Мормонизм и Соединенные Штаты (Бенни) — ДО

МОРМОНИЗМЪ И СОЕДИНЕННЫЕ ШТАТЫ

Восемнадцать лѣтъ тому назадъ, основатель секты мормоновъ предсказывалъ, что «прежде второго пришествія будетъ большой переворотъ въ южной Каролинѣ по поводу вопроса о невольничествѣ, и много будетъ пролито крови».

Это предсказаніе почти готово исполниться. Соединенные ІІІтаты раздѣлились на два враждебныя союза и каждую минуту можетъ возгорѣться междоусобная война. Какую роль займутъ мормоны въ этой драмѣ? Хотя и свободные, они тѣмъ не менѣе враждебно смотрятъ па правительство Штатовъ; воспользуются ли они этимъ мучаемъ, чтобъ утвердить свою самостоятельность, или останутся повидимому равнодушными зрителями событій? Вотъ интересная задача, которая безъ сомнѣнія снова обратитъ общее вниманіе на это собраніе, какъ называютъ себя мормоны, новѣйшихъ угодниковъ. Многіе писатели разсказывали происхожденіе, нравы и политическую исторію этого общества; новѣйшіе публицисты сообщили имъ еще нѣсколько взглядовъ на соціальное положеніе мормоновъ, ихъ доктрины и на почву, заселенную ими.

Самый замѣчательный трудъ принадлежитъ Жюлю Рени, ученому натуралисту. Онъ занялся этимъ предметомъ, безъ предварительно-составленнаго взгляда или предубѣжденія; прежде чѣмъ произвесть окончательный приговоръ, онъ рѣшалъ хорошенько вглядѣться. Книга его есть собраніе всѣхъ его безпристрастныхъ наблюденій, изъ которыхъ каждый читатель можетъ составить свой собственный взглядъ на предметъ.

I. СТРАНА МОРМОНОВЪ

По замѣчательному сближенію, страна, въ которой поселились мормоны, представляетъ разительное сходство съ ихъ теократическихъ правленіемъ: она какъ-будто нарочно создана для нихъ.

Всѣ географы признали за фактъ, что каждая нація отражаетъ на себѣ всѣ физическія особенности страны, въ которой она развивается; здѣсь же совсѣмъ другой случай: новый народъ, какъ бы чувствующій потребность приблизиться къ окружающей природѣ, пріискиваетъ самъ въ нѣдрахъ горъ мѣсто, соотвѣтствующее его генію. Смотрѣть ли на выборъ мормоновъ, какъ на обыкновенью игру случая? Они называютъ себя израильтянами Новаго-Свѣта, и доктрины ихъ во многомъ сходны съ доктринами іудеевъ : потому-то и поселились они въ странѣ,напоминающей Палестину. Посрединѣ ихъ владѣній разстилается Мертвое море, въ которое впадаетъ рѣка подобная Іордану, вытекающая, также какъ и онъ, изъ прекраснаго озера, напоминающаго Генисаретское море. Въ обѣихъ странахъ есть цвѣтущія, плодоносныя долины, окружонные скалами, и обѣ онѣ граничатъ пустыней. Чтобъ достигнуть обѣтованной земли, мормоны должны были пройти по пустынямъ, какъ и израильтяне по пескамъ и скаламъ Синайскаго полуострова. Подобно Моисею, Іосифъ Смитъ не могъ ввесть своихъ братьевъ въ американскій Ханаанъ: честь перейти Іордань досталась Брайему Юнгу, ихъ новому Навину.

Земля Ута (Utah), которую прежде невѣрно называли Большимъ-Бассейномъ и которую мормоны сначала переименовали въ Пустыню или Страну Пчелъ, представляетъ равнину между Скалистыми горами и Сіеррою-Невадою, въ Калифорніи. Она возвышается надъ уровнемъ моря, къ сѣверу, отъ 1200 до 1400 метръ, но постепенно склоняется къ югу, гдѣ незамѣтно соединяется съ пустынными равнинами Колорадо. Она покрыта отдѣльными цѣпями горъ, почти паралельными меридіану и раздѣленными пространными долинами, которыя издала кажутся рукавами большой рѣки. Нѣкоторыя изъ этихъ долинъ орошаются рѣками, но больше встрѣчается временныхъ озеръ, съ тинистой соленой водой, или даже подземныхъ ключей, вырывающихся мѣстами на поверхность земли. Ни одна рѣка Уты ни вливается въ большія рѣки, вытекающія изъ Скалистыхъ соръ, но впадаютъ въ соленыя озера или исчезаютъ въ пескахъ, образуя тинистыя болота.

Ута, по договору 1848 года доставшаяся Соединеннымъ Штатамъ, почти равна по величинѣ своей Франціи; мормоны занимаютъ только ея восточную часть. Главное населеніе расположилось у подножія горъ Уайзачъ (Wahsatch), въ іорданской долинѣ, и у береговъ Большого Соленаго озера, одного изъ самыхъ замѣчательныхъ внутреннихъ морей. Это озеро. котораго настоящій объемъ сдѣлался извѣстенъ только, съ 1800 г., благодаря изслѣдованіямъ капитана Стансбери, имѣетъ не менѣе ста льё въ окружности; глубина же его не замѣчательна, она не превышаетъ десяти метровъ, а въ средней величинѣ, не болѣе двухъ. Въ срединѣ озера есть нѣсколько скалистыхъ острововъ до 1000 метровъ и болѣе; самый большой изъ нихъ и самый близкій къ столицѣ мормоновъ Антелонъ-Эйландъ соединяется съ континентомъ песочной полосой, почти постоянно сухою лѣтомъ, но заливаемою послѣ большихъ дождей и во время бури.

Стансбери-Эйландъ, второй по величинѣ островъ, тоже соединяется съ землею узкимъ перешейкомъ; въ немъ есть прекрасныя пастбища, и сосѣдніе хлѣбопашцы присылаютъ туда свой скотъ, чтобъ сохранить его отъ набѣговъ индѣйцевъ.

Въ водахъ Большого озера растворено множество соляныхъ веществъ. Степень солености измѣняется смотря по времени года, продолжительности дождей или засухи; но во всякомъ случаѣ сильнѣе нежели въ водахъ океана. Въ воды этого озера нѣтъ возможности погрузиться, и при тихой поводѣ можно заснуть на его поверхности.

Плавать однакожъ очень трудно, потомучто нужно, чтобы ноги были всегда внѣ воды, Если одна капля воды попадетъ въ глазъ, боль бываетъ невыносимая, а когда проглотишь ее, случается припадокъ спазматическаго кашля. Капитанъ Стансбери утверждаетъ, что самый искусный пловецъ не справился бы съ его волнами во время вѣтра и вдали отъ берега.

Въ Великомъ озерѣ нѣтъ ни рыбы, ни молюсковъ; преставителями жизни являются въ немъ водяныя растенія изъ породы возгрицы (nostochs) и маленькій червь, разрывающій песокъ у береговъ. Форели, занесенные въ него водами Іордана, быстро засыпаютъ, На поверхность, озера прилетаютъ цѣлыя стаи чаекъ, дикихъ гусей, лебедей и утокъ. Ни въ какой другой части Америки, кромѣ развѣ тихихъ подъ Потомака, невидать такого множества птицъ. Стаи маленькихъ пеликановъ, подъ предводительствомъ двухъ старшихъ, смотрятся въ озеро съ вершины всѣхъ скалъ, между тѣмъ какъ отцы ихъ отправляются на рыбную ловлю въ другія рѣки.

Деревьевъ нѣтъ ни на берегу, ни на смежныхъ долинахъ; вдали только виднѣются кусты чернобыльника и другихъ растеній, выносящихъ солянистую почву.

Ливія воды почти никогда не извѣстна, потомучто берегъ предъявляетъ множество тинистыхъ отмелей, на которыхъ останавливается вода. Лѣтомъ грязь высыхаетъ и дѣлается похожа на лоскутки кожи; сѣрные міазмы выходятъ изъ трещинъ земли, и воздухъ лѣлается удушливымъ.

Все озеро окружено подобными равнинами, за исключеніемъ одной черной цѣпи на сѣверной сторонѣ. На западѣ идутъ опять долины между озерами и рядомъ отдаленныхъ горъ. Во время нѣсколькихъ лѣтнихъ мѣсяцовъ, эти долины покрываются тонкимъ солянымъ слоемъ, въ видѣ кристала, на поверхности котораго образуются трещины, что дѣлаетъ равнину похожею на морскую зыбь. Экипажъ капитана Стансбери плавалъ шестьдесятъ часомъ около этихъ береговъ, не находя капли воды, годной къ употребленію. Одно изъ соляныхъ полой имѣло двадцать километровъ въ длину и двѣнадцать въ ширину и представляло массу въ четыре мил. куб. метровъ. Какъ только пойдетъ дождь, или просто, воздухъ сдѣляется влажнѣе, — соль растворяется и является грязноватая, вязкая поверхность.

Въ прежнія времена Большое соленое озеро имѣло значительное протяженіе. Всюду замѣтны, на значительной вышинѣ отъ теперешняго уровня озера, наносныя возвышенія и скалы. На сѣверѣ отъ Большого озера капитанъ Стансбери насчиталъ тринадцать наносныхъ возвышеній, изъ которыхъ самое высокое шестьюдесятью метрами превышаетъ настоящую поверхность. На островѣ Фремонъ, возвышающемся на 250 метръ . нашли уступы прежнихъ береговъ, подобные ступенямъ гигантской лѣстницы и идущіе до самой вершины горы. Очевидно, что горы были прежде утесистыми островами, подобно тѣмъ, которые еще теперь виднѣются на поверхности озера.

Легко понять, какъ впродолженіе вѣковъ вода постоянно убывала и пропиталась такимъ большимъ количествомъ соли. Большой Бассейнъ отдѣляется отъ Тихаго океана высокими горами, которыя останавливаютъ дождевыя облака и не позволяютъ имъ проносить влажность въ равнину; а между тѣмъ пары улетучиваются сильно; вода озеръ легко уносится вѣтромъ, черезъ горныя цѣпи. Вслѣдствіе этой постоянной убыли, уровень озеръ понижается, ручьи высыхаютъ, соль сосредоточивается болѣе и болѣе въ бассейнѣ озера, такъ что только снѣгъ и дожди пополняютъ убыль воды. Очень вѣроятно, что теперь испареніе пополняется дождями, потомучто уровень озера то возвышается, то понижается. Въ посѣщеніе Реми, береговые жители сказали ему, что въ послѣдніе три года вода возвысилась на два метра и была нѣсколько менѣе солона.

Озеро Ута, отъ котораго страна получила названіе, гораздо менѣе Большого озера, но зато и далеко не такъ солоно. Оно лежитъ у подножія горъ Уайзачъ на пятнадцать льё къ югу отъ столицы мормоновъ. Длина его пятьдесятъ километровъ, а ширина двадцать пять; глубина же только пять метровъ. Многочисленные протоки сообщаютъ ему прѣсную и прозрачную воду, избытокъ которой онъ удѣляетъ Соленому озеру, посредствомъ узкой и углубленной Іорданской долины. Долины, окружающія это озеро, очень красивы, но все-таки уступаютъ долинамъ уайзаческихъ возвышеній. Между этими мѣстностями, напоминающими лучшія мѣста Виргиніи и Нью-Іорка, можно указать на Кать-Веллн, Веберъ-Велли, Колль-Велли и въ особенности Тимпагоносъ-Велли, отдѣленную отъ равнины узкимъ пространствомъ; по которому нельзя было приложить другого пути, кромѣ прорубленнаго въ скалахъ. Прекрасный водопадъ въ 300 метръ высоты, отдѣляется отъ отвѣснаго карниза и низвергается въ темную глубь. Выше ущелье образуетъ обширный кругъ, куда вливаются чрезвычайно-замѣчательные минеральные источники. Почти вся почва бассейна, поверхность которой имѣетъ десять квадрат. километровъ, исчезаетъ подъ слоемъ известковаго туѣа. На этомъ общемъ базисѣ образовались четыре возвышенія въ тѣхъ мѣстахъ, гдѣ особенно велика сила воды. Нѣкоторые источники вытекаютъ изъ воронкообразныхъ отверстій, но большая часть прорыла себѣ конусы, подобные маленькимъ волканамъ и соединяетъ свои воды въ кратерѣ: здѣсь они кольцеобразно складываютъ туфъ и склеиваютъ тростникъ, растущій на окраинѣ конуса.

Средняя температура этихъ источниковъ бываетъ отъ 21 до 43 градусовъ, по Цельзіусу. Множество гремучихъ змѣй, привлеченныхъ теплотою, поселяются въ щеляхъ туфа или обвиняются вокругъ тростника. Большое количество другихъ минеральныхъ источниковъ, вытекающихъ изъ подножія горъ и носящихъ прозаическія названія Пивного, Пароходнаго и пр., показываетъ, что волканическія силы дѣйствуютъ и выше нагорной равнины. Самый извѣстный источникъ тотъ, въ которомъ мормоны крестятъ своихъ неофитовъ. Чтоже касается до простыхъ источниковъ, то они рѣдки и почти всегда наполнены солеными и известковыми веществами; обыкновенно составъ ихъ воды зависитъ отъ времени года. Весною и въ началѣ лѣта, во время таянія снѣговъ, вода приблизительно чиста; во время засухи, соль и известка сосредоточиваются въ маломъ количествѣ воды и дѣлаютъ ее совершенно негодною. — Количество производящей земли занимаетъ въ длину пространство отъ 4 до 5 градусовъ широты у западнаго подножія горъ Уайзачъ; но ширина этого пояса, среднимъ числомъ, не болѣе двухъ или трехъ километровъ. Къ этой узкой производящей полосѣ, которая одна только годна къ обработыванію, можно бы прибавить Іорданскую долину, еслибъ была возможность провесть въ все каналы. Почва этой долины и смежныхъ съ нею состоитъ изъ песчаной земли, совершенно безплодной отъ недостатка сырости. Къ несчастію дожди въ Утѣ очень рѣдки, небо неизмѣнно ясно впродолженіи шести мѣсяцевъ, отъ апрѣля до октября; источники, стекающіе съ горъ Уайзачъ, слишкомъ незначительны, такъ что обрабатывать землю можно только мѣстами. Въ первое время колонизаціи, сырая земля, отдыхавшая впродолженіе вѣковъ или даже со времени выступа Уты изъ моря, была довольно плодородна; нѣкоторыя мѣстности, почва которыхъ состоитъ изъ обломковъ полевого шпата, приносили почти такую же жатву, какъ въ приатлантическихъ краяхъ; но черноземъ, лежащій на слоѣ жирной глины, теряетъ постепенно свое питательное вещество, и эта глинистая почва, выступаетъ на поверхность полей, прикасается въ корнямъ растеній и сжигаетъ ихъ своимъ ѣдкимъ началомъ. Земля, дающая первый годъ обильную жатву, на второй годъ едва производитъ нѣсколько сухихъ стеблей, а при слѣдующемъ сборѣ представляетъ голую поверхность, на которой тамъ и сямъ видны клочки пожелтѣвшей травы. По необходимости земледѣльцы Уты ведутъ кочевую жизнь. По прибытіи къ Большому бассейну переселенцы поселились на берегахъ озера Уты и въ болѣе доступныхъ мѣстахъ равнины; но поврежденіе полей заставило ихъ возвратиться на небольшія долины, и такимъ образомъ съ каждымъ годомъ они все болѣе и болѣе удаляются въ горы. Качество земли ухудшается наравнѣ съ возрастаніемъ населенія. Къ этому неплодородію почвы нужно прибавить гибельное опустошеніе саранчи. Было вычислено, что земля Уты не можетъ прокормить болѣе мильона людей. Житница мормоновъ есть Кашь-Велли, расположенный къ сѣверу отъ Большого озера.

Къ востоку отъ равнины Іордана и маленькой цѣпи горъ Окирръ простирается пустыня, состоящая изъ сплошной глинистой массы, усѣянной кустарниками чернобыльника (artemisia). Въ нѣкоторыхъ мѣстахъ ея незамѣтно никакихъ слѣдовъ растительности, и она походитъ на шоссе изъ цемента, изрѣзаннаго безчисленными многоугольными расчетами. Нѣтъ ни одного ручья въ этой песчаной пустынѣ, и только послѣ долгаго времени путешественникъ изрѣдка встрѣтитъ поля, покрытыя кристалами соли, въ бѣлой поверхности которыхъ отражаются облака и лазурь неба. На горизонтѣ виднѣется рядъ вулканическихъ скалъ. Блескъ этой огромной пустыни дѣйствуетъ ослѣпительно, и потому всѣ предметы припиваютъ какой-то мрачный колоритъ.

Среди этихъ огромныхъ равнинъ, обитаемыхъ только несмѣтнымъ количествомъ необыкновенной формы ящерицъ, пролегаетъ путь нашихъ эмигрантовъ. Съ времени открытія Калифорніи люди умирали здѣсь тысячами; быки и лошади въ огромномъ числѣ околѣвали отъ жажды. Ихъ разбросанныя кости служатъ указаніемъ пути; ночью же, когда не слышно болѣе хрустѣніе подъ ногами скелетовъ, путешественникъ останавливается изъ боязно заблудиться.

Миражъ, производимый отраженіемъ солнечныхъ лучей на этихъ песчаныхъ и соляныхъ равнинахъ, представляетъ иногда странныя явленія и обезображиваютъ предметъ почти до невѣроятности. Реми разсказываетъ объ этомъ удивительный случай:

«Передъ нами протекала величественная рѣка, берега которой окаймляли пирамидальныя деревья, похожія на тополь. Вода въ ней была такъ чиста и прозрачна, зеленѣющія аллеи казалось распространяли такую прохладу, что мы инстинктивно пришпорили нашихъ коней, чтобы какъ можно скорѣе достигнуть воды и ей утолить нашу жажду. Но вскорѣ рѣка выступила изъ береговъ и образовала море, омывающее подошвы фантастическихъ горъ. Цѣлые зубчатые острова выплывали изъ глубины этого незнакомаго океана, на которомъ красовались суда всевозможныхъ родовъ и паруса которыхъ раздувались невидимымъ вѣтромъ. Мысы, похожіе на пѣтушьи гребешки, и таинственныя пещеры отдѣлялись отъ горъ, какъ опоры свода античныхъ соборовъ. Въ небольшой губѣ огромные киты играли на поверхности ея, выпуская изъ себя воду въ видѣ серебристыхъ фонтановъ, совершенно какъ дельфины забавляются на тихомъ берегу Перу. На первомъ планѣ этого морского ландшафта возвышались роскошныя жилища въ итальянскомъ вкусѣ, которыя казалось утопали въ густой зелени деревьевъ. Потомъ нашимъ глазамъ представилось шествующее войско, съ военнымъ оркестромъ, артиллеріею и съ эскадронами, командуемыми начальниками съ перьями на шлемѣ. Столбы пыли подымались къ небу и отражались въ зеркальной поверхности водъ…»

Несмотря на отвращеніе, внушаемое ученіемъ и нравами мормоновъ, неоспоримо однако, что они оказали важную услугу человѣчеству и цивилизаціи, населивъ эти негостепріимныя страны. Эта безплодная равнина, отдѣляющая скатъ Тихаго океана отъ ската Атлантическаго моря, казалась негодною для земледѣлія.

И такъ въ центрѣ этой безмолвной пустыни мормоны положили основаніе своему священному юроду, который казалось долженъ быть предназначенъ въ скоромъ времени складочнымъ мѣстомъ между Нью-Іоркомъ и Санъ-Франциско, западною Европою и восточною Азіею. Какъ должны быть благодарны люди, интересующіеся вопросомъ о переселеніи, этимъ фанатикамъ, желавшимъ избѣгнуть цивилизаціи, и которые несмотря на то, сдѣлались самыми замѣчательными ея поборниками! Безъ особеннаго напряженія силы воли мормоны не могло бы выполнить своей задачи. Исполненные въ глубинѣ души желаніемъ мести н будучи столь же послушны своему отечеству, какъ и вѣрны своимъ убѣжденіямъ, они покидаютъ поля и жилища, оставляютъ городъ ими основанный, священный храмъ изъ мрамора, который сдѣлался имъ такъ же дорогъ, какъ кааба мусульманину, и поручаютъ только нѣкоторымъ изъ своихъ собратій достроить его и освятить съ большимъ торжествомъ. Мужчины, женщины и дѣти, предшествуемые своими жрецами, переходятъ по льду Мисисипи проникаютъ въ необитаемые лѣса Іова, руководствуясь компасомъ, подобно матросамъ на морѣ. Прибывъ въ суровую зиму къ берегамъ Мисури, они укрываются отъ холода въ ямахъ, вырытыхъ ими въ землѣ, и безъ боязни приготовляются къ ужасамъ голода. Въ тоже время самые храбрые изъ молодыхъ людей, составляютъ авангардъ, перекидываютъ мосты черезъ рѣки и прокладываютъ дорогу въ пустыняхъ запада. Между тѣмъ приходитъ письмо отъ президента Соединенныхъ Штатовъ, въ которомъ онъ требуетъ отъ этого выселяющагося народа пятьсотъ человѣкъ на службу неблагодарной республики, отъ которой они терпятъ всѣ несчастія. Пятьсотъ человѣкъ, самыхъ полезныхъ изъ этого кочующаго общества, отправляются безъ ропота на этотъ зовъ, старики же и инвалиды заступаютъ ихъ мѣста въ прокладываніи дорогъ и земледѣліи.

Нѣсколько лѣтнихъ мѣсяцевъ облегчаютъ страданія переселенцевъ; но вскорѣ наступаетъ вторая зима, и народъ, состоящій изъ 15,000 бѣглецовъ, снова дѣлается добычей голода и изморози, которые подконецъ становятся такъ ужасны, что заставляютъ ихъ питаться кожею оружія и сбруи; но эти несчастія никого не поколебали въ своей рѣшимости. Къ голоду присоединяется холера и цынга; тысячи мертвыхъ похоронены въ равнинахъ и шествіе эмигрантовъ походить па похороны. Мормоны видятъ въ этомъ только болѣе причины благодарить Спасителя, и продолжаютъ путешествіе съ необходимыми остановками, чтобы дать отдыхъ больнымъ. Наконецъ 24 іюля 1847 г., сто сорокъ три человѣка, составляющіе авангардъ, увидѣвъ съ высоты холма большое Соленое озеро, бросаются на колѣни для благодаренія Бога, и въ тотъ же вечеръ принимаются за работу, копаютъ землю, прокладываютъ дороги и прорываютъ каналы для орошенія земли.

Но конецъ страданіямъ мормоновъ еще не пришолъ. Голодъ, вслѣдствіе опустошенія полей саранчею, былъ довольно ощутителенъ для нихъ впродолженіе еще двухъ лѣтъ, и до первой половины 1849 года они должны были довольствоваться 24 лотами пшеницы на человѣка въ день. Съ этого времени благоденствіе мормоновъ было нарушаемо исключительно только войной.

У этихъ смѣлыхъ поселенцемъ слѣдующая пословица въ большомъ употребленіи: «не могу — никогда ничего не сдѣлало; попробую — произвело чудеса; сдѣлаю — имѣло всегда блистательный результатъ». На самомъ дѣлѣ исторія мормоновъ кажется какимъ-то чудомъ.

II. УЧЕНІЕ МОРМОНОВЪ.

Мормонмзмь могъ возникнуть и пользоваться такимъ успѣхомъ только въ Соединенныхъ Штатахъ. Это республика представляется намъ въ видѣ большой лабораторіи, гдѣ всѣ религіозныя, соціальныя и политическія теоріи берутъ свое начало. Тамъ въ одно и тоже время имѣетъ мѣсто самая крайняя свобода вмѣстѣ съ ужаснымъ рабствомъ, умерщвленіе плоти — съ возстановленіемъ ея, безбрачіе — съ многоженствомъ, коммунизмъ — съ мѣстничествомъ. Это большая школа, гдѣ всѣ теоріи древняго міра, основанныя на принципѣ авторитета или свободы, испытываются, чтобы потомъ служить наставленіемъ вселенной. Человѣческія теоріи, едва родившіяся въ умѣ, пускаютъ тотчасъ корни въ этой непаханной почвѣ, отличающейся своимъ гостепріимствомъ въ отношеніи всякихъ идей и эмигрантовъ. Среди этого американскаго общества, гдѣ секты дробятся до невозможности, гдѣ религія совѣсти отдѣльнаго лица вытѣсняетъ всѣ существующія религіи, гдѣ каждый свободно принимаетъ свою вѣру и перемѣняетъ ее по собственному произволу, въ этой странѣ черезъ противодѣйствіе образуется новая религія. Дробленію сектъ она противопоставляетъ сильную организацію своей непреложной теократіи, отбрасываетъ республиканскую свободу н превозмогать совершенное сосредоточиваніе всѣхъ силъ и всякой воли въ головѣ папы; черезъ порабощеніе женщинъ она доходитъ до порабощенія народа. Между тѣмъ какъ католицизмъ, религія съ неограниченною властью, постепенно теряетъ свою относительную важность въ англо-саксонскихъ республикахъ, американскій папа украшается тройною короною и присвоиваетъ себѣ духовную и свѣтскую власть.

Реми и почти всѣ историки, занимавшіеся началами новой религіи, полагаютъ, что Іосифъ Смитъ, основатель мормонизма, ничто иное какъ низкій лицемѣръ. Замѣчая около себя борьбу безчисленныхъ сектъ и споръ тысячи мнѣній, видя свою мать игрушкою религіозныхъ заблужденій, онъ думалъ, что настала удобная минута утвердить себя въ качествѣ пророка, окружать себя свитой изъ глупцовъ и шествовать на пути почестей и богатства. Вѣроятно, что Іосифъ Смитъ посвятилъ свою жизнь пророчеству; но развѣ онъ не подпалъ бы подъ равнодушіе и ненависть, какъ многіе другіе лицемѣры, являвшіеся въ разныя времена, еслибы подъ конецъ самъ не сталъ вѣровать въ свое ученіе и откровеніе? Не можетъ быть, чтобы человѣкъ, основавъ религію, не былъ самъ убѣжденъ въ ея истинѣ и не былъ проникнутъ вѣрою, которой горы не могутъ служитъ препятствіемъ, и которая такъ порабощаетъ сердца людей. Чтобы проповѣдывать истину или заблужденіе, необходимо слѣдить самому за собой съ полнымъ усердіемъ и преданностью, необходимо идти прямо къ цѣли, безъ задней мысли, безъ скрытности въ мысляхъ и безъ угрызеній совѣсти. Это непоколебимая вѣра, это чистосердечіе могутъ слиться съ точнымъ знаніемъ человѣчества и съ удивительной дипломаціей; но основатели религіозныхъ сектъ приносятъ свои страсти, свои дарованія, свои расчеты въ жертву вѣрѣ, которая ихъ увлекаетъ.

Къ чести всего человѣчества, мы должны сказать, что предпріятіе Іосифа Смита не составляетъ исключенія въ исторія религій. Уязвленное самолюбіе, неукротимое желаніе, Жажда мести, дѣйствуя заодно съ заразительнымъ безумствомъ, безъ сомнѣнія преобразовали всю эту ложь въ предметы новаго ученія, а въ послѣдніе годы своей жизни онъ сдѣлался по ихъ мнѣнію вдохновеннымъ vates. Онъ началъ свою карьеру низкимъ обманщикомъ, и окончилъ ей самоувѣреннымъ мормонскимъ пророкомъ. Въ искренность этого человѣка насъ заставляетъ еще болѣе вѣрить то, что онъ не былъ обольщенъ, какъ другіе временщики, могуществомъ; онъ остался чистымъ во всѣхъ отношеніяхъ. Нося наименованіе пророка, онъ не переставалъ быть дѣйствительно справедливымъ, добрымъ и щедрымъ онъ постоянно заботился о бѣдныхъ и нуждающихся, преимущественно посѣщалъ ихъ и бралъ ихъ къ повѣренные. Онъ обворожилъ всѣхъ своею любезностью а милымъ обхожденіемъ. «Онъ питалъ отеческую любовь къ своимъ друзьямъ и былъ замѣчательно великодушенъ въ отношеніи своихъ пригонъ. Его любимое препровожденіе времени было играть въ мячикъ съ дѣтьми.» Мормоны, которые его знавали, отзываются о немъ съ особеннымъ восторгомъ, и даже его противники отдаютъ ему полную справедливость. Обвиненный тридцать-девять разъ, по болььшей части своими врагами, онъ никогда не былъ осужденъ. Не служатъ ли эти тридцать-девять приговоровъ присяжныхъ достаточнымъ свидѣтельствомъ въ пользу нашего пророка? И развѣ можно не признать, что убѣжденіе, а не обманъ, служило Іосифу Смиту главнымъ орудіемъ для переворота? Большое участіе, съ которымъ было принято откровеніе мормоновъ въ Америкѣ, много споспѣшествовало успѣху новаго ученія. Щекотливому патріотизму многихъ американцевъ льстило то обстоятельство, что имъ не нужно болѣе обращаться къ Старому Свѣту за священными примѣрами.

По книгѣ мормоновъ, земной рай никогда не существовалъ въ отдаленной Месопотаміи въ Халдеѣ, но въ центрѣ американский Месопотаміи, а между рѣкою Мисисипи и Мисури мнимые ламаниты или краснокожіе американцы суть истинный народъ Бога, и до нашего времени имъ удалось удержаться въ своей національности, между тѣмъ какъ еврея разсѣяны по всему земному шару. Чтобы исполнить свою миссію Іисусъ Христосъ долженъ былъ явиться къ Новомъ-Свѣтѣ и проповѣдывать свое ученіе, какъ онъ проповѣдыалъ его въ Палестинѣ. Въ Америкѣ вскорѣ возникаетъ новый Іерусалимъ, и святой Іоаннъ находится на равнинахъ востока, дожидая день своего вступленія въ этотъ священный городъ, чтобы показать избранному народу ключи Мельхиседека. И такъ американецъ, гордый славою своего отечества, можетъ разомъ видѣть въ немъ развитіе настоящаго, прошедшаго и будущею человѣчества. Но это только второстепенная причина успѣха Іосифа Смита; самая сущность заключается въ томъ что мормонизмъ дозволяетъ замѣнить истинную вѣру весьма обыкновенной, глубокое благочестіе — пустою внѣшностью, и представляетъ такимъ образомъ богобоязненнымъ душамъ легкій путь къ спасенію.

Всѣ путешественники увѣряютъ, что мормоны далеки отъ тою, чтобы быть людьми религіозными въ полномъ, смыслѣ этого слова, Конечно, между ними есть нѣжныя и чистосердечныя души, которыя проникнуты неподдѣльной любовью ко всему хорошему, истинно расположены къ людямъ и изучаютъ съ удивительною ревностью слова, внушенныя нефитами; но большинство мормоновъ кажется намъ людьми необразованными, которые устраняютъ себя отъ обязанности размышлять. Не имѣя собственнаго убѣжденія, они вѣрятъ на-слово, и мало-помалу религія ихъ обращается въ привычку и становится колѣнопреклоненіемъ, чистѣйшею внѣшностью. Мормоны, которые обсуживаютъ богословскіе вопросы и размышляютъ объ естествѣ Бога, ангеловъ и человѣческой души, не пользуются уваженіемъ.

На одного ученаго, Орсонъ Пратта, который двадцать лѣтъ жизни провелъ ихъ составленіи, въ видѣ ученія, мнѣній и промаховъ основателей мормонизма, смотрѣли потомучто какъ на вѣроотступника, потомучто онъ слишкомъ серьозно смотрѣлъ на религію и сдѣлялся ея великимъ истолкователемъ. Напротивъ того, тѣ, которые не теряются въ безполезныхъ отвлеченностяхъ и вѣрятъ на-слово, служатъ у нихъ образцомъ святости. Настоящій мормонъ довольствуется послушаніемъ и благочестиво платитъ десятую часть своего имущества, своихъ доходовъ и своего заработка.

Не безполезно изучить ученіе Іосифа Смита, потомучто оно находятся въ тѣсной связи съ учрежденіями и общественнымъ бытомъ мормоновъ. Долгое время полагали, что оно не представляетъ ничего новаго, и за исключеніемъ возобновленія древней полигаміи, болѣе или менѣе походитъ на ученія безчисленныхъ протестантскихъ сектъ, которыя привлекли къ себѣ вѣрующій народъ Соединенныхъ Штатовъ. Но это заблужденіе. Мормоны по справедливости протестуютъ противъ всякаго уподобленія ихъ язычникамъ (gentils) своего отечества. Они имѣютъ свое собственное откровеніе, своихъ пророковъ и свои догматы: они представляютъ новый союзъ и наслѣдуютъ христіанство, какъ это послѣднее наслѣдовало религію евреевъ. Іосифъ Смитъ получаетъ какъ бы въ священное наслѣдство книги еврейскаго союза, ровно какъ и новый завѣтъ, объясняетъ ихъ откровеніемъ свыше и даетъ народу, какъ онъ говоритъ, настоящую библію, книгу мормоновъ.

При первомъ взглядѣ, совокупность откровенія мормоновъ приставляетъ только странную эклектическую философію индусскихъ миѳовъ, воззрѣнія платоническія и еретическія, магометанскую чувственность и христіанскія заповѣди. Какъ Зороастръ, мормоны признаютъ добраго и злого генія; какъ Пиѳагоръ, они вѣрятъ въ переселеніе души; еще недавно они приняли американскую мечту о родствѣ умовъ по симпатіи душъ, соединяющихся у могилы. У крестителей они заимствовали крещеніе погруженіемъ въ воду, у апокалипсическихъ сектъ вѣру въ millenium, а у всѣхъ фанатиковъ — видѣнія, пророчества и чудеса. Каждая религія, каждая ересь доставили ученію мормоновъ свою долю истины и заблужденія. Прежде всего, мормоны ссылаются на своихъ мнимыхъ предковъ, нефитовъ. Мормоны — іудеи по преданію, іудеи по вѣрѣ въ элохимъ и злыхъ ангеловъ, по понятіямъ составленнымъ ими о вещественномъ Богѣ, по умозрѣнію о семействѣ, іудеи по своей ненависти къ египтянамъ, іудеи по своей алчности въ благамъ сей юдоли: они также думаютъ, что все золото, накопленное въ желѣзныхъ сундукахъ, должно принадлежать имъ, что все человѣчество работаетъ и множество рабовъ заняты обработкою и украшеніемъ земли, на которой черезъ тысячу лѣтъ будутъ возвышаться ихъ замки изъ брилліантовъ и рубиновъ.

Несмотря на заимствованія у столькихъ различныхъ религій, ученіе мормоновъ составляетъ все-таки нѣчто однородное. Какъ двѣ рѣки, стекающія съ противоположныхъ горъ, впадаютъ въ одно нечистое озеро, такъ и совершенно различные догматы сливаются въ этомъ грубомъ матеріализмѣ. Религія мормоновъ учитъ, что все состоитъ изъ вещества, все есть грубая сила, оконченное дѣйствіе. Богъ, по мнѣнію мормоновъ, есть только могущественнѣйшій человѣкъ; нѣкогда онъ даже не имѣлъ передъ нами преимущества; но онъ возвысился въ небесной іерархіи, и теперь сидитъ на возвышенномъ тронѣ рая. У него есть глаза, ротъ и уши; онъ одного съ нами происхожденія, имѣетъ нѣсколько жонъ; дѣти его такъ же многочисленны, какъ песчинки на днѣ морскомъ. Онъ ѣсть какъ всѣ люди, онъ съ удовольствіемъ вдыхаетъ запахъ кровавыхъ жертвоприношеній, и когда храмъ Новаго Іерусалима будетъ оконченъ, то зарѣжутъ быковъ и большое число ягнятъ, чтобы сдѣлать ему угодное. Отецъ, дѣдъ и всѣ предки Бога, его родные и двоюродные братья — такъ же могущественны, какъ и онъ; но люди не обязаны имъ ни любовью, ни уваженіемъ, потомучто нашъ свѣтъ не подлежитъ ихъ покровительству: они управляютъ планетами или отделенными солнечными системами. У нихъ такое же тѣло какъ у насъ, они ѣдятъ, пьютъ, населяютъ свои серали, и какъ боги Гомера, увлекаются порочными отступленіями. Сатана есть также богъ, и мормоны даютъ ему почетное мѣсто, увѣряя, что онъ хотѣлъ даровать земное прощеніе всѣмъ грѣшникамъ безъ исключенія. Предъ трономъ Господа завязался споръ, и Люциферъ былъ проклятъ и изгнанъ за свою слишкомъ необузданную любовь къ людямъ. Сатана, превратившись въ демона, тѣмъ не менѣе gentleman; простыя искушенія суть дѣла дьяволовъ второго разряда и самыхъ низшихъ чертенятъ.

Всѣ люди суть сыновья Бога-Отца, справедливо названнаго такъ, потомучто онъ великій творецъ. Мы родилась въ его обиталищѣ, мы вкушали небесный нектаръ; потомъ, какъ бабочки, мы потеряли своя божественныя крылья и обратились въ личинки; но у насъ осталось живое воспоминаніе о блескѣ, который насъ тамъ окружалъ; райское сіяніе предстявляется намъ какъ бы во снѣ; мы слышимъ отдаленное эхо небесныхъ арфъ, и грусть, которая насъ одолѣваетъ независимо, отъ насъ самихъ — ничто иное, какъ сожалѣніе о нашемъ прежнемъ отечествѣ. Послѣ нашей смерти, всѣ матеріальныя частицы теряютъ свою органическую связь и обращаются въ болѣе или менѣе продолжительной реакціи въ спиртъ или облачный эфиръ. По истеченіи этого времени искуса, злые люди снова начнутъ свое поприще, а добрые, которые заслужили рай, снова облекутся въ безсмертное тѣло и сдѣлаются богами. Они дадутъ роскошные праздники, сидя на великолѣпно-убранными столами и будутъ питаться амброзіей, пить нектаръ, а жоны ихъ превратятся въ богинь неподкупной красоты.

Такое ученіе потворствуетъ самому безграничному эгоизму. Мормонъ вполнѣ увѣренъ, что въ небесномъ жилищѣ онъ будетъ обладать богатствомъ, могуществомъ, почестями, удовольствіями, сладострастіемъ, въ особенности когда онъ здѣсь умѣлъ достигнуть титула проповѣдника; будучи духовнымъ и свѣтскимъ княземъ на землѣ, мормонскій сановникъ останется княземъ и въ небесной странѣ; онъ будетъ пользоваться всѣми своими силами и способностями, и-наслаждаться тѣлесными и душевными удовольствіями; онъ возьметъ въ замогильную жизнь свое богатство, вдесятеро умноженное сложными процентами. Правовѣрные, которые обладаютъ въ душѣ нѣкоторымъ честолюбіемъ, не упускаютъ случая возвыситься; послушные до раболѣпства и точно платя десятую часть доходовъ, они увѣрены, что пріобрѣтаютъ титулъ ангела и бога, который на основаніи нелѣпаго ученія ихъ, остается еще на этомъ свѣтѣ за начальниками церкви. Это безнравственное честолюбіе существуетъ не только въ глубинѣ ихъ сердца, но и обнаруживается въ книгахъ новѣйшихъ угодниковъ: «человѣкъ живетъ только для удовольствія», говорить ихъ такъ называемый апостолъ. И богъ мормоновъ походитъ на своихъ сыновей, потому-что «онъ самый большой эгоистъ изъ всѣхъ живыхъ существъ»! Въ такихъ ужасныхъ выраженіяхъ другой также ихъ апостолъ опредѣляетъ свое вѣрованіе въ создателя.

Правленіе мормоновъ основано на тѣхъ же началахъ какъ у боговъ неба; оно чисто теократическое. Папа Брайемъ Юнгъ; «помазанный мѵромъ по приказанію Мельхиседека», въ одно и тоже время пророкъ и обладатель способностью откровенія; какъ президентъ церкви; онъ пользуется гораздо большею властью, чѣмъ какой-либо монархъ въ мірѣ: онъ повелитель души и тѣла; мормонскіе ораторы не боятся даже называть его въ лицо богомъ на землѣ. Брайемъ Юнгъ присоединилъ къ себѣ вице-президента Кимбалла и совѣтника Вельса. За этимъ тріумвиратомъ непосредственно слѣдуетъ великій патріархъ, потомъ слѣдуютъ и о порядку, двѣнадцать апостоловъ, великіе проповѣдники, число которыхъ простирается до четырехъ тысячъ, епископы, раздѣленные на группы по семидесяти, человѣкъ; далѣе, старосты, или elders. Всѣ эти сановники принадлежать къ ордену Мельхиседека, между тѣмъ;агь законоучители и дьяконы подвергаются искусу, извѣстному подъ именемъ ордена Аарона это вновь обращенные; они составляютъ большую часть правовѣрныхъ, несмотря на титулъ проповѣдника. Всѣ духовные чиновники суть вмѣстѣ съ тѣмъ и свѣтскіе; забота о матерьяльныхъ нуждахъ общества, возложена, на тѣхъ же, которые заняты спасеніемъ души. Это та же теократія, какъ она найдена была іезуитами, во время миссіи изъ Бразиліи и Парагвая. Одно только удивительно, что, несмотря на эту организованную іерархію и на привязанность мормоновъ къ праздникамъ и церемоніямъ, великіе сановники Новаго-Іерусалима носятъ одинаковую одежду съ правовѣрными и не присвоиваютъ себѣ различныхъ титуловъ. Какъ истинные янки, верховные первосвященники имѣютъ только одно преимущество передъ остальными правовѣрными: они пользуются правомъ не снимать шляпъ во время Службы…

Хотя теократія по своей природѣ, неизмѣняема, но Брайемъ Юнгъ, какъ человѣкъ знающій свое дѣло, но хотѣлъ уничтожить послѣдніе слѣды республиканскаго правленія, которое было знакомо, мормонамъ американскаго происхожденія съ самаго дѣтства. Еще существуетъ одна чистая формальность, которая подкрѣпляетъ власть папы и даетъ ей демократическое утвержденіе, два раза въ годъ, пророкъ является народу и снова единогласно избирается всѣми гражданами. Этотъ призракъ верховной власти нисколько не уменьшаетъ власти Брайена, потомучто правовѣрные видятъ въ этомъ только случай получать благословеніе пророка. Это всеобщее одобреніе, сохранившее свой видъ для извѣстныхъ избраній, не представляетъ также ничего опаснаго: это не болѣе, какъ насмѣшка. Повѣрщикъ при балотировкѣ отмѣчаетъ въ спискѣ имя каждаго, избирателя противъ номера, которымъ отмѣченъ письменный голосъ, положенный въ урну. Какимъ образомъ каждый неблагомыслящій избиратель становится извѣстенъ своимъ начальниками и можетъ быть отмѣченъ какъ измѣнникъ обществу. Сверхъ того церковный обрядъ посвященія у мормоновъ, который составляетъ часть ихъ богослуженія, пюдавляетъ въ зародышѣ всякую независимую мысль въ правовѣрныхъ. Мормоны должны дать клятву въ совершенномъ и неоспоримомъ послушаніи Брайему Юнгу и начальникамъ церкви: они обѣщаютъ, самыми ужасными клятвами, принести въ жертву свое семейство, благосостояніе и жизнь для блага общества, клянутся въ случаѣ надобности отказаться отъ своей собственности въ пользу церкви, и обязываются некогда не оспаривать даже самымя позорныя приказанія, и учинять самыя нечестивые и предательскія преступленія въ угодность своимъ начальникамъ. Они рѣшаются быть «воскомъ, затасканой тряпкой» въ рукахъ Брайема. Ничего не можетъ быть ужаснѣе для будущности мормоновъ, какъ это отрѣшеніе отъ собственной воли. Но странное дѣло: слѣдуя внушенію, данному имъ сильной американской демократіей, ученики Іосифа Смита превзошли въ твердости даже своихъ соотечественниковъ въ одинаковый промежутокъ времени; чтобы заставать цвѣсти оазисъ посреди безплодной пустыни, они въ сильной степени разнили свою личную иниціативу. Будучи неутомимыми работниками, они искали свою славу въ томъ, чтобы все дѣлать самимъ и ничего не требовать у могущественныхъ людей, которые ими управляютъ; но эти энергическіе люди, столь совершенные для простыхъ землекоповъ, демократы во всемъ, что относится къ матерьяльному существованію, безвозвратно отказались отъ нравственной воли: они оставили за собой только руки и отдали свои души.

Обработывая землю и строя города, они заставляютъ своихъ начальниковъ заботиться объ общественныхъ и политическихъ нуждахъ. Невольно возникаетъ вопросъ: не послѣдуетъ ли за этимъ отреченіемъ отъ будущаго существованія души полное отнятіе у мормоновъ всякой иниціативы и даже матерьяльныхъ заботъ? Все прекращается у человѣка, который отдалъ свою душу. Уже нравственное чувство у мормоновъ притупилось; также, несмотря на манифестъ, обнародованный Іосифомъ Смитомъ но время его кандидатства на мѣсто президента Соединенныхъ Штатовъ, несмотря на ученіе объ уничтоженіи мормонскихъ сектъ въ своихъ первыхъ мѣстахъ основанія — Киртландѣ, въ Джаксонъ-кентри и въ Нову, рабство почти уже гласно признано въ Новомъ-Іерусалимѣ: и при ихъ безусловномъ послушанія своему владыкѣ, неудивительна такая послѣдовательность. Предметы, о которыхъ ораторы разсуждаютъ въ торжественныхъ собраніяхъ, вообще по природѣ своей удивляють иновѣрцевъ. Вмѣсто того чтобы говорить о блаженствѣ небесной жизни, о спасеніи души, или просто о вопросахъ нравственности, проповѣдники долго останавливаются на матерьяльныхъ нуждахъ общества; они вкратцѣ перечисляютъ вновь прибывшихъ переселенцевъ впродолженіе года и разсѣянныхъ по всѣмъ частяхъ владѣнія; они толкуютъ о доходахъ, получаемыхъ съ рудниковъ, о пользованія лѣсомъ, объ усовершенствованіяхъ, сдѣланныхъ работниками въ приготовленіи орудій. Эта забота о матерьяльномъ благоденствіи очень понятна, потомучто будущая жизнь, по мнѣнію моріоновъ, есть простое продолженіе настоящей, и слѣдовательно у нихъ нѣтъ основанія такъ долго останавливаться на томъ, что относятся съ того свѣта; Новый-Іерусалимъ, основанный имя, не болѣе какъ торговый домъ, котораго фирма и составъ не измѣняется впродолженіи тысячелѣтія. И такъ очень естественно, что мормоны, будучи людьми необходимо практическими, болѣе всего занимаются настоящихъ и матерьяльнымъ положеніемъ общества. Подъ предлогомъ вѣры, мормонизмъ есть только средство не принимать всѣхъ религіозныхъ проблемъ.