Et fuit, semblable au jour évanoui....

Le jour suivant et commence et s’efface,

Sans que son vol ait imprimé de trace

En fournissant le cercle de l’ennui.

Dans le harem la froide indifférence

Voit sans regret s’effacer chaque instant;

Et le gaîté ne vient que rarement

Y réveiller la molle nonchalance.

L’essaim captif de ces jeunes beautés,

Pour alléger le poids mortel des heures,

Souvent déploie en leurs riches demeures

Les fins réseaux et les tissus ventés,

Orgueil de l’Inde, à prix d’or achetés.

Les entretiens, les jeux et la parure

Trompent leur coeur, sans jamais le repmlir....

[въ выноскѣ русскіе стихи, начиная: «Для нихъ чредой унылой»].

Татарская пѣсня, положенная на музыку Г-жею Шопенъ и три литографированныя картинки, рисованныя братомъ Переводчика, доказываютъ, что всякія дарованія соединялись въ семъ семействѣ, и придаютъ новую цѣну Поэмѣ, которую впрочемъ Издатель Г. Донде-Дюпре, украсилъ всею типографическою роскошью. [Подп.: Е. Геро].

1827.

№ 24. Сѣверная Пчела. 1827, № 1. Въ замѣткѣ объ Альманахахъ на 1827 годъ: «а четыре гравированныя картинки, содержаніе коихъ взято изъ Поэмы Пушкина: Бахчисарайскій Фонтанъ — прекрасны, какъ по изобрѣтенію, такъ и по отдѣлкѣ». [Подп.: С.].

№ 25. ib. № 6. Въ замѣткѣ: Смѣсь. О новыхъ Журналахъ: «Мы получили изъ Москвы первую книжку Московскаго Вѣстника, издаваемаго Г. Погодинымъ. Въ ней заключается, между прочимъ: сцена изъ Трагедіи: Борисъ Годуновъ, соч. А. С. Пушкина»… [Подп.: Г.].

Барсуковъ. II. 47. Лернеръ. 150.

№ 26. ib. № 12. Въ Продолженіи статьи объ Альманахахъ: «Изъ современныхъ намъ Поэтовъ Русскихъ, встрѣчаемъ также еще не напечатанныя стихотворенія Батюшкова, Жуковскаго, А. С. Пушкина...... Изъ стихотвореній А. Пушкина, помѣщены здѣсь тѣ, которыми онъ, такъ сказать, пролагалъ себѣ тропинку къ храму Поэзіи: это опыты юные, но юные для Пушкина, и зрѣлые для весьма многихъ». [Подп.: С.].

№ 27. ib. № 39. Въ замѣткѣ объ Сѣверныхъ Цвѣтахъ, изданныхъ бар. Дельвигомъ: «Два отрывка изъ 3-й пѣсни Онѣгина: Письмо Татьяны и ночной ея разговоръ съ нянею, дышать какою то дѣтскою откровенностію юнаго сердца дѣвичьяго. Особливо въ Разговорѣ, А. С. Пушкинъ умѣлъ превосходно оттѣнить томленіе любви, зародившейся въ сердцѣ молодой Тани, простодушнымъ невѣдѣніемъ доброй старушки, ея нянюшки, которая не вѣритъ мученіямъ сей страсти, и на всѣ повторенія Татьяны: „Я влюблена!“ твердитъ ей: „Дитя мое! ты нездорова!“ — Его же стихотвореніе: 19 Октября посвящено воспоминаніямъ молодости Поэта и друзьямъ его. Небольшая Элегія: Къ*** есть одно изъ тѣхъ милыхъ стихотвореній Пушкина, которыя легко затверживаются, и долго, долго остаются въ памяти».

№ 28. ib. № 65. «Новыя Книги. Цыганы. (Писано въ 1824 г.). М. въ типогр. Августа Семена, 1827. 46 стр. въ 8-ю д. л. Новое, прелестное стихотвореніе А. С. Пушкина! Дикая кочевая жизнь племени цыганъ, простота ихъ нравовъ и нуждъ, шумность ихъ таборовъ; и подлѣ сихъ своевольныхъ, но не злобныхъ дѣтей природы, буйныя страсти полуобразованнаго Алеко, унесшаго съсобою въ цыганскій таборъ гордость и самолюбіе горожанъ, — все это изображено смѣлыми, но вѣрными чертами, въ стихахъ плѣнительныхъ. Нѣкоторыя мѣста небольшой сей поэмы, поражаютъ воображеніе читателя своею новостью: таковъ разсказъ стараго цыгана объ Овидіи, котораго онъ знаетъ по слуху, но не знаетъ по имени и славѣ; и вслѣдъ за тѣмъ рѣчь Алека, невольно обнаруживающая затаенную имъ образованность:

Такъ вотъ судьба твоихъ сыновъ......

Такова цыганская пѣсня, которою легкомысленная Земфира возбуждаетъ въ Алекѣ ревность; такова рѣчь старика, отца ея, когда онъ, похоронивъ несчастную свою дочь, отгоняетъ отъ табора неистоваго ея убійцу:

Оставь насъ, гордый человѣкъ!

Вообще стихотвореніе сіе отмѣнно нравится свѣжестью предмета и расказа, иногда повѣствовательнаго, иногда драматическаго. Есть и теперь еще у насъ тѣсные любители формъ, пущенныхъ за законъ обычаемъ и давностью, люди, для которыхъ всякая картина должна быть въ рамкахъ и за стекломъ, или она иначе не картина. Эти люди, вѣроятно, станутъ спрашивать: почему Сочинитель не сдѣлалъ того, не выполнилъ другаго, не кончилъ третьяго? По тому, милостивые государи, что онъ писалъ, слѣдуя своему воображенію, которое у Поэта подчиняется тѣмъ же уставамъ, какими правятся событія міра существеннаго. Развѣ можно спрашивать у судьбы: почему случилось то, а не это? почему окончилось такъ, а не вотъ какъ? Поэтъ въ каждомъ своемъ произведеніи, долженъ быть творецъ, а не подражатель: ему нѣтъ нужды безпрестанно держать въ головѣ, что въ столькихъ-то Комедіяхъ дѣйствующія лица ссорятся изъ любви и мирятся чрезъ посредство слугъ и служанокъ; что въ столькихъ-то Трагедіяхъ постороннее, холодное лицо пространно расказываетъ о плачевной развязкѣ драмы; что въ столькихъ-то Поэмахъ геройсходитъ въ адъ, повѣствуетъ о минувшихъ своихъ бѣдствіяхъ и сражается съ существами живыми и мечтательными. Онъ свободенъ въ выборѣ своего предмета, и если не избралъ предмета историческаго, то свободенъ придавать лицамъ такіе характеры, а происшествіямъ такое направленіе и развязку, какія ему заблагоразсудятся. Не менѣе того онъ свободенъ въ выборѣ формы и въ отдѣлкѣ стиховъ; во всѣхъ сихъ случаяхъ онъ руководствуется только воображеніемъ, вкусомъ и нѣкоторыми правилами безусловно».

Меж. 1701. Зелинскій. II. 69. Гротъ 255. Вен. V. 455 пр. Лерн. 145. Міръ Божій 1905. X. 128. Майковъ 335. Пушкинъ-Ефремовъ VIII. 397.

№ 29 ib. № 101. «Новыя Книги. Братья разбойники. Соч. А. Пушкина (писано въ 1822 году). М. въ типогр. Августа Семена, 1827. 15 стран. въ 8 д. л. — Когда стихотвореніе сіе за нѣсколько лѣтъ предъ симъ впервые появилось въ одномъ Альманахѣ, то многіе почли его эпизодомъ изъ новой Поэмы А. С. Пушкина; но правильнѣе можно сказать, что оно, полнотою дѣйствія, живостію картинъ и разнообразіемъ ощущеній, поперемѣнно тревожащихъ душу читателя, составляетъ само по себѣ цѣлую Поэму. — Одно обстоятельство удерживало насъ доселѣ объявлять о напечатаніи сей Поэмы особою книжкою: намъ обѣщали, вмѣсто одного изданія, два, и мы не знали, которое изъ нихъ будетъ подлинное, и тѣмъ болѣе, что самъ Сочинитель Поэмы, совершенно посторонній въ дѣлѣ изданія оной, дивился и не могъ разгадать, что это значитъ. Вотъ, въ короткихъ словахъ, сіе дѣло: Московскій книгопродавецъ, пріобрѣтшій все изданіе сего стихотворенія, вмѣсто того, чтобы продавать оное по объявленной на оберткѣ цѣнѣ: 105 коп., публиковалъ оное по 2 руб. Это вызвало Издателя напечатать въ Московскихъ Вѣдомостяхъ, что скоро появится новое изданіе стихотворенія: Братья Разбойники и будетъ продаваться по 42 коп. Г. книгопродавецъ, объявляя снова въ тѣхъ же Вѣдомостяхъ о продажѣ сего стихотворенія по назначенной прежде имъ цѣнѣ, 2 руб., прибавилъ, что, по выходѣ въ свѣтъ новаго изданія, сіе, прежнее будетъ у него продаваться по 21 коп. Конечно, такія объявленія смѣшатъ публику; но черезъ нихъ въ нѣкоторомъ отношеніи, страждетъ личность Автора, какъ мы уже сказали, вовсе неприкосновеннаго къ этому дѣлу, и даже не бывшаго тогда въ Москвѣ. Въ какую же силу имя и произведеніе его замѣшаны тамъ, гдѣ весь толкъ идетъ о цѣнѣ? — Не видя однако жъ доселѣ обѣщаннаго новаго изданія Братьевъ Разбойниковъ, мы рѣшились объявить о семъ, прежнемъ; но не рѣшаемся выставлять цѣны, которая, какъ видно, представлена ad libitum».

Меж. 1695. Зелинскій II. 66. Совр. VI. 134. Вен. V. 455. пр. Пушкинъ-Ефремовъ VIII. 391 (на эту статью указанія нѣтъ).

№ 30. ib. № 121. Въ замѣткѣ «Смѣсь»: «Въ весьма въ скоромъ времени выйдетъ въ свѣтъ 3 глава Онѣгина, сочин. Александра Сергѣевича Пушкина. Цѣна 5 рублей, у всѣхъ С.-Петербургскихъ книгопродавцевъ. За пересылку Г.г. иногородніе прилагаютъ 80 копѣекъ».

№ 31. ib. № 124. «Новыя книги: Евгеній Онѣгинъ. Романъ въ стихахъ. Сочиненіе Александра Пушкина. Глава третія. — СПБ. въ типогр. Департам. Народн. Просвѣщенія, 1827. 51 стр. въ 12 д. л. „Первая глава Евгенія Онѣгина, написанная въ 1823 году, появилась въ 1825 году. Спустя два года, издана вторая. Эта медленность произошла отъ постороннихъ обстоятельствъ. Отнынѣ изданіе будетъ слѣдовать въ безпрерывномъ порядкѣ: одна глава тотчасъ за другою“. Вотъ что сказано въ предувѣдомленіи къ этой главѣ; радуемся и поздравляемъ всѣхъ любителей изящной Поэзіи. Между тѣмъ, въ ожиданіи сихъ обѣщанныхъ намъ дорогихъ подарковъ, полюбуемся нынѣшнимъ. Сія третья глава конечно уступить двумъ предшествовавшимъ въ богатствѣ и разнообразіи картинъ, за то болѣе нравится сердцу и придаетъ занимательность цѣлому: въ ней описывается любовь Татьяны къ Онѣгину, описывается жаркими стихами Пушкина. Гдѣ умѣлъ онъ найти эти страстныя выраженія, которыми изобразилъ томленіе первой любви! какъ постигъ онъ простоту невиннаго дѣвичьяго сердца, разсказалъ намъ признаніе Татьяны въ ночномъея разговорѣ съ нянею и въ письмѣ къ Онѣгину! Сіи стихи, можно сказать, жгутъ страницы. Взглянемъ на Татьяну, когда написавъ роковое письмо, она, въ нерѣшимости и какъ бы въ онѣмѣніи, медлитъ его запечатать:

Татьяна то вздохнетъ, то охнетъ…

Мы не излагаемъ содержанія сей главы: это исторія сердца, а сія исторія рѣдко бываетъ обильна происшествіями. Замѣтимъ только, что Поэтъ нашъ, какъ и всѣ почти великіе Поэты всѣхъ странъ и вѣковъ, часто играетъ языкомъ и допускаетъ нѣкоторыя небрежности. Къ нему нельзя примѣнить холодной похвалы:

Въ стихахъ его видна ужъ, такъ сказать, работа.

Здѣсь, напротивъ, видишь, что стихи не стоили ему никакого труда; и потому иногда промелькнули у него въ назолу [т. е., на зло. П. С.] Г.г. строгимъ Грамматикамъ и Піитикамъ, легкіе промахи противъ грамматики и стихосложенія. Вотъ они:

Какъ у Вандиковской Мадоннѣ....

И послѣ во весь путь молчалъ....

Съ семинаристомъ въ желтой шалѣ....

Еще замѣтимъ опечатку на стр. 12-ой, стихъ 2-ой:

Зимой летятъ во весь опоръ.

должно было напечатать:

Домой летятъ и пр.»

Меж. 1696. Совр. VI. 142. Вен. V. 455. пр.

№ 32. ib. № 128. Въ статьѣ: «Письмо къ издателямъ»: «Еще не понимаю, по какому поводу, стража дворца гробницу Христіанской невольницы одного изъ Гиреевъ, называетъ рѣшительно гробницею Графини Потоцкой! Кажется, еще до Пушкина признавали её Полькою, но кто сдѣлалъ её Графинею Потоцкою?». [Подп.: Х. Ш.].

№ 33. ib. № 139. Въ разборѣ альманаха Сѣверные Цвѣты: «между многими другими прекрасными произведеніями поэзіи, въ немъ будетъ напечатана новая Поэма А. С. Пушкина: Графъ Нулинъ. Намъ извѣстно также, что къ Альманаху сему приложенъ будетъ портретъ А. С. Пушкина, выгравированный Г. Уткинымъ съ пояснаго портрета, писаннаго О. А. Кипренскимъ по порученію барона Дельвига, и привлекшаго вниманіе знатоковъ и любителей живописи въ нынѣшнюю выставку Академіи Художествъ».

Пер. II. 55. 59. 224.

№ 34. ib. № 145. Въ замѣткѣ о стихотвореніяхъ Евгенія Баратынскаго: «по совѣсти сказать: мы не знаемъ на Руси поэта (разумѣется исключая А. С. Пушкина), который бы написалъ столько прекрасныхъ Эллегій, какъ Г. Баратынскій».... [Подп.: Ѳ. Б.].

№ 35. ib. № 152. «Новыя Книги. Бахчисарайскій Фонтанъ. Сочиненіе Александра Пушкина. Новое изданіе, съ 4 гравированными картинками. С.-П.б. въ Типогр. Департ. Народн. Просвѣщенія, 1827. XIX и 52 стр. въ 16-ю д. л. Весьма красивое и уютное изданіе сіе замѣняетъ недостатокъ, давно уже чувствуемый любителями Изящной поэзіи; ибо первое изданіе Бахчисарайскаго Фонтана раскуплено было вскорѣ послѣ появленія въ свѣтъ прекрасной сей поэмы. Новое изданіе напечатано весьма четкимъ и красивымъ шрифтомъ, на лучшей бумагѣ, съ тѣми приложеніями, кои находились и въ прежнемъ. Помѣщенныя въ сей книжкѣ картинки суть тѣ самыя, которыя мы видѣли въ Невскомъ Альманахѣ на 1827 годъ; и хотя не отличныя по изобрѣтенію, но весьма хорошо выполненныя г. Галактіоновымъ».

Меж. 1696. Зелинскій II. 65. Совр. VI. 142. Пушкинъ-Ефремовъ VIII. 290—396.

№ 36. ib. № 152. Въ замѣткѣ безъ заглавія: «Альманахъ: Сѣверные Цвѣты, на 1828 годъ, уже отпечатанъ и въ слѣдующей Четвергъ сего Декабря 22-го числа, поступитъ въ продажу, по преждеобъявленной цѣнѣ, 12 р. въ С.-Петербургѣ, и 15 р. въ губерніяхъ. — Издатели узнали отъ Н. И. Уткина, что нѣкоторымъ любителямъ поэзіи Пушкина и отличныхъ произведеній гравированія, желательно имѣть первые отпечатки портретаПушкина. Въ угодность симъ любителямъ, они рѣшились отпечатать весьма небольшое число таковыхъ оттисковъ (avant la lettre) на Китайской шелковой бумагѣ, въ большомъ форматѣ. — Оттиски сіи можно получать въ квартирѣ Барона А. А. Дельвига, на Владимірской, въ домѣ Кувшинникова. Цѣна за каждый листъ 25 рублей. Иногородные за пересылку ничего не платятъ».

Совр. VI. 147 (недостаточно правильно приведена замѣтка).

№ 37. ib. № 154. Въ замѣткѣ объ альманахѣ: Сѣверные Цвѣты на 1828 приводится указаніе на стихотворенія Пушкина: 1. Графъ Нулинъ. 2. Отрывки изъ трагедіи Борисъ Годуновъ. 3. Элегія; далѣе говорится: «участвовали почти всѣ наши Писатели, снискавшіе себѣ любовь и уваженіе публики: И. А. Крыловъ, А. С. Пушкинъ.... Къ сему Альманаху приложенъ весьма сходный портретъ Пушкина»....

Баратынскій. 508. Лернеръ. 168.

№ 38. ib. № 156. Въ замѣткѣ объ Невскомъ альманахѣ: «Сцена изъ трагедіи, Борисъ Годуновъ (перепечатана изъ Московскаго Вѣстника).... переводъ неизданныхъ стиховъ Андрея Шенье. Возрожденіе соч. А. С. Пушкина.... Къ альманаху приложены: Пименъ, пишущій лѣтопись въ своей кельѣ и спящій Гришка Отрепьевъ, сцена изъ Трагедіи Борисъ Годуновъ.... Въ лицѣ Пимена нѣтъ того характера, съ которымъ изобразилъ его Пушкинъ. Одна молодая дама, и притомъ Нѣмка, замѣтила, что на столѣ у Пимена стоитъ Католическое распятіе. Русскому Художнику и русскому Издателю, должно было это замѣтить прежде».

Всем. Вѣст. 1905.

1828.

№ 39. ib. 1828 г. № 2. Въ статьѣ: Разсмотрѣніе Русскихъ Альманаховъ, въ критикѣ статьи Сомова, помѣщенной въ «Сѣверныхъ Цвѣтахъ», говорится: «Объ однихъ только сочиненіяхъ Пушкина, онъ [Сомовъ] сказалъ, что слѣдуетъ». [Подп.: Ѳ. Б.].

№ 40 ib. № 3, продолженіе той же статьи: «Впрочемъ Г. Ансело пропустилъ еще одну Трагедію, а именно Бориса Годунова, соч. А. С. Пушкина, которая также находится въ рукописи, но изъкоторой напечатанные отрывки заставляютъ каждаго вѣрить, что она прославитъ Автора болѣе, нежели всѣ доселѣ изданныя имъ сочиненія». [Подп.: Ѳ. Б.].

[Ансело въ 1826 году былъ въ С.-Петербургѣ: см. Сѣв. Пчела 1826 г., №№ 58 и 60].

№ 41. ib. № 4, продолженіе той же статьи: «Что значитъ нравственное, и что значитъ безнравственное сочиненіе? Нравственное сочиненіе есть то, гдѣ порокъ представленъ въ такомъ видѣ, что возбуждаетъ къ себѣ омерзѣніе, или гдѣ дѣйствующее лицо представлено въ столь непріятномъ видѣ, что ни одинъ изъ читателей не хотѣлъ бы быть на его мѣстѣ; наконецъ, гдѣ дѣйствующее лицо изображено такимъ, что вымышленное имя онаго становится упрекомъ, и каждый читатель, видя ничтожность или смѣшное положеніе сего лица, радуется, что онъ не похожъ на него, и въ слѣдствіе того намѣревается поступать такъ, чтобъ и впредь не быть на него похожимъ. Безнравственное сочиненіе есть то, гдѣ подъ самыми благовидными формами, Авторъ скрываетъ пороки, и хотя избѣгаетъ нескромныхъ сценъ и рѣчей, но одними положеніями своего героя въ свѣтѣ, доказываетъ, что и порочный можетъ избѣжать общаго презрѣнія и укрыться отъ наказанія. Легковѣрный читатель или юноша видитъ одни розы на пути порока, и думаетъ, что въ свѣтѣ можно избѣжать шиповъ, т. е. избѣгнуть презрѣнія и наказанія за дурное поведеніе. Если смотрѣть на предметы съ сей точки зрѣнія, Графъ Нулинъ, Повѣсть въ стихахъ соч. А. С. Пушкина, есть піеса нравственная, въ полномъ смыслѣ слова. Графъ Нулинъ изображенъ въ такомъ видѣ, что ни одинъ юноша не захочетъ быть на него похожимъ. Баричъ, воспитанный по модѣ, щеголь и фанфаронъ, ѣдетъ за границу, проматывается, возвращается въ отечество съ кипою новыхъ фраковъ, помады и духовъ, воображая, что онъ великій человѣкъ, мудрецъ. Онъ бранитъ свое отечество, выхваляетъ одну Францію, и въ полнотѣ своего невѣжества и гордости думаетъ, что ему только стоитъ открыться въ любви, чтобы получить взаимное признаніе. (Когда я пишу сіи строки, у меня такъ и мерещаться передъ глазамитолпы Нулиныхъ, въ которыхъ у насъ нѣть недостатка). — На пути у Графа Нулина ломается экипажъ; онъ заѣзжаетъ въ домъ къ помѣщику, который въ это время на охотѣ, открывается въ любви женѣ его, — и получаетъ пощечину, за дерзость и самонадѣянность. Это не повѣсть, а картина нравовъ. Жизнь помѣщика, домъ его, охота, и романическая супруга описаны прелестно и съ натуры. Быстрота въ слогѣ, блескъ въ изображеніяхъ перемѣняющихся на сценѣ лицъ и картинъ, веселость, легкость разсказа, плавность и сладкозвучіе стиховъ поставляютъ сію піесу въ число первоклассныхъ произведеній Поэзіи. Нѣкоторые любители Поэзіи, привыкшіе къ чтенію серіозныхъ сочиненій, недовольны тѣмъ, что А. С. Пушкинъ пишетъ болѣе легкія піесы. Въ Трагедіи своей Борисъ Годуновъ онъ доказалъ, до какой степени гибокъ талантъ его, какъ онъ умѣетъ владѣть языкомъ, и съ какимъ искуствомъ употребляетъ слогъ важный. Цыганы — есть одно изъ лучшихъ созданій Поэзіи въ Европѣ, а не въ одной Россіи. Впрочемъ каждая изъ напечатанныхъ его піесъ имѣетъ свое особенное, свойственное ей достоинство. Можно ли повелѣвать вдохновеніемъ, приказывать генію? Нѣтъ! Поэтъ (т. е. Поэтъ истинный, а не умный человѣкъ пишущій стихи, по желанію писать) Поэтъ пишетъ, что представляетъ ему его воображеніе, что диктуетъ сердце. Онъ не можетъ, подобно Математику, разрѣшать темы, или писать на заданныя рифмы. Великій Шиллеръ, создавшій Донъ Карлоса и Валленштейна, писалъ застольные гимны. Гете, творецъ Фауста, любилъ отдыхать воображеніемъ въ изображеніи сценъ любви и пировъ. Какъ можно требовать отъ Поэта, чтобы онъ безпрестанно доказывалъ нравственныя задачи! — Картина природы, сцены изъ общественной жизни, высокіе порывы и заблужденія сердца человѣческаго, умъ и безуміе — однимъ словомъ, все, что только существуетъ въ природѣ, принадлежитъ Поэзіи, которая все украшаетъ собою, говоритъ особеннымъ языкомъ. Нѣтъ науки — быть Поэтомъ; для Поэзіи нѣтъ правилъ, исключая механизма стиховъ. Все, что хорошо, превращается въ правилодля потомства, и всѣ роды хороши, если исполнены такъ, какъ исполняетъ ихъ Пушкинъ». [Подп.: Ѳ. Б.].