Очерки о подразделах, которые можно выделить в третичных отложениях северной части Апеннинского полуострова

Front matter

В большинстве случаев, за исключением всего нескольких мест, существует хорошо заметный переход между различными пластами третичных отложений, которые образуют северную часть Апеннинского полуострова и составляющих его основу многочисленных холмов. В особенности это заметно при исследовании самых молодых образований, а именно миоценовых и плиоценовых отложений. Тем не менее, при тщательном исследовании последовательно расположенных слоев и принимая во внимание находящиеся в них многочисленные ископаемые остатки, становится очевидным возможность выделения в их составе нескольких подразделов, которые, как кажется, будут соответствовать определенному состоянию этой местности в каждую эпоху, когда происходило формирование составляющих эту гряду слоев.

Несложно определить, что всю эту массу пластов нужно относить к трем периодам – эоцену, миоцену и плиоцену, в составе которых можно выделить хорошо заметные подразделы. Эти подразделы соответствуют специфическому состоянию поверхности земли в различные эпохи, когда началось формирование составляющих основу этого комплекса пластов.

С целью раскрытия идеи разрезов, которые можно произвести в этом геологическом ансамбле, мы в нескольких словах проведем обзор различных пластов, которые составляют горную гряду Апеннинского полуострова. При этом постараемся выделить те подразделы, которые, как нам кажется, можно выделить в составе трех периодов третичных отложений, а также постараемся одновременно их сравнить с разделами, которые были выделены в других местах. Начнем с эоцена.

Text

Второй подраздел. – Лигурийский ярус

Text

Второй раздел эоценовых отложений Апеннин состоит из крупных скоплений настоящих твердых пород, которые чередуются с известняком и глинистыми сланцами. Они характеризуются очень низким содержанием ископаемых остатков (здесь присутствуют лишь остатки хондритов (Chondrites) и немертитов (Nemertites)). В них практически полностью отсутствуют раковины и так как почти все их составляющие элементы, лишь за несколькими редкими исключениями, представляют собой частицы микроскопического размера, то можно сказать, что их формирование происходило скорее всего глубоко под водой и вдали от побережья.

Этот подраздел характеризуется большой мощностью и составляет значительную часть самых высоких гор центральной гряды и окружающих ее горных отрогов. Так на западе он составляет гору Монте-Чеппо, которая достигает высоты 1630 м, а на востоке гору Монте-Голо, которая входит в состав цетральной гряды и достигает высоты 1659 м. Еще дальше, в составе горных массивов Луниджины, Монте-Орсаджио и Компорагена, горы Сан-Пеллегрино и горы в долине р. Серхио, достигающие 2000 м высоты, также сформированы более-менее ровными пластами этой твердой породы в большинстве случаев однообразного состава. Только в некоторых местах эта порода переходит в более крупнозернистое образование, которое сильно напоминает мелкозернистый конгломерат и в центре которого находится даже мелкий гранитный щебень. Тем не менее, породы, которые могли бы стать источником появления этих гранитных вкраплений, в этих районах обнаружены не были. Но массив этих пород, который, как утверждали, находится на центральной гряде близ перевала Ля-Чиза (на пути от Пармы к Понтремоли) и из которого состоит гора под названием Гроппо дель Весково, на самом деле не существует. Эта гора, которую я намеренно посетил, состоит из мелкозернистого известняка сероватого цвета. Но из-за обрушений пород и нечеткой структуры пластов посчитали, что она состоит из массивной породы, по всей видимости из гранита, следы которого в этом районе мне так и не удалось обнаружить (было обнаружено лишь несколько обкатанных камешков в составе одного вида конгломерата или в составе брекчии, которые в этом районе, как и близ Кассио, формируют известняки определенного периода).

Как предлагает г-н Майер, этот подраздел эоценовых отложений можно назвать лигурийским (или даже этрусским) ярусом Тосканы, где он развит более всего, так как занимает самую большую часть центральной гряды от истоков Серхио до истоков Тибра. Он также представлен как в департаменте Альпы Верхнего Прованса, где твердые породы пика Лозанье наползают на нуммулитовый известняк, так и в некоторых районах Швейцарии, а именно в долинах рек Зане и Зимме, где флиш представлен в виде настоящего песчаника, а твердые породы покрывают часто встречающиеся в расположенных вокруг этих долин горных грядах нуммулитовые пласты.

Согласно результатам интересных наблюдений, проведенных Французским геологическим обществом, этот ярус также представлен в некоторых районах коммуны Морьен, где пласты песчаниковых твердых пород покрывают залежи нуммулитов и где его долго не могли идентифицировать из-за большой дислокации составляющих Альпийские горы пластов и из-за слегка отличной типологии. Открытие здесь этого яруса вместе с открытием прилегающих к нему снизу нуммулитов помогло установить связь с располагающимися в непосредственной близости более древними пластами, а также показало, что эта развитая в Альпах Верхнего Прованса и в районе коммуны Гап формация практически без разрывов связана с пластами нуммулитов и с флишем большей части Швейцарии, что осуществляется посредством аналогичных пластов, которые можно встретить и в других районах Савойи.

Именно этот лигурийский ярус подвергся самым многочисленным видоизменениям из-за присутствия офиолитных пород, так как иногда некоторые из этих самых глинистых залежей прошли трансформацию и превратились в яшму, а другие, расположенные на западе близ Сестри, трансформировались, как кажеться, даже в некоторые глинистые блестящие сланцы и в тальковые сланцы.

Как мы уже видели, составляющие этот второй эоценовый подраздел (а именно его средний или лигурийский ярус) пласты, будучи сформированными из мелкозернистых пород с низким содержанием высокоорганизованных ископаемых остатков, образовались, скорее всего, на дне довольно глубокого моря.

Text

Третий подраздел. – Моденский ярус

Text

Выводы, которые мы сделали в конце предыдущей главы касательно того, что пласты твердых пород (лигурийский ярус) должны были сформироваться на дне довольно глубокого моря, являются также применимыми и к известковым пластам (будь то известняки сланцевые, плотные или же иногда немного песчанистые), которые лежат над твердыми породами и представляют с моей точки зрения верхний по отношению к эоценовым отложениям Апеннин подраздел и который мы будем называть моденским ярусом из-за исключительных явлений, которые наиболее ярко проявляются в той части этого яруса, который находится в средней части Апеннин на территории древнего герцогства Модена и провинции Болонья.

Эта третья верхняя по отгошению к эоцену группа представляет собой то, что я всегда называл фукоидным известняком. Это очень протяженная формация, в которую входят значительные скопления слоистых глин, и где в основном происходят такие заслуживающие внимания процессы, как образование обогащенного водорода, а также расположены соли, источники образования битума и т.д.

Этот ярус, который не подвергся значительным изменениям, начинается лежащими снизу довольно тонкими пластами сланцеватых глин и глинисто-мергельных известняков, чередующихся с несколькими небольшими слоями псаммита одного типа, где иногда присутствуют следы угля, и обычно заканчивается более или менее плотными известняками темно- или светло-серого цвета, которые иногда достигают значительной мощности, и где тоже, хотя и довольно редко, встречаются слои довольно плотного песчаника или псаммита одного вида. Этот эоценовый подраздел также характеризуется значительным подъемом и практически доходит до истоков р. Танаро на горе Бертран высотой 2500 м, а также до гор возле Генуи, а именно отрогов горных хребтов, окружающих долины рек Серивия и Треббия, достигая здесь высоты 1600 и 1700 м.

Найденные в этом ярусе органические остатки представлены лишь многочисленными отпечатками хондритов (Chondrites), а именно C. Targionii, C. Intricatus, C. Furcatus и т.д., а также одиночными отпечатками изогнутой формы, которые, как я понимаю, приписывают немертинам (Nеmertites). Что же касается следов угля, которые можно наблюдать в некоторых чередующихся слоях псаммитов и известняков, то здесь их определить совсем невозможно.

Пласты этого яруса, так как они не совсем раздроблены и не полностью фрагментированы, как это можно наблюдать в слоистых глинах, странным образом искривлены и представляют собой складчатые образования. Создается впечатление, что это один из тех ярусов, которые, скорее всего в эпоху выхода серпентинов, подверглись самой значительной дислокации, что по большей части происходило в конце эоценовой и в начале миоценовой эпох. По их внешнему виду можно установить их связь со слоистыми глинами, а сами эти глины близки к орфиолитам, чем объясняется их уникальный цвет, а также содержание в них многогисленных металлических вкраплений. Именно исходя из этого можно было бы сказать, что они относятся к эоценовой эпохе (как это и пытается утверждать г-н Бьянкони). Но в действительности этой эпохой датируется лишь их метаморфизм, то есть период выхода серпантинов, в то время как их отложение или формирование происходило без сомнения в эоценовую эпоху. В этих слоях содержаться элементы, а возможно и целые фрагменты, более древних отложений, так как г-н де Мортийе обнаружил на некоторых участках этих глин следы иноцерама (Inocéramus), что представляет собой примечательную особенность, так как исходя из общих принципов их положения эти слоистые глины можно отнести лишь к пластам, которые лежат над меловыми, и даже к нуммулитовому ярусу, если только некоторые отдельные глинисто-известковые участки мелового периода не приняли в отдельных местах вид слоистых глин.

Эти слоистые глины обычно лежат (если рассматривать лишь самые верхние складки эоценовых отложений) ближе всего к Ломбардской низменности и к долине р. По в нижней части моденского и поверх твердых пород предыдущего яруса. Можно сказать, что это глинистые и известковые залежы нижней части яруса, которые зачастую представляют собой довольно тонкие слои, иногда в виде грязевой массы, заполненной фрагментами часто видоизмененного известняка, где происходять многочисленные метаморфические процессы. Эти глины могут быть разного цвета – красного, зеленого, синеватого. В местах, где нет настоящих скоплений и дайков гипса, встречаются изолированные кристаллы этой породы, а также серы, барита и сернокислого гидроксида стронция. Здесь также находят пирит и многочисленные следы присутствия меди и марганца. Если не принимать во внимание консистенцию породы, то можно сказать, что здесь проходит процесс, если можно так выразиться, габброфикации. Если применить теорию г-на Делесе, то можно также почти с уверенностью сказать, что под давлением лежащих сверху масс глины этой формации, в смеси с водой скорее всего довольно высокой температуры, начинают демонстрировать процессы, которые мы можем видеть в более завершенном состоянии в габбро, офиолитах и в диабазе. Эти породы расположены по соседству со слоистыми глинами и очень часто с ними смешиваются. Сами же глины, как мы уже видели, иногда залегают у подножий крупных хребтов из фукоидного известняка и под многочисленными антиклинальными перегибами этих пластов.

Существует довольно примечательный пример перехода некоторых таких глин в габбро в районе Конельяно недалеко от Генуи, где происходит контакт одного вида диорита или диабаза, скорее всего магматического происхождения, с глинистыми зонами этого (или предыдущего) подраздела эоценовых отложений. В этой местности можно наблюдать, что поначалу (на определенном расстоянии) эти глины имеют полностью сланцевый характер. Они в этом месте немного блестящие, почти измельченные, как настоящие сланцевые глины, и заполнены щебнем или плитами и жилами шпатового белого талька. Немного ближе эта порода имеет красновато-зеленоватый цвет, приобретая силикатно-глинистый характер и иногда напоминая яшму; она здесь очень похожа на габбро, что дает возможность предположить наличие указаний на стратификацию. Еще ближе к диориту она становится массивной и приобретает почти кристаллический характер, содержит ингда кристаллы полевого шпата телесного цвета и смешивается с настоящим диабазом, массы которого тянуться на север в высоких горах, окружающих с запада долину Польчевера. Контакт с глинистыми сланцами твердых пород и даже с этими сланцами верхнего яруса является причиной процессов, которые, как мы только что указали, происходят близ Конельяно. В этих горах иногда можно даже наблюдать, как глины при контакте с диоритами изменяются в полуматовые сланцы бордового или зеленоватого цвета, а в нескольких местах в тальковые сланцы, так как некоторые содержащиеся в этих глинах известковые включения изменились в зернистый известняк с многочисленными прослойками талька, что делает этот известняк очень похожим на глазковый мрамор.

Этот фукоидный известняк, измененный в некоторых местах в разноцветные слоистые глины, часто встречается в Плезантине (Пьяченца), Пармезане и Модене как в срединных горных цепях, так и в тех из них, которые подходят к равнине и которые тянутся приблизительно с вест-норд-вест на ост-зюд-ост, протягиваясь в направлении подъема этих цепей. Он также очень часто появляется вдоль линии норд-норд-ост – зюд-зюд-вест, которая начинается к востоку от Генуи и заканчивается близ долин Куроне в коммуне Стаффора и Тидоне на северных склонах Апеннин, протягиваясь вдоль западного подножия крупного отрога, расположенного между долинами рек Серивия и Треббия, вершины которого практически полностью сформированы из более или менее компактного глинистого фукоидного известняка. Эта линия, вдоль которой также проявляются некоторые следы диабаза и серпентина и где можно встретить кристаллы гипса, сублимированную медь и марганец, барит, сернокислый гидроксид стронция и где, как кажется, присутствует даже несколько источники солеобразования, является как раз той, вдоль которой проходил подъем этого примечательного отрога, расположенного практически параллельно направлению основного подъема западных Альп.

Text

Миоценовые отложения

Text

Как мы уже видели, ярусом фукоидного известняка (или моденским) заканчивается, с моей точки зрения, эоценовая эпоха. За ним начинаются миоценовые отложения, в составе которых мы также можем выделить три подраздела.

Я тем более уверен, что исключительно фукоидным известняком заканчиваются эоценовые отложения, так как именно между его слоями и следующими за ним отложениями в Лигурии можно наблюдать, так сказать, наиболее выраженное несогласное залегание разных пластов. Это явление свидетельствует о том, что после фукоидного известняка происходили значительные изменения как места залегания, так и природы пластов. Что же касается ископаемых остатков, то поначалу наблюдается их полное отсутствие. Наблюдается резкая перемена фауны от нижнего яруса эоценовых отложений до первого лежащего за фукоидным известняком пласта, который я определяю как начало серии миоценовых залежей. Это может послужить доказательством, что простые перемены в пластах и в регионе, даже если они и были очень значительными, не являются единственной и главной причиной изменения жизненных форм. Скорее всего были также и другие факторы более общего и климатического планов, которые с течением времени вносили большой вклад в постепенное изменение фауны региона.

C уверенностью можно сказать, что между окончанием формирования фукоидных известняков и началом образования миоценовых отложений произошли процессы, которые в значительной степени изменили положение изучаемого нами района.

На пластах фукоидного известняка, сформировавшихся вероятно на большой морской глубине и имеющих складчатую и сильно изогнутую вверх структуру, лежат под намного меньшим углом наклона мощные слои осадочных пород, сформировавшиеся, судя по всему, вдоль побережий мелкого моря и даже в лужах или болотах с пресной или солоноватой водой, где в непосредственной близости находились крупные участки суши. На этих участках водились толстокожие животные, от которых в первых миоценовых отложениях сохранились элементы кожи. Эти частично флювио-озерные или речные отложения, которые по большей части сформированы скоплениями конгломератов, молассы и мергеля с озерными раковинами и залежами бурого угля, занимают небольшие бассейны или определенные заливы и лежат в основании крупной формации конгломератов. Эта формация состоит из более-менее грубых элементов, в которые постепенно переходят вышеупомянутые отложения. Конгломераты из немного менее грубой песчаной части содержат большое количество раковин и полипов. Они есть и в эоценовой части, хотя в миоценовой их встречается намного больше. Вместе с этими ископаемыми остатками встречается несколько нуммолитов, в особенности Nummolites intermedia, которую находят чаще всего в этой второй нуммолитовой зоне. Эта зона с моей точки зрения представляет собой лежащий под миоценовым ярус, который я по названию реки, в бассейне которой эта часть формации достигает наибольшего развития и где в Каркаре, Дего, Сасселло и Косцинелле большая часть этих раковин находится в эоценовой и миоценовой зонах, буду называть бормидиевым. В этой местности расположена наибольшая часть районов, где находят многочисленные следы лигнитов со следами моллюсков Cerithium или Melania, Mytilus или Dreissena (Сасселло, Коиро, Косцинелле). Эти моллюски должно быть жили в солоноватых водах некоторых прудов или в устьях нескольких рек, куда часто заходили представители толстокожих, из которых Anthracatherium был самым примечательным.

Этот этаж, в особенности его состоящая из конгломератов часть, образует очень протяженную зону то у подножия лигурийских Апеннин, то на некоторых вершинах отрогов этого горного хребта, а также вокруг некоторых изолированных участков фукоидного известняка эоценового периода, встречающихся то там то здесь в регионе Монферрат, по течению реки По и в коммуне Тортона. Он даже поднимается на значительную высоту, так как на горе Монте Магио, что возвышается над коммуной Каселла в трех часах от Генуи и недалеко от центральной гряды, он достигает высоты 1000 м.

Гора Монте Магио представляет собой относящийся к этому этажу массив, который в Апеннинах протягивается дальше всего по северным склонам, если не принимать во внимание окрестности Сасселло и Вараджине, где эти конгломераты занимают довольно обширное пространство, даже центральную вершину, и спускаясь также по ее южному склону доходят в Челле до берега Средиземного моря, где можно наблюдать их низлежащую (то есть ту, которая представлена не только морскими отложениями) часть. В этих отложениях, например, в коммунах Санта-Джустина и Стелла, можно видеть пласты лигнита с многочисленными отпечатками таких растений, как Lastrea Styriaca, Ung., Sequoia Langsdorfi, Br., Cyperus Reticulatus, Heer, Sparganium Valdense, Heer, Populus Leace, Rossm., Laurus primigenius, Ung., Cinnamonium Scheuzeri, Heer, C. Lanceolatum, Ung., C. Spectabile, Heer. Аналоги большинства этих растений были найдены в этой части лигнитовой молассы в Швейцарии, которую относят к нижнему миоцену.

Расположенная на южных склонах лигурийских Апеннин неподалеку от центральной гряды знаменитая область Кадибона также относится к этому ярусу. В этой области было найдено огромное количество ископаемых остатков растений и толстокожих, которые замечательно описал г-н Гастальди. Сюда также относится расположенная к востоку от Генуи примечательная гора Портофино, которая круто возвышается над морем на высоту 587 м и которая полностью состоит из крупнозернистого конгломерата. Часть этого конгломерата попала сюда издалека, так как помимо прочих вкраплений он содержит галечник кварцевых пород, стеатит из слоев веррукано и, возможно, порфир. Подобные этой породы находятся в горах в районах Финале и Ормеа или к востоку от провинции Специя в горах Каррара.

На тех же склонах встречаются также разрозненные участки этого яруса, которые лежат в протянувшейся приблизительно с запада на восток впадине, расположенной к западу за Коголето и Авеццано, где один вид конгломерата с незначительными вкраплениями мелких нуммулитов подпирает относящиеся к следующему ярусу пласты молассы и других пород. Этот конгломерат заходит даже в нижние слои плиоценовых отложений, таким образом представляя собой на довольно ограниченной территории некоторые слои миоценовых и плиоценовых формаций.

Но давайте вернемся к северным склонам Апеннин. Как мы уже сказали, этот ярус формирует практически непрерывную зону, которая занимает, так сказать, первый уступ, спускаясь с гор центральной гряды, что окружают бассейн рек Танаро, Бормида и Скривия. Высота всех сформированных этими конгломератами гор варьирует от 800 до 900 м. Сюда можно отнести г. Бриско близ Вольтаджо (801 м), г. Арпе-ди-Джиакконе между рр. Леммо и Скривия (857 м), г. Монте Тигиу (866 м), гору замка Рокафорте (857 м), г. Монте-ди-Гаво в истоках р. Грюс (957 м), которые формируют почти равноудаленную от вершин Апеннин окружность и обозначают границы древнего залива, который существовал близ этих гор в эпоху миоцена. Что же касается тех частей этого яруса, которые окружают изолированные массивы фукоидного известняка, то они такой высоты не достигают. Таким образом, некоторые отдельные группы этого конгломерата, как к примеру Паццоло-дель-Гроппо в Тортоне, достигают высоты лишь 553 метра.

Нижний подраздел этого яруса, а именно тот, в котором частично расположены озерные отложения, не достигает высоты крупных скоплений конгломерата. Эти отложения едва ли достигают 500 метров в Багналько, Ночето, в долине Танаро и можно наблюдать, что эти небольшие бассейны пресно- или солоноводных отложеный располагаются исключительно у подножия Апеннинской гряды и в самой старой части древнего миоценового залива, который находился на месте нынешних долин Танаро, Бормида и Скривия в отдалении от островков эоценового мергелистого известняка в Монферрате. По всей видимости это свидетельствует, что самые протяженные участки суши той эпохи соответствуют сегодняшней центральной гряде Апеннин и что толстокожие, остатки кожи которых находят в этих отложениях, а также растения, которые способствовали формированию разбросанных повсеместно на территории этого бассейна слоев лигнита, обитали на соответствующих этой гряде участках суши. Западная часть этой гряды состоит из вторичных, более древних пород, в то время как ее другая, расположенная к востоку часть состоит из эоценовых пород, в которых серпантины уже привели к серьезным и многочисленным изменениям. Свидетельствами этих изменения являются щебень офиолитов, яшма, габбро и т.д., которые перемежаются с несколькими молассами и составляют большую часть этих эстуарных отложений, а также наибольшую часть огромной массы расположенных сразу над этими отложениями конгломератов.

Судя по размеру составляющих этот конгломерат частиц и по характеру обнаруженных в нем раковин, в особенности тех, которые находятся во входящих в его состав песках, создается впечатление, что он сформировался вдали от побережья. В действительности же содержащиеся в нем раковины принадлежат тем видам моллюсков, которые обычно не живут на большом расстоянии от берега, а характеристики и иногда размеры составляющих эти отложения блоков говорят о том, что они не могли попасть сюда издалека по суше. Если же иногда и встречаются блоки, которые, как кажется, были сформированы далеко от этого места, то можно предположить, что они были транспортированы в место их нынешнего расположения посредством какого-то сплава, скорее всего посредством ледниковых плотов, которых, чтобы перевезти такое количество блоков и камней, должно было быть довольно много. Эти ледники сформировались и растаяли не в открытом море, а скорее близ побережий или островов, которых предположительно было много, и заблокировали проходы, что можно логично предположить исходя из того факта, что лишь в глубине предполагаемого древнего залива и вокруг некоторых изолированных массивов более древней породы можно в основном встретить зоны конгломератов и обнаружить самые большие из составляющих их блоков. В защиту этого мнения также выступает открытие г-ном Сисмонда в нижних конгломератах Монтферрата блоков красного известняка содержащего лейасовые ископаемые остатки (например, теребратулы (Térébratules)), из которого состоят составляющие первый уступ Альп к северу от долины реки По горы Годзано Давона. Присутствие этих блоков в холмах Монферрата, где, насколько мне известно, нет ни малейших следов этих формаций, можно объяснить только если предположить, что они были сюда транспортированы из северной части залива посредством сплава, возможно при помощи ледникового плота. Возможно именно эти первые уступы Альп, формировавшие в миоцене северный пояс этого морского рукава, послужили источником щебня кварцевого порфира, который можно обнаружить в холмах Монферрата. Не прибегая к теории сплава было абсолютно невозможно объяснить даже присутствие иногда огромных неровных или почти неровных блоков, которые лежат иногда поодиночке, а иногда в виде групп или небольших скоплений в центре пластов правильной формы, состоящих из тонкозернистых и очень мягких пород, таких как моласса и песчаные пласты, которые залегают в этом ярусе (как в Косцинелле) между пластами более крупнозернистого конгломерата и окатанной галькой. Следует также отметить, что иногда внутри этих блоков можно найти огромные колонии полипов

Что до остального, то указав вкратце стратиграфические причины, я не хочу надолго задерживаться на причинах палеонтологических, которые заставляют меня рассматривать этот ярус как относящийся к миоцену, так как большая часть находящихся в нем раковин относится к миоцену, а эоцену принадлежит намного меньшее их количество. В самом деле, если в списке ископаемых остатков, приведенном в моей публикации по нуммулитовым отложениям северного подножия Апеннин (бюллетень Геологического общества, апрель 1855 г.), из 24 видов из района Косцинелле 10 относятся к миоцену и 10 к эоцену; если в списке г-на Сисмонда, который я упоминал в той же публикации, упоминается 3 вида рыб и 59 видов беспозвоночных, 33 из которых относятся либо к эоцену, либо к нуммулитам, а 26 принадлежат к миоцену, то в списке г-на Гастальди, составленном на базе богатой и замечательной коллекции г-на Мишелотти, из 109 имеющихся ископаемых беспозвоночных 100 представляют собой виды миоцена и лишь 9 относятся исключительно к эоцену другого района. Исходя из этого и если отбросить несколько случаев двойственной природы, то можно сказать, что из 190 видов беспозвоночных животных, которые относятся к этому нижнему миоценовому (или, как я предлагал, бормидиевому) ярусу, примерно 130 относятся к миоцену и 52 являются эоценовыми или нуммулитовыми. Можно даже отметить, что среди этих 52 нуммулитовых видов есть некоторые, которые встречаются исключительно в комплексных отолжениях Вероны и Виченцы, где по всей вероятности присутствует как минимум на один нуммулитовый ярус больше (если нет желания принять, что Виченца и Верона относятся скорее к миоцену, чем к эоцену – факт, который я считаю почти безоговорочным). Если Болеа точно относится к эоцену, то на других участках холмов Виченцы и Вероны есть отложения, которые по всем признакам являются более молодыми, приближающимися к миоцену, как это было определено в 1847 году Геологическим отделом конгресса в Венеции, который на срезе Поссаньо – Азоло отметил близ Кастелькукко под мощными плиоценовыми пластами холмов Азолане присутствие слоев, содержащих оперкулины и другие относящиеся к миоцену ископаемые. Эти слои лежат на первых третичных слоях долины Органа, которые своим видом напоминают эоценовые отложения.

Это присутствие в Виченце миоцена получило неоспоримое доказательство, когда покойный доктор Массалонго обнаружил зубы антракотериума (Anthracothérium) посреди залежей лигнита в Дзовенчедо, Чьявоне и Сальчедо. В этих лигнитах также встречаются остатки ихтиолитов (Ichthyolytes), филлитов (Phyllites) и моллюсков. В действительности, и как утверждает г-н Массалонго, кажется, что эти лигниты лежат выше крупной массы нуммулитов этого региона. Но по поводу этого непрерывного верхнего наслаивания лигнитов возникают сомнения, так как в некоторых местах (например, в Пуле и в долине Агно) в 1847 г. Геологический отдел конгресса в Венеции обнаружил присутствие пласта лигнита с многочисленными следами присутствия потамид (Potamides). Этот пласт лежит ниже нуммулитового слоя, который перекрывает холмы средней части течения р. Агно, как, например, близ Кастельгомберто. В действительности же из того факта, что лигниты в Пуле лежат под нуммулитовыми известняками, нельзя извлечь никаких неоспоримых аргументов в пользу того, что эти отложения относятся к миоцену, так как вполне возможно, что эти лигниты принадлежат к ярусу, который отличается от яруса Сальчедо и Дзовенчедо, где были найдены зубы антракотериума. Я и сам не могу с уверенностью утверждать, что лигниты в Пуле и Сальчедо являются идентичными, хотя это и вполне вероятно, так как г-н Пасини недовно проинформировал меня, что по его мнению в Пуле также был найден один зуб антракотериума. Но доказанным является лишь тот факт, что лигниты Сальчедо полностью идентичны лигнитам Кадибоны.

Кроме того, является вполне вероятным, что широкопротяженные залежи Виченцы, в которых, помимо прочих остатков, содержатся многочисленные следы Seutelles и Clypéastres (как неподалеку от Скио, например), относятся к миоцену и, что очень вероятно, принадлежат к ярусу, изучением которого мы сейчас занимаемся. Впрочем, многие геологи уже предполагали присутствие миоценовых отложений в этом регионе и г-н Майер, помимо прочих, уже пытался подтвердить это предположение, так как в своей таблице третичных отложений Европы в этаже, который он называет тонгрийским, он сопоставляет большую часть нуммулитовых залежей Вероны и Виченцы с пластами Каркары и Косцинелле, а также с формацией Кадибоны. Покойный г-н Александр Брогниар, проведя в своей знаменитой работе по калькаро-траппенским отложениям Виченцы параллель между этими отложениями и залежами Турина, даже предугадал, что как минимум некоторая часть районов Виченцы совпадает по возрасту с первыми миоценовыми отложениями подножия Аппенин.

Я позволил себе это длинное отступление касательно вероятности существования миоценовых отложений в нуммулитовых пластах районов Вероны и Виченцы чтобы доказать, что присутствие порядка пятидесяти видов нуммулитов в рассматриваемом нами бормидиевом ярусе не противоречит тому, что этот ярус является миоценовым. Аргументом в пользу этого мнения является присутствие здесь более сотни других видов, которые абсолютно точно относятся к миоцену, а те виды нуммулитов, большая часть из которых относится к упомянутым пятидесяти видам, могут с большей долей вероятности рассматриваться не как эоценовые, а именно как миоценовые.

Что же до остального, то этот бормидиевый ярус, который я детально изучал на холмах Монферрата и у северных подножий лигурийских Апеннин, кажется поднимается от подножия этой гряды и на другие вершины. Я лично встретил его следы в Апеннинах Реджо и неподалеку от Кастельново-не'-Монти, где, согласно профессору Доклерляйну, нуммулиты содержатся в конгломератах и в миоценовых молассах горы Бизмантова, которые лежат на эоценовых слоистых глинах Монтефьорино, а также неподалеку от Скандиано (близ Монтебабио и Рондинары), где можно заметить следы лигнитов в офиолитных агломератах, которые лежат на фукоидных известняках в Джано и в Кастель-дель-Гессо.

Этот ярус, или как минимум его содержащая лигниты часть, снова появляется в Тоскане в составе конгломератов и молассы пресноводных лигнитов, в которой содержатся остатки скелетов толстокожих, в особенности из рода Кабаньих, в районе гор Монте-Бамболи и Монте-Маси и т.д. Что же касается этих содержащих топливо отложений Тосканы, то существуют сомнения по поводу того, что они когда-либо были выше. Эти сомнения возникли когда профессор Поль Сави сказал, что лигнитовые отложения в Перолла находятся над миоценовыми отложениями морского происхождения, что в Дикомано некоторые циприновые слои лежат, скорее всего, под лигнитами и что в Канипаролле лигнитовые отложения лежат на морских. Тем не менее я считаю, что эти сомнения являются до определенной степени обоснованными, так как за исключением Пероллы, с которыой я не знаком, в Дикомано, например, один из указанных видов циприн (Cyprina depressa, Meneghini) возможно является одним из видов Cyrène и таким образом принадлежит к пластам пресно- или солоноводных отложений, которые обычно служат основой наших лигнитов нижних миоценовых отложений. Что же касается Канипароллы, то здесь эта формация или полностью лежит или опирается на отложения морского происхождения; но эти отложения, как можно видеть на примере Альбачиава, относятся не к миоцену, а к эоцену, так как они содержат остатки хондритов, которые наиболее характерны для верхних эоценовых отложений или для моденского яруса. Что касается этих последних залежей лигнитов Канипароллы в нижней части долины Магры, то я абсолютно уверен, что они являются составной частью нашего нижнего миоценового (бормидиевого) яруса, так как если поначалу незначительное количество определенных г-ном Хиром растений было близким с некоторыми более молодыми отложениям (как, например, отложениям Монтайоне и Сенигаллия), то намного большее количество филлитов, которые позже были собраны г-ном Капеллини и также определены г-ном Хиром (информация об этом была опубликована в замечательной работе профессора Капеллини), доказывает, что флора этого региона больше соответствует флоре Кадибоны и нижних миоценовых отложений, чем растительности, содержащейся в гипсах Гуарене, Сенигаллии, Страделлы, а также в отложениях Монтайоне в Тоскане, которые принадлежат к более молодому ярусу. Исходя из этого можно с уверенностью утверждать, что в действительности отдельные расположенные под наклоном участки пластов молассы и конгломератов нижней части долины Магры, которые содержат лигниты и многочисленные отпечатки растений и раковин пресноводных моллюсков, принадлежат (как Кадибона, Стелла и Баньяско) к нижней озерной части бормидиевого яруса или к нижним миоценовым отложениям.

Выше я уже говорил о моем предположении, что нуммулитовые отложения Виченцы следует относить скорее к нижним миоценовым, чем к эоценовым формированиям. Сейчас все сомнения по этому поводу практически рассеялись и я все с большей и большей уверенностью могу утверждать, что эти отложения являются миоценовыми, в чем можно убедиться лишь просмотрев предоставленный г-ном Мишелотти каталог миоценовых ископаемых остатков, в котором можно видеть, что огромное количество ископаемых из Кастельгомберто, Монтеккьо и т.д. относится к миоцену и полностью подтверждает идею, защитником которой я выступал в 1847 г. и которая говорит, что эти отложения являются более молодыми по сравнению с древней нуммулитовой зоной Альп (в то время как геологический отдел конгресса в Венеции принялся бегло изучать долины Агно, Онте и окрестности Кастельгомберто).

Можно даже добавить, что не только верхняя часть нуммулитовых отложений Виченцы относится к миоцену, но также, возможно, и их нижняя восточная часть, так как если бы эта нижняя часть в действительности относилась к эоцену, а не к нижнему миоцену, то в этом регионе имело бы место уничтожение двумя нуммулитовыми этажами обширной зоны флиша или фукоидных известняков. Эта зона, тем не менее, проявляется у расположенных ближе на запад подножий Альп (в направлении регионов Венеции и Милана). Она не является промежуточной между двумя нуммулитовыми ярусами, а лежит под нуммулитовыми известняками или брекчией, которые очень похожи на миоценовый конгломерат. Это хорошо заметно в Комаббио, где, как кажется, эти конгломераты лежат над мергельными известняками красноватого цвета, содержат хондриты близ Моросоло и где, скорее всего, можно видеть верхнюю нуммолитовую (или миоценовую) зону, а не образчики нуммулитовых залежей эоценового возраста. Это мнение помимо прочего основывается также и на физическом феномене, исходя из которого можно предположить, что все эти залежи, возможно, сформировались в одно время в пределах одного залива. В последствии этот залив заполнили плиоценовые отложения, а также отложения долины р. По.

Это отсутствие или, если хотите, уничтожение крупной массы флиша в районах Виченцы и Вероны, где если и существовала когда либо разница между верхними и нижними нуммулитовыми залежами, то впоследствии она исчезла и эти слои срослись вместе, наводит на мысль, что эти нуммулитовые залежи не представляют собой какое-то другое образование, но формируют единый ансамбль, который можно отнести к миоцену. Более того, растения рода Фукус (Fucus) находят часто и в больших количествах в залежах, которые прилегают к нуммулитам Виченцы и Вероны, даже в самых нижних из них. Но эти фукусы принадлежат к совсем другим типам и роду, чем хондриты. Они больше похожи на определенный тип водорослей и фукоид, которые были обнаружены в Гассино в миоценовых нуммулитовых залежах, что, как кажется, предоставило новое подтверждение предположению о сравнительно молодом возрасте нуммулитовых залежей Виченцы. Другим доказательством этому служит проведенное Александром Брогниаром исследование, когда он обнаружил присутствие или, скорее, соединение траппенских или базальтовых пород в центре известковых нуммулитовых залежей Виченцы и Вероны. Эти породы, как и самая большая часть серпентинов, с которыми они очень похожи, появляются из недр земли только в конце эоценового и в начале миоценового периодов.